Ледышка или Снежная Королева для рокера (СИ) - Кувайкова Анна Александровна - Страница 61

Народ от такого сокращения имени его сестрёнки на мгновение растерялся, а кое-кто даже воздухом поперхнулся и закашлялся, явно не представляя, что к ней можно так обращаться. Но Димыча их личный когнитивный диссонанс не шибко волновал. Он пристально следил за девушкой, всё больше и больше убеждаясь в том, что нападавший в клуб попал не случайной. Именно в это время. Именно в этот момент…

Тряхнув головой, он вновь посмотрел на байкеров:

- Мы можем поговорить? Где-нибудь, где будет менее оживлённо.

- Конечно, - хмуро откликнулся светловолосый рокер. Кажется, его звали Михаил Алёхин, коли Дима правильно помнил то, что прочёл о владельцах «Максимуса». Рыжий – это Харлей, в миру Добрынин Илья, а брюнет – Верещагин Олег.

Друзья детства, члены одной банды, увлечённые одним делом и работающие вместе. Это не могло не вызывать уважение. Хотя бы потому что своё дело они начали с нуля и сами добились таких впечатляющих результатов.

Махнув девчонке, что бы шла домой, молодые люди кивнули ему головой, приглашая следовать за ними, и направились куда-то вглубь клуба. Димыч неторопливо шёл сзади, по привычке оставив собственные переживания на краю сознания и сосредоточившись на том, что было важно сейчас.  Оглядываясь по сторонам, он подметил общую нервозность попадавшихся по пути охранников и скованность движений идущей впереди троицы. Они словно специально чётко контролировали каждый свой шаг, жест, слово…

Димитрий тихо хмыкнул, оценив внезапную сдержанность достаточно буйных голов. И сделал мысленную пометку пообщаться позже со слишком уж нервничавшей официанткой. Не то, что бы он не верил в её испуг или, что у неё там было, нет. Уж что-что, а читать язык тела он научился, благо подопытного материала хватило в своё время с головой.

Вот только где-то неуловимо проскальзывали нотки лёгкого злорадства. И это лично ему не нравилось совершенно. Не зря же старая мудрая истина гласит: ищи того, кому выгодно. А потянув за один конец нитки всегда можно размотать весь клубок.

Если кто-то надеялся, что он будет наблюдать за развитием событий со стороны, то его наивности стоит только позавидовать. Одна из отличительных черт характера в их семье была довольно… Любопытной. Чем сильнее портилось их настроение, чем больше они злились или раздражались – тем добродушнее становились. В случае с Димкой, это вообще приобретало глобальные последствия. Он мог простить многое, закрыть глаза на дисциплинарные нарушения и даже на должностное преступление. Но за попытку причинить вред своей семье с той же мирной, добродушной и дружелюбной улыбкой сожрёт  такого идиота и не подавиться.

И угрызениями совести страдать тоже не будет, определённо. Как справедливо заметила как-то Изька, такой зверь как совесть в их семье не приживается совершенно. Ну не мог он соседствовать с ними, совершенно не мог.

Как ни странно их путь завершился в комнате охраны, где гостю любезно (ну насколько это было возможно) уступили одно из кресел, а сами владельцы, вместе с начальником службы безопасности рассредоточились по помещению. Явно пытаясь занять себя хоть чем-нибудь, что бы сдержаться.

Первым повисшую тишину нарушил Алёхин, хмуро поинтересовавшись:

- Нам есть смысл представляться?

- Я, конечно, многими талантами одарён… Но ясновиденье и яснослышанье точно не моё, - усмехнулся Димыч, сложив руки домиком и с удивлением отметив как дружно поёжились байкеры.

Вспомнив, что у мелкой была такая же привычка, лишь едва заметно пожал плечами. В конце концов, они родственники. Не удивительно, что у них есть не только общие гены, но и привычки.

И да, в официальном представлении нужды всё-таки не было, но и афишировать свою осведомлённость он не собирался. Меньше знают, крепче спят и откровенней разговаривают.

- Харлей, - скупо обронил Добрынин, махнув рукой и оглядываясь по сторонам, словно выискивая что-то. Не нашёл. И уселся на диван, скрестив руки на груди.

- Михаил, - кивком головы обозначил себя Алёхин и, бросив сочувствующий взгляд на угрюмого Верещагина, замершего у стены, пояснил. – Это Олег, наш начальник службы безопасности. Ну а вы, я так понимаю, старший брат Эльзы.

