Поселение (СИ) - Форчунов Вик - Страница 20

Массажистка переместилась вдоль его тела таким образом, что его вторым фактором занялась ее ручка, обильно смазанная ароматным маслом — ход процесса парню пришелся по душе, а когда подруга переместилась еще немного ниже, массаж перешел в завершающую стадию. Нежные губки Ляны ласково и напористо стали продолжать дело, начатое ее руками — фургон наполнился тяжелым дыханием обоих участников процесса, сопровождаемый стонами и нечленораздельными восклицаниями, как парня, так и девушки. Процесс возбуждал обоих, но естественно, первым не выдержал парень, огласив своим долгим стоном конец первой части вечернего мега секс-шоу. Вторая часть состоялась через полчаса — за это время парочка успела немного освежить горло, так как в салоне стало немного жарковато — на ночь отключали систему кондиционирования, чтобы не тратить попусту энергию, ведь вполне комфортно можно спать и без покрывал. На втором этапе Ляна пожелала получить свою долю удовольствий, так как во время первого этапа она порядочно возбудилась — здесь парень продолжал выполнять роль пассивного участника действия, позволив даме снова взять инициативу в свои руки.

Итогом нового заезда стали скачки на жеребце, где жеребец покорно лежал на спине, а его наездница выбрала неторопливый стиль езды, оседлав послушную «лошадку». На все пошло не более десяти минут — медленный шаг под конец перешел в жесткий конкур со стонами, восклицаниями и активными прыжками на «лошадке» — вечер закончился для обоих участников шоу в объятиях, где они и задремали, уставшие, потные, но довольные жизнью. Корпус вездехода слабо потрескивал, остывая в темноте, рядом негромко шумел океан, а обитатели машины уносились в чертоги Морфея, практически в один миг перейдя из состояния полудремы в глубокий сон. Путь до поселка вышел больше, чем на три недели — девушка старалась каждый день принимать океанские ванны, парень тоже особо не возникал против приятных омовений, да и вода в баках фургона не тратилась на ежедневный душ. Но пару дней ехали почти без остановок по причине сильного шторма, затянувшего побережье на многие десятки километры по пути — в такие дни двигались до позднего вечера в ночном режиме лобового стекла — до сих пор в прибрежной зоне на них никто не напал. У охотника сложилось мнение, что ночным хищникам в прибрежной зоне просто неинтересно по причине отсутствия тут добычи, несмотря на то, что движение начинали еще до рассвета, а заканчивали после заката. От сильной усталости раз в день принимали стимуляторы — хоть дорога здесь почти идеальная для вездехода, но внимание все-таки притуплялось, а вот Ляна даже обрадовалась плохой погоде — это ей напоминало ее родной Гронц, где природа была менее благосклонной к людям и шторма являлись частым явлением.

— Почти как у меня дома — парочка сидела возле фургона, вытянув два стула наружу, и вдыхала аромат морской пены — с той разницей, что там все гораздо холоднее. Просто так мы бы с тобой не сидели и не смотрели на волны — ветер холодный, все небо в тучах, океан весь свинцовый, даже барашки на воде не такие белые, как здесь…

— Ты хочешь домой? — отозвался парень, глянув искоса на подругу — тебя там кто-то ждет… мужчина, семья?

— Нет, что ты — засмеялась девушка — ничего такого, мне тут хорошо, а рядом с тобой еще лучше, …просто эта картина напомнила родную планету.

Не сказать, чтобы Виктор считался здесь звездой эстрады или другой знаменитостью, но повторный визит в Версолу-5 показал, что тут его ждут с нетерпением, начиная с периметра, где на этот раз никто не пытался зайти к охотнику в вездеход. Просто немного пообщались с парнями, которым откровенно скучно, а заодно по старой памяти кинул им пару сюжетов из жизни охотника — в основном, это конечно оказались ролики о повадках антрацитовых буйволов, так как ничего более интересного в памяти кристалла не нашлось.

Глава 6

— Ляна, двигай в зону приемки «Вер-медикал» — сдам сырье и рога, хотя там того сырья, как кот наплакал, мда. Но это не проблема: надеюсь, что твои соотечественники сдержат слово и подгонят мне кое-какое оборудование,… как договаривались.

