Колонист (СИ) - Форчунов Вик - Страница 37

— Фигасе, твою мать,… я чуть себе плечо не выбил — охреневал он от эффекта работы этого «дробовика» — это оружие последнего шанса для кого, я не понял: для охотника или для дичи?

Между тем события стали заметно ускоряться: первый выстрел «Шутаха» был удачным, а вот второй мохнатый организм оказался очень этим недоволен и стал пробираться сквозь висящие и лежащие туши к стрелку. В голове у молодого охотника еще звенели отголоски первого выстрела, когда он смог поднять ствол в сторону приближающегося зверя и снова выжать спуск.

— Бумм! — снова повторила ручная мини-пушка, опять ударило отдачей и заложило уши от грохота — в маленьком прицепе эффект работы агрегата был ошеломительным. Промах! Бумм! — пушка ударила в плечо, толкая парня назад, и он неловко поскользнулся на крови, еле удержав равновесие. Руки крепко вцепились в оружие, которое, как дикий зверь пыталось вырваться на свободу.

— Аррр! — заревел раненный зверь и ударил лапой, пытаясь достать несговорчивую и кусачую пищу. Бумм! — выстрел прогремел почти одновременно с броском твари, и Виктор ощутил резкую кинжальную боль в колене многострадальной левой ноги, а затем парень потерял сознание от болевого шока.

Волш пришел в себя с тупой головной болью, пощупал голову и скривился от резкой реакции на соприкосновение руки с большой шишкой, осмотрелся — лежал на полу вездехода возле запертого главного входа и ничего не помнил. Немного кружилась голова, и он попробовал сесть — попытка отдалась новым залпом болевых ощущений в затылке,… попытался вспомнить последние события.

— Проклятье, ничего не помню! — огорченно потряс головой, пытаясь отогнать головокружение — надо выпить воды,… кстати, где мой ученик?

До кухонной зоны докарабкался быстро — вода внутрь, вода на голову — немного полегчало. Стал озираться в поисках младшего партнера — вокруг было подозрительно тихо, но внимание привлек стойкий запах свежей крови и какой-то химии, которую он когда-то уже встречал…смутно. Потом память частично восстановилась, и он смог кое-что вспомнить: вот они с Виктором снимают шкуры, вот у него в голове что-то…что… пусто? На четвереньках добрался до тамбура: вид побоища в небольшом пространстве прицепа его сначала ужаснул, а потом отрезвил. Рядом с входом лежал в крови его молодой напарник, а ноги его были придавлены головой и передними лапами темного топтыша — так по базам официально назывался этот зверь с гипертрофированной вытянутой мордой. Полчерепа у зверюги отсутствовало — висящие рядом туши все были в осколках костей и мозгах твари. Второй топтыш лежал возле внешних дверей в прицеп, вернее, дверей там уже не было — просто полутораметровая дыра, через которую было видно саванну. Голова у этого зверя была цела, а в боку зияла огромная, сантиметров двадцать дыра, из которой медленно сочилась кровь и еще что-то темно-вишневое, неприятное на вид. В потолке прицепа тоже была дыра, но скромнее — не более десяти сантиметров в поперечнике, а рядом с его лежащим напарником лежало оружие, наделавшее дырки — его «Шутах-44».

— Я, наверное, сплю! — прошептал охотник, оценивая масштабность картины — Виктор завалил двоих топтышей из моего «Шутаха»! Стоп, идиот, не о том думаешь — напарник…

Следующие полчаса или час охотник помнил плохо, даже головная боль и головокружение отодвинулись на задний план, пока он занимался оказанием первой помощи своему ученику. Сначала боролся с тушей зверя, которая придавила ноги Виктора к полу — тут ему некому было помочь и пришлось выдумывать способ, как сдвинуть эту массу в сторону… приспособил под рычаг одну из снайперских винтовок. Идея сработала, хотя саму винтовку теперь можно было выбросить: наплевать — подумал Волш, вытягивая Виктора в тамбур — он уже понял, что произошло и почему у него болит голова и шишка на затылке. Потом долго отмывал напарника от крови — тот пришел в себя от водных процедур и мутным взглядом смотрел за действиями партнера. Затем охотник некоторое время занимался его распоротым коленом и верхней частью ноги. Тут много сделать он не мог — охотники знали только «первую помощь» и «автоматические медицинские устройства» — поэтому на свежую рану стал цеплять аптечки-анализаторы.