- И вас отучила себя по имени звать? – понимающе усмехнулся Араньев, прекрасно осведомлённый о любви сестры к своему полному имени. – Сильна, мелкая, сильна… Хотя, я бы куда больше удивился, если бы не смогла. Впрочем, оставим мою сестрёнку и её способности к воспитанию и педагогике в сторонке. Сейчас меня куда больше интересует, как же так вышло… - тут Дима сделал небольшую паузу и дружелюбно добавил. – И что вы думаете по этому поводу, конечно же.

Последовавший за этим предложением монолог можно было охарактеризовать как дополнения к известной энциклопедии русского матерного. Не каждая тонкая душевная организация выдержала бы такой экспрессивный поток мата, перемежавшийся с попытками начать-таки громить окружающую обстановку. Но Димыч в силу специфики собственной службы слышал и не такое. И вычленить нужную ему информацию из рассказа парней особого труда не составила.

Дождавшись, пока байкеры выдохнуться, Димитрий потёр переносицу и вновь заговорил:

- Итак, подведу итог. Нападение произошло в «мёртвое» время. Когда в клубе минимум персонала, нет владельцев, и отсутствуют посетители, так? – дождавшись подтверждающего кивка от Михаила, он продолжил. – Охрана находилась на планёрке, бармены и официантки работали на первом этаже. В комнате с мониторами никого не было, а товарищ наш подстреленный представился потенциальным клиентом и никаких подозрений не вызвал… Так?

- Так, - выдохнул сквозь зубы явно пытавшийся успокоиться Верещагин, с силой потерев лицо и опустив голову и плечи. - Он выглядел нормальным. И достаточно обеспеченным, чтобы заключить договор. Его досмотрели, но так. Поверхностно. Чисто для проформы.

Димка усмехнулся, кивая головой и показывая, что услышал и принял информацию к сведению. Впрочем, как таковых претензий к охранникам он, на самом-то деле, не имел. Увы, ему прекрасно было известно такое словосочетание, как «стечение обстоятельств». Да, жуткое, да, страшное. Но тут уж ничего не поделаешь.

- Угу, - постучав пальцами по подлокотнику кресло, Димитрий тихо хмыкнул. – Не знаю, как у вас, господа байкеры, а лично у меня есть всего два вопроса. Первый, что этому ублюдку надо было от администратора вашего клуба… И я совершенно не уверен в том, что ему нужна была именно моя сестра. Иначе бы он действовал по-другому, да и не стал бы лезть к вам в клуб. Гораздо проще её подловить между клубом и домом, тем более, что она сопротивления толком оказать вряд ли сможет… - Димка вздохнул, взъерошив волосы, но быстро загнал ненужные эмоции обратно, абстрагируя от того, что речь шла о родном, любимом человеке. – Ну да ладно. Второй же мой вопрос куда как интереснее. Каким образом нападавший так удачно явился в клуб именно в тот момент, когда он: а – пустовал, бэ – охрана была на планёрке и вэ – администрация отсутствовала от слова совсем. Есть идеи?

Идеи у его собеседников были. Правда, их даже в протокол нельзя было бы занести, ибо цензурными там были только предлоги. И то не всегда и не везде. Первым отпустило, как ни странно, Алёхина, который коротко ругнулся и нехотя произнёс:

- Ему кто-то сообщил. Кто-то из клуба.

- Пирожок с полки не предлагаю, - покивал головой Араньев, криво усмехнувшись самыми уголками губ. – Но для меня это единственное объяснение тому, как залётному гастролёру могло настолько повезти. Ещё одним фактором везения можно считать реакцию мелкой… Но тут уж действительно ничего не поделаешь.

- Почему? - хрипло поинтересовался Олег, стискивая пальцы в кулаки так, что побелели костяшки.

- Что почему? – вопросительно вскинул бровь Димыч, прекрасно понимая, что именно интересует брюнета.

- Почему она… Не кричала? – голос Верещагина звучал глухо, в нём чувствовалась боль и злость на собственное бессилие. И Димитрий прекрасно его понимал.

Сам не раз оказывался в этой шкуре. И искренне восхищался тем, что парни до сих пор могли держать себя в руках. Ну… По крайне мерее более или менее. И он прекрасно понимал, чего им могло стоить это видимое спокойствие.