Черная дыра - Устем Амир - Страница 49

Нет.

Скорее это было впадением в кому.

Неужели все зря? Неужели те ночи, что полковник провел без сна, держа за руку ставшего единственным родного человека, борясь вместе с ней за ее жизнь на больничной койке, вели к одному неизбежному исходу? Разве для того она выжила при покушении ублюдков на их дом, чтобы умереть от их рук годами позже? Во всем должен был быть какой-то смысл, иначе вся жизнь оказалась бы простой случайностью.

Не найдя свободного места на парковке перед крыльцом, Али загнал Фиат на тротуар. Надолго он тут не задержится. Дождь только набирал свою силу и решив, что дожидаться его окончания бесполезно, он вышел из автомобиля и бегом добрался до крыльца. Оказавшись дома, полковник скинул с себя отяжелевший пиджак, положил его на шкафчик, и на полу тут же образовалась лужица дождевой воды. Али закрыл за собой дверь и прошел в гостиную. За мгновенье до того, как полковник щелкнул кнопкой выключателя, ему показалось, что чей-то силуэт скользнул за его спиной. Списав все на тени качавшихся за окнами деревьев, Али не придал этому особого значения, но, когда комнату озарил электрический свет, все встало на свои места. В креслах вокруг маленького журнального столика, сидели хорошо знакомые полковнику мужчины и нетерпение отражалось на их презрительно улыбающихся лицах.

— Ку-ку, Алибек, — было видно, что Ерлан наслаждался своим мини-представлением и эффектом неожиданности, который ему удалось произвести.

В то же мгновение дуло пистолета коснулось затылка Али.

— Руки подними, — послышалось сзади, и полковник тут же подчинился.

— Далеко собрался? — Ерлан улыбался, словно происходило что-то очень веселое.

Рядом с ним на других креслах и диване сидели еще два парня. Если память не изменяла Али, то одного из них звали Нуржан, а второго Марлен, и их лица не раз мелькали в полицейских отчетах.

— Попутешествовать решил на старости лет? — Ерлан закинул в рот пару семечек и спустя некоторое время, выплюнул шелуху. — Проходи, садись, не ссы. Я не кусаюсь.

Глава 37

К моменту возвращения Арсена домой, стрелки на его часах показывали пятый час утра. Осторожно открыв дверь, он прошел в комнату. Солнце еще не взошло, но постепенно светлеющее небо позволяло различать силуэты в теряющей свои силы темноте. Комната успела наполниться свежестью утреннего воздуха, бесцеремонно врывавшегося в дом через приоткрытую дверь балкона. Жалюзи на окнах слегка покачивались, периодически стуча по раме окна. Асель уже спала на краю кровати, положив руку под голову. Арсен подошел к ней и опустился на корточки, глядя на ее безмятежное лицо. Она спала так сладко, что Арсен боялся нарушить ее сон любым своим движением. Он смотрел на ее ресницы, губы, волосы. Давно ли она спит? Как долго она ждала его возвращения? О чем она думала, засыпая? Не удержавшись, Арсен потянулся к Асель и осторожно коснулся губами ее обнаженного плеча. Вдыхая аромат ее духов, капитан поцеловал ее нежную шею, а затем поднялся с места и накрыл ее пледом. Утренняя прохлада достаточно освежила квартиру, и поэтому Арсен закрыл дверь балкона. На подоконнике лежал небольшой конверт из фотосалона с распечатанными фотографиями, которые они еще не успели просмотреть. Весь предыдущий уикенд Асель и Арсен провели вместе, гуляя по самым красивым местам города, пытаясь запечатлеть на фотоаппарат каждую проведенную вместе минуту. Инициатором фотосессии стала Асель, которую привел в ужас единственный найденный в доме Арсена и заполненный лишь на треть фотоальбом. Твердо решив пополнить фотоколлекцию Арсена, Асель продумала весь маршрут, который им нужно пройти и все гримасы, с которыми они должны непременно сфотографироваться. И хотя, капитан упорно не соглашался с ее затеей, в конце концов, решил пойти на уступки, при этом поставив свое условие — фотографироваться он будет с таким выражением лица, которое сам посчитает нужным. Асель даже пришлось отпроситься с работы, чтобы полностью посвятить себя капитану в его редкий выходной. Они словно заново открывали для себя город, в котором жили. Прогуливаясь между новостройками, мимо которых сотни раз проезжали, не обращая на них внимания, катаясь в метро, в котором никто из них еще никогда не был, и даже просто лежа на зеленой траве в парке, они чувствовали себя туристами.

