Попаданец наоборот, или Эльф в деле - Танари Таша - Страница 2

Доведенный до предела отчаяния, я остановился посреди до боли знакомой поляны и вознес мольбы небу. Никогда не относился к религиозной части населения, предпочитая верить в себя, свои способности и удачу, но сейчас молился так, что мне позавидовал бы весь приход Девятого Храмовника. Неистово, самозабвенно, горячо, искренне, от сердца, так сказать. И что бы вы думали, мне ниспослалась благодать? Ага, десять раз, держите шире карманы — только время потерял. Тонкий слух уловил топот преследователей. Сплюнув с досады — подобное поведение, кстати, эльфам тоже не присуще, но отчаяние и не до такого доводит, — я вскочи;! на ноги и опрометью кинулся в ближайшие кусты.

Кусты любезно раздвинулись. Ну не зря же я представитель волшебного народа, почитающего природу как вторую мать. Со всего маху я впечатался в дерево, могучее, если не сказать древнее. Откуда оно тут взялось? Я с детства все уголки заповедные в этом лесу облазил, не должно быть здесь никакого дерева, да еще столь доисторического. Его, разве что впятером взявшись за руки, обхватить можно. Потирая пострадавший лоб — больно, зараза! — я озадаченно изучал неожиданную находку. От удивления даже позабыл на некоторое время о настигающей горемычной участи. И не зря, потому как на высоте в три моих роста заприметил дупло. Взобрался наверх, ликуя от собственной везучести. Чем не схрон? Авось упустят меня хоть ненадолго, а я уж воспользуюсь форой как положено. Фиг догонят потом, а у дроу им меня не достать. С затаенной надеждой, ибо большего не оставалось, я протиснулся в щель в стволе. Ничего тут так, между прочим, просторненько. Уселся на выстланный сухим мхом пол убежища и обратился в слух.

Этот самый слух мне подсказывал, что я очень вовремя сюда залез. Ах, весьма кстати мне подвернулось раритетное дерево! Подумать же о том, откуда оно взялось, я решил завтра. Сейчас совсем не ко времени было, потому как, к моему глубочайшему разочарованию, отряд недавних товарищей по оружию великолепно умел находить преследуемое и на местности ориентировался отлично. Кружили они в аккурат под моим последним приютом. Э-э-э, какое там кружили, они уже к дуплу подбирались, вот ведь поганцы ушастые, то есть глазастые. В панике я зажмурился, сжался в комок — злополучные браслеты пребольно впились под ребра — и изо всех сил начал представлять, что меня нет. Совсем нет, никого, пусто. Я это не я, тут это не здесь, а вообще на каких-нибудь дальних куличках. Где меня ну точно никто из матримониально неверно ориентированных родителей не достанет. Я не я, и уши не мои, и жизнь не моя, и лес не мой. Пусто тут, катитесь, господа, дальше!

Разом все стихло, а на меня апатия накатила и тоска. Еще хватило сил подумать: «А, гори оно синим пламенем». Веки отяжелели, налились, и я провалился в забытье.

Глава 1

Василариэль

Холодно, жутко холодно и шумно. И воняет мерзко, а чем — непонятно. Меня нашли и испытывают новое газовое оружие в назидание, чтобы неповадно было? Тогда зачем так настойчиво теребят за рукав? Еще и зудят писклявым голосом:

— Эй, ты живой? Очнись, говорю, замерзнешь ведь. Совсем народ с ума посходил перед праздниками. Обязательно было надираться до состояния нестояния? Еще три недели до Нового года.

Что за чушь? Что происходит? С трудом разлепил веки и ужаснулся. Я умер и это мой посмертный бред? Куда делся лес и привычные взгляду пейзажи? Удушливый, навязчиво преследующий запах отбивал любые попытки сосредоточиться на склонившейся надо мной особе. И кто тут у нас такой сердобольный и смелый? Человеческая женщина. Фигасе, куда меня зашвырнуло! А как? Потряс головой — может, все-таки сон? Не похоже. Девица настырно и довольно ощутимо подпинывала меня ногой, заставляя подняться со стылой земли. Снег? Но у нас лето на дворе с утра еще было, даже в Человеческом Королевстве до наступления холодов далеко.

— Слушайте, уважаемая леди! Простите, не знаю вашего имени, не соблаговолите ли вы перестать вытирать об меня ноги. Честно признаться, я очень сдерживаюсь, чтобы вас не ударить за подобную дерзость. И только мысли о том, что вы все же дама, хоть и из дикого и темного нравами королевства, а еще мое воспитание помогают воздержаться от этого не слишком благородного поступка.

