Зеркало отчаяния (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 37

• В офисе не пить, не курить, не употреблять стимуляторы. Уволю с волчьим билетом.

• Кому не нравится - не задерживаю.*

* лично видела в одном офисе. Прим. авт.

Матильда фыркнула.

- Заголовка не хватает.

- Какого?

- Что-нибудь романтическое, из садо-мазо. Например, 'мечта доминанта', или 'восемь правил подчиненного'.

Женя захихикала. Антон прищурился.

- Разбираешься?

Матильда постучала ногтем по списку.

- На работе не трахаюсь и о своих предпочтениях не рассказываю. Пункты четыре и шесть.

'Тоша' открыл рот, потом закрыл...

Матильда независимо поправила платье, которое теперь годилось только на половую тряпку для небрезгливой уборщицы.

- С вашего разрешения, шеф, к работе я приступлю завтра. Как вас полностью?

- Антон Владимирович.

- Матильда Германовна. Документы предоставлю завтра... у вас есть отдел кадров?

- Нет. Это будет на тебе.

- Тогда сама и оформлюсь. До свидания.

- Пока...

- До свидания.

Матильда мило улыбнулась и вышла. Дверь закрылась без стука и скрипа. Хорошее качество...

***

- Он... он такой красивый...

 - Обычный самец.

 - Мотя, ты не понимаешь. У него такие глаза....

 - И уши...

 - Да, и уши тоже... он самый лучший на свете!

Ыыыыыыыыыыыыыы!

А что еще оставалось сказать Матильде.

Так не бывает?

Еще как бывает! Видит ваша лучшая подруга парня и пропадает в миг единый. Влюбляется по самые ушки и тапочки, теряя мозги и тряпочки.

И то, что подруга сейчас в другом мире, а объект здесь - сути дела не меняет. Малена влюбилась.

До соплей, слез и отчаяния.

Что оставалось делать Матильде? Да только слушать очередное восхваление Антона Великолепного! Даже у самой влюбленной женщины рано или поздно прорезаются остатки мозгов, и с героя падает венец. Но ты поди, дождись этого момента.

 - Я так тебе благодарна! Если бы не ты, я бы никогда его не увидела...

 - Малена, а ничего, что он в другом мире?

 - Это неважно!

 - О как!

 - Мотя, ты не понимаешь! Главное, что Он - есть. А здесь ли, там ли... Может, в следующей жизни, мы с ним родимся в одном мире, а сейчас мне хватит и того, что он есть, что он живой, он рядом с нами... ты ведь пойдешь завтра на работу?

 - Безусловно.

 - И я смогу смотреть на него...

 - Малена, милая, эти мужики, как... как декоративные собачки. Дом охранять не оставишь, на цепь не посадишь, только гладить, тискать и любоваться.

 - Не понимаю?

Матильда вздохнула.

 - На это смотреть надо. Просто - увидеть своими глазами.

 - Но ты же...

 - Да, я пойду туда работать. Ради тебя. Хотя, как по мне, парнишка просто получил копеечку от папы с мамой и играет в бизнес. Ты кто? Владелец турагентства. Намного ж лучше звучит, чем Разгильдяй Балбесович...

 - Мотя...

 - Ладно-ладно. Если хочешь, я даже краситься буду на работу. И волосы укладывать. Хотя шансов у нас с тобой нет. От слова вообще.

 - Почему?

 - Мы... я небогата, не слишком красива, не гламурна...

 - Что значит последнее слово?

 - Дома покажу тебе наши глянцевые журналы. Поймешь.

 - Это что-то важное?

 - Холеность, лощеность, очень часто - заносчивость и спесь. Так называемая, принадлежность к высшему обществу. У вас это титул?

 - Да...

 - А какие обязанности есть у аристократов?

 - Аристократ - слуга короля. Первый... Он обязан выставлять свой отряд в королевском войске, беречь и заботиться о своей земле и своих людях...

 - А аристократки?

 - Рожать детей. Вести дом, воспитывать детей достойно...

 - Кружиться при дворе? Устраивать балы и приемы, поражать всех драгоценностями и нарядами, менять любовников, как перчатки, постоянно провоцировать скандалы, эпатажно вести себя...

