Ледышка или Снежная Королева для рокера (СИ) - Кувайкова Анна Александровна - Страница 34

- Капитан, я извиняюсь, а вас как, одного нам всем на откуп хватит? – я невинно похлопала глазами, дождавшись пока утихнет хохот. И очень скептично добавила. – Вы, конечно, крут, могуч… Да только кажется мне, что ваша личная добыча вас и без нашей помощи на лоскутки порвёт.

Словно подтверждая мои слова, Неаполь согласно облизнулась, глядя на байкера с таким выражением лица, что впору было начинать опасаться.

Уважаемому Харлею, конечно же. Это ведь в его адрес, судя по взгляду неформалки, готовилось фактически самое натуральное сексуальное домогательство со всеми вытекающими последствиями.

- Да что я, с командой, да не поделюсь? – видимо, инстинкт самосохранения Харлею всё-таки ещё не совсем отказал, потому, как он подозрительно косил взглядом на алчно глазеющего стилиста. – Вот кто вас похитил, того и это… Целуйте, во! Согласны?

А вот это предложение было уже куда любопытнее, чем попытка выкупить себя натурой. Хотя бы по той простой причине, что было очень уж интересно, кому захотелось потаскать меня на плече, да ещё при этом, успев активно за мной побегать по залу. Нет, у меня было определённое…

Ладно, назовём это предчувствием. У меня было некоторое предчувствие, которое мне одновременно хотелось подтвердить и опровергнуть, потому как несло оно за собой не самые приятные последствия для моего душевного равновесия.

Анька, переглянувшись с нами, уловила общий азарт, охвативший женскую половину компании, и выразила наше общее мнение:

- Да фиг с вами, похитители. Мы это, как его… Сдаёмся на милость победителя!

Чем несказанно обрадовала господина Харлея, тут же активно начавшего потирать руки в предвкушении знатного развлечения:

- Океюшки… Раз сдаётесь, будь по сему!  Вспомните свои слова, когда окажитесь в плену пирата, которого после поцелуя не признали!

Новая вводная переворачивала всё с ног на голову и трубный глас рыжего чудища, искренне возмутившегося таким произволом, громко возвестил об этом:

- Ну скелетоны в панталонах… Не, я всё прекрасно понимаю… Но что бы так? Устроили девичник, а попали в рабство? Так я ещё точно не влипала…

Пакостная улыбка на моём лице появилась сама по себе и я, коротко хихикнув, припомнила Солнцевой все её попытки взять меня на «слабо», ехидно и довольно протянув:

- Трусим, Рыж?

Та повелась моментально, изумленно выдав:

- Я?!

- Ну не я же, - я выразительно вскинула бровь, едва заметно пожав плечами и хитро прищурилась, глядя на неё.

В ответ на меня так посмотрели, что впору было провалиться на месте за ведение такой подрывной деятельности, однако я лишь слегка приподняла бровь, а Рыж…

Недовольно посопев, она усмехнулась:

- Лады, касатики. Мы согласны на плен суровых флибустьеров… До полуночи. Идёт?

- Канает! – широко улыбнулся Харлей, хлопнув кулаком по ладони. И похищение плавно начало превращаться в фарс, особенно когда наши похитители вернулись с галстуками в руках.

Честно говоря, пью я мало, редко и пьянею, соответственно, тоже не совсем сразу. Чему тому виной – физиология или же чётко дозированное потребление, не знаю. Зато когда меня поставили на пол и завязали глаза, я точно поняла, что мои мысли и моё состояние очень далеки от определения трезвости.

Особенно, когда восхищённо протянула, ни сколько не стесняясь реакции окружающих:

- Таки вечер перестаёт быть томным! – где-то кто-то подавился воздухом, а я невозмутимо добавила, изогнув губы в тонкой усмешке. – Месье похититель, при поцелуях руки ниже ватерлинии прошу не опускать!

- Что б я ещё раз её напоила? – простонала Рыж едва слышно, себе под нос. – