Зеркало отчаяния (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 39

 - Если бы я была здесь, у вас, во плоти...

 - Ты бросилась бы ему на шею?

Мария-Элена задумалась.

 - Нет! Я - Домбрийская. Я могу предложить союз, но опускаться до уровня дворовой девки? Никогда!

Мотя ухмыльнулась. Отлично! Любовь - любовью, но воспитание не спрячешь.

 - А если муж начнет тебе изменять? Ходить по другим женщинам?

 - Эммм...

 - Что ты знаешь о супружеской жизни? Про птичек и пчелок вам рассказывали?

 - Про кого?

 - Малечка, ты представляешь, в результате какого процесса дети появляются?

Мария-Элена вздохнула.

 - Мотя, я в монастыре жила.

 - И?

 - Там с этим плохо.

 - И огурцы привозят только нарезанные, - спошлила Матильда. Впрочем, ее шутку все равно не поняли. - Ладно, вечером займемся твоим ликбезом. Благо, интернет такая клоака...

***

Стоит ли говорить, что ближе к рассвету Ровена, которая на правах охранника, спала в одной комнате с герцогессой, была разбужена возмущенным воплем девушки.

- Какой кошмар! Да разве так можно?!

На вопрос, что случилось, герцогесса ничего не ответила. Завернулась в одеяло, и просидела так до утра, сердито сопя и пламенея ушами.

Матильда честно извинялась. Утром, днем и даже вечером.

Но... детей ведь именно так и делают! Хотя необязательно в такой позе, можно и в другой...

Мария-Элена злилась и ругалась. В интернете можно было найти, что угодно, но не стоило начинать с порнографии. Или стоило?

Нет. Не стоило. Но оказалось очень познавательно.

Мария-Элена Домбрийская

Ровена с интересом наблюдала за своей работодательницей. И... то ли она дура, то ли с герцогессой что-то неладное? Она никак не могла понять, что происходит.

Сидит Мария-Элена себе в карете, поджав ноги на сиденье, вяжет странным приспособлением нечто кружевное, вся в своих мыслях... Последнее и неплохо, Ровена ненавидела болтать попусту, но когда тебе нечем заняться, начинаешь следить за человеком.

Иногда губы Марии-Элены начинали шевелиться, словно она разговаривала сама с собой. Ровена не понимала ни слова, читать по губам она не умела, но попыталась подловить герцогессу. И когда та в очередной раз зашевелила губами, поинтересовалась.

- Ваша светлость?

- Лицевая, шестая... что?

- Мне показалось? Ваша светлость, вы не ко мне обращались?

- Нет. Я петли считала, - отмахнулась Малена, и опять ушла в свое занятие.

И с петлями тоже было странно.

Руки Марии-Элены действовали по-разному. Когда она вязала свое рукоделие, пальцы двигались неуверенно, медленно, словно бы по подсказке. Когда ликвидировалась ошибка и нить распускалась, руки буквально мелькали над кружевом.

И движения были разные.

То плавные и медленные, то быстрые и резкие...

Два разных человека? Но так же не бывает...

Спрашивать Ровена в любом случае не собиралась. Тем более, что ей была подарена большая кружевная шаль серого цвета. Красиво...

Карета медленно ехала уже по землям Домбрии. И по совету Матильды, Малена начала делать остановки в деревнях. Осматривала поселок, беседовала со старостой, покупала всякие мелочи, вроде хлеба, сыра, молока - когда в отряде куча мужиков, они все сожрут.

Девушки строго следили, чтобы все покупалось, а не 'дарилось безвозмездно', но и так произошел неприятный случай.

Деревенька называлась 'Яблочница', и яблонь тут было видимо-невидимо. Плоды сушили, варили варенье, гнали сидр, вот кальвадос тут еще не освоили. Матильда пообещала подруге найти рецепт, но пока еще время пройдет...

А вот пирог с яблоками оказался выше всяких похвал. И легкое яблочное вино, и варенье...

Девушкам хотелось все попробовать, узнать рецепт, купить кое-что...

Когда раздался крик, Матильда насторожилась первой. Уж за ней - Ровена и Малена.

Развернулся в ту сторону Дорак, но сделать ничего не успел. Из-за сарая вылетел солдат, а за ним, потрясая вилами, гналась тетка необъятных размеров.