 - Такие тоже есть.

 - Но?

 - В любом водоеме бывает грязная пена.

 - А у нас считается, что эта пена - и есть аристократия. А истинное предназначение и слова, и долга, давно забыто. Они не служат отечеству, они его рвут на части и гордятся близостью к тем, кто урвал больший кусок....

 - Разве так можно?

Ответом Малене был тяжелый вздох.

Можно?

К сожалению, данные рвачи забывают простую истину. Все мы живем на одной планете и один раз. Наворовал ты на три жизни вперед - остановись, подумай. Есть ведь то, что ты ни за какие деньги не купишь.

Репутация.

Слово 'русские' могут произносить по-разному. С уважением, страхом, безразличием, презрением, брезгливостью... и сановное-чиновное ворье отлично добилось последнего. Но сами-то они остались русскими. Навсегда.

И дети их, и внуки, и правнуки...

Может, стоит потратить толику малую, чтобы о тебе говорили не 'тот, кто родную страну разворовал', а 'тот, кто сберег, преумножил и другим помог'?

Увы... это слишком утопические мечты.

***

На следующий день Матильда отправилась на работу.

Простое зеленое платье, туфли без каблука одного цвета с сумкой, волосы заколоты в узел. Из косметики на лице тушь для ресниц и бесцветный блеск для губ,  ногти подпилены покороче,,  чтобы не клацать когтями по клавиатуре. Типичная офисная девочка.

Приехала она не первой, Антон уже был на работе.

- Малена? Доброе утро...

Матильда переждала восхищенный вздох Малены, и улыбнулась. Нейтрально, как пожилому дядюшке на улице.

- Доброе утро, Антон Владимирович. Я могу приступать к работе?

- Да. И кофе мне сварите.

- Хорошо. Вы какой предпочитаете?

- Две ложки кофе и три ложки сахара. Ложка сухих сливок. Моя кружка стоит в шкафчике, в приемной, на ней надпись 'Биг Босс', сообщил мужчина, и скрылся за дверью кабинета. А Матильда принялась проводить ревизию продуктовых запасов.

Кофе кончался, сахар тоже, на поверхности кофеварки были неопрятные потеки, так что пришлось быстренько сполоснуть ее, а уж потом варить кофе.

Кружка и правда была в шкафчике. Большая, черная, с белой надписью и рисунком акулы. Любящие сотрудники подарили, не иначе...

Малена вздыхала, прикасаясь к черному фарфору.

Матильда огляделась по сторонам, нашла еще тарелку, поднос, салфетки, печенье она принесла с собой, на обед... ладно, будем худеть.

Антон окинул натюрморт насмешливым взглядом.

- Печенье нашли в шкафу?

- Принесла с собой.

- Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок?

Матильда пожала плечами в ответ на ехидную реплику.

- Никогда не интересовалась анатомией. Но все возможно. Я могу идти?

- Да. Факс отправь, там номер в углу написан.

В руки Матильде спланировал лист бумаги, она ловко поймала цидульку, и вышла за дверь.

 - Поняла?

 - Что?

 - Тут таких девочек, небось, сотня перебывала. И все они целились в постель к Антону.

 - Фу!

Матильда была согласна с этим заявлением. Как можно повестись на этот сироп в штанах? Слишком уж он хорош, и наверняка, самовлюблен. Стоять в очереди к его сердцу...

Увольте!

Малена наверняка думала иначе, но тело-то одно на двоих, как здесь, так и там...

Матильда быстро отправила факс, нашла коробку, и принялась складывать в нее Динины вещи.

- Осваиваешься?

Ехидный голосок не застал девушку врасплох. Только не там, где стоят зеркальные шкафы.

- Здравствуй, Евгения.

- Фу-ты, ну-ты...этикеты гнуты. Привет!

- Поможешь?

- У меня своя работа есть.

Матильда выразительно огляделась. Приемная ничем не напоминала место работы Евгении.

- Тебе к шефу? По поводу работы?

- Нет...

Фразу 'Тогда не смею задерживать' Матильда не произнесла. Женя все поняла и сама, буркнула нечто вроде 'резко начинаешь, падать больно будет', развернулась и вышла.