О какой-то выгоде от продажи скудных трофеев можно в этот раз и не говорить — сумма оказалась настолько смехотворной, что привыкший к цифрам с множеством нулей, Виктор долго щурился на экран комма, пытаясь понять, почему так мало? Перегнав затем свой транспорт на стоянку, временно разошлись с Ляной: девушка получила некоторую сумму на свой счет, чтобы купить обновки и все такое, после чего подруга ускакала к своим бывшим «коллегам» в бордель — покалякать, посплетничать и так далее. Охотник же вернулся к корпоранту и сразу перешел к делу:

— Я готов ко второму этапу, материал со мной — как там добровольцы? Есть еще кто, или и те померли? И что там по нашей договоренности…. ну, ты понял, да?

— Нашелся еще один — теперь есть пятеро, а что касается наших договоренностей, то тут еще проще — несколько рабочих моделей имеются в поселке, просто ими не пользуются по понятным причинам, так что сам выберешь себе одну, как и договорились!

— А стационарные турели и генераторы к ним — с этим как? — парень решил прояснить все до конца, пока не начал эксперименты.

— Мы слово держим — корпорант немного повернулся и указал на контейнер, стоявший в углу территории склада, на который Виктор сразу не обратил внимания — лови спецификацию,… все согласно базовой комплектации поселка,… на две позиции, так сказать.

Охотник сразу же потянулся за своим планшетом, чтобы не напрягать глаза на мелком экране и просмотрел полученный пакет: партия лазерных стационарных излучателей двойного режима работы состояла из двадцати четырех однотипных установок «Лоуз-24х2Р» и двух стационарных генераторов «Джи-Е3800», которые должны обеспечить эту компанию энергией для стрельбы. В качестве источника энергии для этих агрегатов указывалась какая-то непонятная хрень, входящая в спецификацию генератора — эта штучка гарантировано снабжала свои двенадцать установок боезапасом на срок от восьми месяцев до года. Правда все описывалось мутно, в том смысле, что автономность сильно зависела от режимов работы излучателей и их интенсивности. То есть через полгода, год, следовало снова покупать источник для своего поселка, что немного расстроило охотника, так как путь только в одну сторону занимал до двух месяцев. Однако вспомнив, что с приобретением флаера вопрос длительности путешествия сильно сократится, как он сильно надеялся, отбросил негативные мысли и кивнул собеседнику, одобряя список. Внешне контейнер с оборудованием оказался размерами где-то на треть платформы, рядом лежала небольшая коробка с креплениями — гронцы все предусмотрели, и теперь оставалась мелочь — передать местным свою нестандартную процедуру изменения мозга человека.

Пятерка добровольцев дожидалась Виктора возле медицинского центра — охотник решил проводить массовое «лечение» под присмотром здешних врачей — какая-никакая, а помощь, ведь самолично сидеть сиделкой возле пациентов он не собирался. Свою задачу Вик видел в организации процесса и общем руководстве операцией, к тому же самым сложным в предстоящем мероприятии мужчина видел начальный этап, когда пациент должен проглотить «угощение» и не выблевать его обратно. При этих мыслях в голове охотника щелкнул калькулятор, и перед глазами вспыхнула цифра воображаемых убытков от нереализованных мозгов буйволов, но человек усилием воли задавил свою жадность. Недополученная сейчас незначительная прибыль грозила в ближайшем будущем приятными перспективами сотрудничества с технологически развитой планетой. Чтобы не травмировать заранее психику добровольцев, «угощение» проводил индивидуально с каждым претендентом в отдельном кабинете, куда притащил все восемь контейнеров с «препаратом» и упаковку вина — рабочий набор инквизитора, так сказать.

Пока один охотник впихивал внутрь себя «лакомство», обильно запивая его вином под строгим присмотром парня, остальные смирно сидели в коридоре, прислушиваясь к непонятным звукам из-за закрытой двери. На каждого пришлось потратить до пятнадцати минут: когда охотник вскрывал очередной контейнер перед глазами следующего претендента, и тот мог узреть «лекарство», Виктору приходилось давить авторитетом и намекать на большие убытки, которые в случае негативной реакции желудка пациента последнему придется их покрывать. Как правило, именно цифра неустойки оказывалась решающей в борьбе мозга и желудка, и уже вскоре экспериментатор переходил к следующему подопытному. Через час с небольшим, когда все пятеро оказались в палате на шесть коек, охотник толкнул перед присутствующими короткую речь.