Изумруды твоих глаз (СИ) - Артц Сергей - Страница 5

– То есть ты вот так, одной фразой, взял и сравнял всех под одну гребенку?

– Понимай, как хочешь, Илья. Я просто говорю, что думаю и как чувствую на себе взгляды натуралов обоих полов, полные презрения.

– То есть, ты считаешь, что если я натурал, то ничего не пойму? Ок. Тогда я тебе открою маленький секрет. Я как-бы не натурал! Я гей. И если следовать твоей логике, то я смогу тебя понять?

Никита резко остановился и хлопая своими белесыми ресницами сказал:

– Ты меня разводишь!

– Ничуть.

– Неее, ты не гей. Такие как ты не бывают геями.

– “Такие” - это какие?

– Да такие как ты. Ты слишком хорош собой, чтобы быть геем.

– Ну уж простите, какого уродили.

– Я не верю тебе! Прости! — с этими словами парень зашагал вдоль аллеи, отдаляясь от меня.

Я в несколько шагов догнал Никиту, развернул к себе и впился в немного пухлые губы парня. Чисто-синие глаза смотрели на меня не моргая. Когда я прервал свой поцелуй и отстранился от парня, все еще немного придерживая его за талию, спросил: – А теперь ты веришь?

Никита стоял с широко раскрытыми глазами и, казалось, не дышал. Немного отойдя от шока, он сам притянув меня к себе, встав на носочки, впился в мои губы новым поцелуем.

Одинокие прохожие, обходя нас, целующихся по середине сквера, что-то говорили себе под нос, но нам было все равно, мысленно мы были далеко отсюда. Рука Никиты скользнула под мою футболку и поглаживала торс, от этих прикосновений желание возрастало. Никита прервав поцелуй, томно дыша мне в ухо, спросил: – У тебя дома есть кто?

– Да, ко мне никак, а у тебя?

– И у меня родители дома. Но это ерунда, пошли.

– Куда? – опешил я.

– Пошли, – и Никита взяв меня за руку, повел сквозь весь сквер к одиноко стоящему зданию, огороженному невысоким забором.

– Что это за здание?

– Детский сад, пошли, – Никита подтянувшись, перепрыгнул через забор.

Будь то другая ситуация, я бы трижды подумал лезть через забор на территорию детского сада. Но сейчас мной руководили возбуждение и страсть.

Зайдя в первую беседку Никита словно потерял остатки разума, резко сорвал с меня футболку, стал страстно покрывать мое тело поцелуями, доводя своими действиями до пика возбуждения. Это безумие передалось и мне тоже, я ерошил волосы на голове парня. В порыве страсти я не заметил, как ремень и молния джинсов были расстегнуты, и мой член скользнул в руку Никите. Через мгновение плоть обожгли горячие от страсти губы парня. От нахлынувшей еще большей страсти и удовольствия, я закинул свою голову назад, а руками держа голову Никиты, с остервенением, на всю длину члена входил в горло парня. Пальцы Никиты впились в мои ягодицы и в такт движениям притягивали к себе. Я не смог долго выдержать такого темпа и взяв Никиту за волосы, что было силы одел его голову на всю длину члена, стал кончать в горло парня. Такого оргазма у меня не было очень давно, я провалился во времени, а когда очнулся, Никита уже чуть-ли не теряя сознание от нехватки кислорода, жалобно пищал стоя на коленях у моих ног. Подтянув губы Никиты к своим, я стал его целовать. Никиту била дрожь, нет не от холода, а от желания. Оторвавшись от губ парня, Никита шепнул мне в ухо: – Я тебя хочу, возьми меня, – и скользнул к моему члену, приводя его в “боевое” состояние.

– Илюш, у тебя есть презервативы?

– Нет. Но у меня не было секса уже больше года.

– Ну ты даешь. Давай без него, я больше не могу, Илюш, возьми меня.

Не став дожидаться повторного приглашения, вжав парня в стенку беседки и не подготавливая его, я вошел в него сразу на половину. С губ Никиты сорвался стон, который тут же был перехвачен моими губами, я стал увеличивать темп и амплитуду движений. Наши стоны сливались, губы соединились в страстном поцелуе. Движения становились жестче и резче, и Никита чувствуя скорую развязку, не смог более сдерживаться и кончил, сделав еще пару толчков, я излился следом.