Эти приспособления не лечили, а только останавливали кровотечение, снимали боли у раненного и держали рану в стерильности до момента передачи пациента в руки полноценного медицинского учреждения. Самая распространенная и самая универсальная для таких случаев «Рейд-М60» выглядела, как толстая марлевая повязка синего цвета, с фиксаторами по краям и небольшой коробочкой с набором медикаментов почти на все случаи жизни. Зафиксировав на ноге две такие приблуды, Волш подождал, когда на них засветятся контрольные светодиоды и только тогда успокоился. Устройства пару раз щелкнули и что-то вкололи пациенту — взгляд у Виктора прояснился, и он вопросительно посмотрел на напарника.

— Э… это, слушай, Волш — дай пить… и что-то еще поесть калорийное — как-то мне голодно внутри, кхе-кхе. А эту штуку забери — кивнул на лежащий рядом «Шутах-44» — он меня чуть не убил, сволочь,… это на мамонта придумали, да?

— Какого еще мамонта? — не понял тот — посиди, сейчас все принесу, я моментом…

Через две минуты наш герой уже сидел закутанным в одеяло, так как с него содрали всю мокрую и окровавленную одежду и старательно утолял голод и жажду. А его напарник вернулся с иглострелом и косился по сторонам — прицеп был без дверей, так как голодные звери снесли их с петель, добираясь до большой кучи мяса.

— Это… Волш, я тут подумал… надо завязывать с этим мясным промыслом, а то в следующий раз я могу оказаться немного дальше и не успею к тебе — как ты смотришь на такую перспективу?

— Хм, наверное, ты прав, мы слишком расслабились,… хочешь отойти от дел? Я не буду против,… про договор забудь.

— Не-не, ты меня не так понял — мы должны теперь работать целенаправленно по таким вот зверям, случайные встречи плохо влияют на здоровье, хе-хе — хихикнул парень и немного дернул ногой, скривившись от боли: аптечка не смогла до конца погасить всю боль. Смотри к чему ведут экспромты: прицеп разбили нам, мяса сожрали на сотню бонов, дырка в потолке,… стоп, это я сделал, стрелял в спешке. Уж ты извини — два таких мастодонта вблизи напугали меня до жути, не сдержался — пальнул, не глядя!

— Да плевать, напарник, ты мне жизнь спас, я в долгу… Об этом потом поговорим, надо ехать — тебе с этой штукой на ноге можно быть не более трех суток, так что надо двигать. Вот только без внешних дверей в прицеп,… да и эти туши — жаль оставлять, там сырья на сорок штук косых — Волш вопросительно посмотрел на партнера.

— Сколько надо, столько и работай — кивнул Виктор на незаданный вопрос — сними с них все, что получится, потом закроем тамбур и так поедем. Самое ценное в пакеты и в холодильник, и вот эту башку тоже обработай — она целая, там нетронутый мозг — отобьем все ремонты и потери, а еще принеси мой иглострел, я тебя тут посторожу,… мало ли.

Волш потратил на разделку и сортировку двух топтышей около трех часов — время поджимало, надо было везти Виктора в поселок к врачам — колено, это серьезно. Когда все было готово, встала новая проблема: отсутствие защиты в виде задних загрузочных дверей делало их вездеход движущейся мишенью для плотоядных животных саванны, ведь в нормальном состоянии прицеп закрывался почти герметично, и холодильная установка позволяла поддерживать там свежий вкус и качество сырья. К тому же дело еще осложнялось тем, что через пару часов станет темно и тогда будет вообще кисло — ночью появляются куда более опасные твари.

— У нас два выхода, партнер: первый, самый простой — я демонтирую один холодильник и поставлю его в основной корпус вездехода — там есть парочка запасных гнезд подключения. Забьем его трофеями с топтышей — это самое ценное, что у нас есть, а прицеп отсоединю и брошу. Я прикинул: сырья там тринадцать-пятнадцать кусков, а ремонт корпуса, дверей и стеллажей обойдется в три-четыре тысячи — итого, при самых хороших раскладах по пять с половиной косарей на каждого. А новый прицеп стоит восемь штук,… девять максимум — овчинка выделки не стоит, если дальше ехать с ним до поселка. Есть второй вариант, но он опаснее: я все также переношу один холодильник в фургон, а дальше едем с открытым прицепом. Есть большая вероятность, что на нас нападут — за сам вездеход я не боюсь, а вот прицеп в таком случае все равно придется бросить. Но во втором случае надо ехать не только днем, но и ночью — а вот здесь я испытываю вполне осознанный страх, хоть мне в этом и стыдно признаваться…