Усевшись в кресло, Арсен стал просматривать едва различимые в темноте фотографии. Сам того не замечая, капитан расплылся в улыбке, глядя на дурачества перед фотокамерой. Всматриваясь в свое лицо, он удивлялся тому, насколько разнообразные гримасы способны на нем появляться. Смог бы он вести себя так же с кем-нибудь другим, кроме Асель? Ему нравилось открывать в себе непознанные стороны своего я, и единственной причиной всех этих открытии была Асель. Когда она находилась рядом, происходило что-то едва ощутимое внешне, но такое заметное во внутреннем мире капитана. Словно ее присутствие возвращало его в те дни, когда вся жизнь казалась одним чудесным и долгим приключением. И словно не было двух лет в полиции, бессонных ночей, криков, выстрелов, падающих гильз и призраков, казалось бы, навсегда поселившихся в голове Арсена.

Закончив с просмотром, Арсен вновь вернулся к наиболее понравившейся фотографии и подошел к окну, чтобы четче разглядеть ее. Неужели эта девушка на фото сейчас находится рядом? В его квартире на 15 этаже. В его постели. Приятное чувство растеклось по телу капитана, и он с благодарностью взглянул на Асель. Отложив все другие фотографии в сторону, Арсен поднялся, и подошел к прикроватной тумбе. Он взял позолоченную рамку, в которой красовалась непонятная картинка — плод чрезмерно разыгравшейся фантазии какого-то абстракциониста, и немного повозившись с креплениями, вынул ее оттуда. Аккуратно разместив вместо неудачной картинки, зачем-то установленной Арсеном, совместное с Асель фото, капитан с чувством выполненного долга вернулся в кресло. Устало опустил голову на его мягкую спинку, и, спустя некоторое время, впал в дрему.

Он видел Али. Тот уже сидел в самолете. В руках он держал чертежи и планы, в которых усердно что-то искал. Как он собирается поступать? Арсен хотел предложить свою помощь, но его самого не было в салоне самолета. Али поднял глаза, глядя куда-то сквозь Арсена, и широко улыбнулся. Впервые Арсен видел такую улыбку на лице полковника. Арсен впервые видел его улыбку вообще. Тем временем послышался смех начальника, через мгновенья превратившийся в громкий хохот. Арсен оторвал голову от спинки и открыл глаза.

Часы удивили Арсена, так как прошло не более пяти минут с тех пор, как он смотрел на них, еще пребывая в бодрствующем состоянии. Этого хватило, чтобы шея затекла. Размышляя над сном, Арсен подумал о ситуации, в которой оказался его начальник, и эти мысли ввергли Арсена в уныние. Как бы он поступил на месте Али? Неужели Кайрат действительно настолько бессердечен, что готов лишить человека единственного смысла его жизни? Стоило ли Али поступать так, как он поступал все это время?

Ублюдки, должно быть, знали все слабые места каждого из них. Арсен посмотрел на Асель. Что если начнется полномасштабная война, а им станет известно о ней? Любовь пробивала бреши в броне одиночества, оставляя за собой уязвимые места. Его работа, его характер, его образ жизни, его чувства к Асель — все подвергало ее опасности. Сможет ли капитан уберечь этот огонек, когда тьма обступит их со всех сторон? Арсен свел брови. Его любовь… «черт возьми» подумал капитан. Было ли это любовью? Как бы не называлось то, что возникло между ним и Асель, капитан теперь в ответе за эту девушку. С того момента, как она впервые вошла в его мир, он стал ответственен за все, что происходило и произойдет в ее жизни.

Заснуть капитан не смог, даже когда прилег рядом с Асель. В голове вертелись ничего не значившие мысли, прогоняя сон. Все время боясь разбудить девушку, Арсен пытался не шевелиться, и по старому проверенному методу, убедить себя в том, что он спит, но ничего из этого не выходило. Глядя в потолок, он встретил первые лучи солнца. Тень от домов на противоположенной стороне улицы медленно перемещалась по потолку, и это движение едва ли можно было заметить. Сверху доносились приглушенные звуки воды, где-то хлопали двери и со скрежетом открывались окна. Дом просыпался. Так и не сомкнув глаз, капитан дождался, когда сработает будильник, и встал с кровати.