Немного отдышавшись, я посмотрел в затуманенные глаза Никиты, и поцеловав его в губы, встал перед ним на колени:

– Так ведь не честно, я два раза кончил, а ты один, – я взял в рот член парня и языком стал его возбуждать. Никита лишь тихо застонал и спустя несколько минут разрядился мне в рот.

Мы вместе уже два месяца. Это мелированное чудо порой просто невыносимо, оно хочет секса всегда и везде. Ну, а что я? Я же никогда не против. Сегодня мой “кролик” приедет ко мне домой, благо мама в двухнедельной командировке, а брат носится со своим бизнесом как с яйцом и домой заваливается только под утро. Я кидаю взгляд на настенные часы и бегу в душ. Не успеваю я вытереться, как в дверь звонят. Боже какой противный звонок… Поменять бы его. Опоясываюсь полотенцем и открываю дверь… На пороге мое любимое чудо. Да, да уже любимое. Я люблю его безумно - он такой родной, желанный и милый.

– Заходи, “Энерджайзер” мой, – затаскиваю своего котенка в квартиру, и не давая ему сказать ни слова, впиваюсь в его губы. Никита только и успевает что-то промычать под моим поцелуем, но успокаивается и со страстью мне отвечает. Когда челюсти начинают побаливать от поцелуев, я немного отстраняюсь от своего малыша.

– Блин, Илюш, кто из нас еще озабоченный. Не дал даже зайти толком, – улыбается это лохматое чудо.

– Я тебя люблю, котенок, – прижимаю его к себе.

– И я тебя люблю, Илюшенька.

Обнявшись, мы прошли на кухню, пообедали тем, что оставила мама перед отъездом и отправились в мою комнату.

– Чем займемся? – наигранно серьезно спрашиваю я.

– Бля*ь… в шахматы будем играть, – отвешивая мне подзатыльник и валя меня на кровать, говорит Никита.

Мы снова целуемся. Блин, сколько мы за эти два месяца провели в поцелуях? Наверно дней пятнадцать, если все сложить – ну любит он целоваться. Моя рука ползет под футболку моего мальчика, оголяя его торс. От него пахнет просто изумительно… все время забываю, как называется его туалетная вода. Облизываю ему один из сосков и прикусываю его. Никита извивается, пытаясь одернуть футболку. Я поднимаю на него удивленный взгляд: – Что-то не так?

– А вдруг кто придет?

– Да никто не придет. Мама в командировке, Димка в своем магазине.

– Я как-то волнуюсь.

Я ничего не отвечаю, лишь нежно обнимаю его и целую в шею. Через несколько мгновений мы лежим абсолютно голые, и я ртом ласкаю его уже во всю напряженный член. Никита извивается и без стеснения стонет во весь голос. Через мгновение он опускается вниз, и я чувствую его теплые немного припухшие и искусанные губы у себя на члене - он просто потрясающе делает минет… он превосходен. Чувствую приближение оргазма выхожу из его рта, притягиваю это дрожащее от желания тело к себе и закидываю его ноги себе на плечи. Он у меня странный, очень странный, он не приемлет смазку и презервативы (если партнер постоянный – он доверяет). Нежно касаюсь его губ, целую его носик, каждый глаз и нежно начинаю входить в моего котика. Он немного прикусывает себе губу, когда я вхожу на половину, останавливаюсь, давая ему минуту привыкнуть, потом медленно начинаю движения. Через несколько минут мое чудо кричит во весь голос, откинув голову и закрыв глаза. Я на грани… еще немного и…

Дверь моей спальни резко открывается, и в дверном проеме появляется брат. Его лицо делает тысячу оценок в секунду от удивления до брезгливости. Со злости Дима так хлопает дверью, что декоративное стекло в ней рассыпается на тысячи осколков. Слышу, как хлопает входная дверь… Я замираю. Смотрю на Никиту – он просто сам не свой, смотрит на меня испуганно.

– Что теперь будет, Илюш?

– Не знаю… – тихо отвечаю я, пытаясь спрогнозировать дальнейшие события.

Всю нашу похоть и желание сняло как рукой… мы просто лежим рядом и думаем каждый о своем.

– Илюш, может мне лучше уйти? – прерывая наше молчание, начинает Никита.

– Нет, ты никуда не пойдешь! Пусть если даже мне придется рассказать все маме про нас. И вообще, я хочу чтобы ты был рядом сегодня.