Сначала никто не понял, что происходит. Солдаты просто автоматически, по привычке, ощетинились саблями на тетку, но та и не подумала дрогнуть.

- Что ж это деется-то?! Охальники!!!

Мотя встряхнула подругу.

- А ну, рысью! Ты тут герцогесса! Не дай бог, Дорак все сам решит, потом не расхлебаешь!

 - Но я...

 - Я подскажу! Не теряйся!

Мария-Элена отбросила серую шаль и медленно вышла из дома.

Она и сама не знала, но выглядела девушка в этот миг по-королевски. Солнце окружило золотым ореолом ее голову, словно короновало на трон, величественная осанка, неспешные движения и роскошное платье дополнили картину, да и Мотя внутри не давала расслабиться.

 - Рукой, вот так, спокойнее. А теперь - голос.

- Я - герцогесса Домбрийская. Что здесь происходит?!

Ровена на всякий случай держалась сзади. Мало ли...

Но нападать никто не собирался, вместо этого тетка отбросила вилы в сторону - и почти упала в ноги герцогессе.

- Что ж это деется-то, ваша светлость?!

- Что именно? - Малена трепетала, как заячий хвост, но Матильда не давала ей расслабиться. Ишь ты, рассиропилась. Выясняй! - Рассказывайте!

Ну что бы новое?

Увидел солдат красивую девушку, спросил попить, да и прижал ее в углу. Девушка отбиваться, солдат, видимо, распалился, платье рвать начал, тут мать вошла, да и приветила насильника, чем под руку попало.

- А это пострадавшая... Ага.

Матильда и Малена вместе созерцали симпатичную крестьянку. Действительно, мог солдатик и повестись. Фигурка точеная, личико очень симпатичное, копна каштановых кудрей... правда, волосы сейчас стоят дыбом, да и личико заплаканное, но все равно вид приятный. И округлости все на месте...

 - Если она его не завлекала? - засомневалась Малена.

 - Не думаю.

 - Почему?

 - Малечка, а ты на ее руки посмотри?

Действительно. Руки у девушки были вполне себе крестьянские - загорелые и натруженные. И на этой загорелой коже отчетливо проступали пятна синяков. Словно кто-то удерживал ее в жестокой хватке.

 - И платье...

Платье, действительно, было порвано, но только на груди. Видимо, сильнее не успел. Мать не дала.

- Ваша светлость, - кашлянул над ухом Дорак.

Матильда, сейчас именно она, развернулась - и пригвоздила капитана взглядом.

- Вы что-то хотите сказать, любезнейший?

Эх, не слышала этого голоса бабушка Майя. А услышала бы - порадовалась. Не пропала генетика! Ее кровь, ее выучка...

Дорак аж вздрогнул. Но уже не так сильно.

- Вы бы вернулись в дом? Ни к чему вам эти дрязги...

- Вы хотите сказать, капитан, что командуете отрядом насильников? И предлагаете мне закрыть на это глаза? Замечательно...

Дорак смутился.

- Ну... не было ж ничего.

- Потому что солдата прогнали. А если бы нет?

- В таком случае он разложил бы девушку, где придется, - голос Ровены почему-то был исполнен сдержанной ярости. - И пошел бы дальше. А на ней уже вряд ли кто-то женится. Будет там ребенок, не будет - дело другое, но муж бы ее всю жизнь попрекал.

Малена прищурилась.

- Может, стоит женить слишком горячего парня?

От такой перспективы побледнела даже тетка. И едва не взвыла. Матильда поняла, что тут точно все было не по согласию, и пригляделась к солдату.

Стоит, умник, штаны поддерживает, Завязать не успел толком, когда в тебя вилами тычут, не до того. И парень-то вроде не самый страшный, фигуристый, с выправкой, достаточно симпатичный, а поди ж ты...

- Женить не будем, - вынесла вердикт герцогесса. - Надо бы выпороть, к примеру, плетей пятьдесят, но тогда он в седле держаться не сможет. Всех задержит. Сделаем проще. Сколько составляет месячное жалование солдата?

- Две серебряных монеты в неделю, ваша светлость, - отчитался Дорак.

- Заплатите этой женщине три монеты золотом. Здесь. При мне, - отчеканила Малена. - Солдат...

- Варьен.