О, трясти меня перестали! Какое счастье. Пинать тоже, даже отошли на несколько шагов. Так-то лучше, я встал и отряхнулся. Все болит, тело разбито и вообще какое-то не мое. Где та привычная гибкость, где острое зрение, где остальное? Один нюх остался, и тот лучше бы пропал. Все не так. Ладно, наверное, долго я в том дупле просидел, вот и затек. Э-э-э, первым делом нужно пойти отогреться, найти извозчика и драпать в сторону земель дроу. Парни со смеху умрут, когда расскажу им, в какую передрягу попал. По-любому тоже решат, что я напился. В размышления ворвался все тот же тонкий голосишко:

— Думаю, я сильно пожалею об этом — разговаривать с душевнобольными опасно, особенно потенциально буйными. Но если вы замерзнете насмерть и станете являться мне во снах, это будет крайне неприятно. Вы помните, кто вы, откуда, где ваши родственники? Может, вам позвонить нужно? На вас напали?

Кошмар какой! Слишком много вопросов для одной совсем крошечной человечки, еще и смотрит брезгливо-сочувственно. Неужели я так плохо выгляжу? Да они же от нас всегда без ума, даже если видок откровенно не очень.

— Милочка, меня искренне раздражает ваша забота, но, так и быть, отвечу. Я, если вы не заметили, эльф, и смерть от переохлаждения мне не грозит. Холод неприятен, конечно, но не более. Являться к вам мне нет совершенно никакой надобности, можете быть спокойны и за свои сны, и за честь. Никто на меня не нападал, ну почти, не успели поймать — это да. Насчет «позвонить», не совсем понял, о чем вы? Докладывать куда-либо о моем присутствии не требуется, если об этом. И раз уж я упоминал свою расу, очевидно, мое происхождение из Волшебного Леса. Теперь-то я удовлетворил ваше неуемное любопытство и вы позволите мне удалиться по своим делам? — Красноречиво кивнул на вновь уцепившиеся за мой рукав пальцы незнакомки.

Она как-то судорожно сглотнула и совершенно ошалело на меня посмотрела. Сейчас-то что не так? Все ей разжевал в доступной форме. Кто из нас еще душевнобольной — весьма спорный вопрос.

— Кстати, как называется эта местность? Не припоминаю подобного в вашем королевстве. Я в нем давненько не был, но не настолько же. Странно тут у вас… хм. — Теперь я удосужился получше осмотреться, и в голову сразу закрались нехорошие подозрения.

— Москва, — растерянно ответила человечка, явно раздумывая, удрать подальше или выполнить долг и помочь ближнему. Долги победили — высокоморальная дама попалась. — А знаете… Давайте, мы в кафе ближайшее зайдем, вы выпьете горячего чая, отогреетесь. Извините, вижу сейчас, что вы трезвый, но на эльфа все равно не тянете. Я фэнтези уважаю, они не такие совсем.

Ну приехали! В том, что я — это не я, меня еще никто не подозревал. Она блаженная, что ли, раз очевидного не видит? Типичный эльф — я. Что за странное место, вообще? И люди тут странные. Где влюбленный взгляд, полный обожания и восхищения?

Напряг память. Что я знаю из географии человеческих поселений? Никакой Москвы в голове не всплывало. Зато пришло осознание того, что заросшая многодневной щетиной, опухшая харя, отражающаяся в стеклянной витрине, двигается синхронно со мной. Вот мятое существо рукой помахало, вот за щеку в припадке отчаяния схватилось. Мать моя прекрасная эльфийка, это я? Правда я? В глазах потемнело, мелкая человечка в качестве опоры пришлась как нельзя кстати.

Возмущаться и следовать первоначальным планам сил не осталось. Пришлось смириться и последовать за девушкой, которая воспользовалась моей дезориентированностью и поволокла за собой. Вдоль все той же витрины, где я наблюдал высокого, слишком мощного для нашей комплекции небритого мужика, понуро шагающего за едва достающей ему до плеча спутницей в одежде из пушистой шкурки неизвестного животного. Очень симпатично, надо заметить, сшитой. О чем я, волкодлак задери, какая красивая шкурка?! Да у меня растительность на лице отродясь не росла, а мне, между прочим, сто двадцать три года. Вытянул вперед руку, придирчиво рассмотрел — эти толстые сучья точно не мои изящные, ухоженные пальцы. Как все печально…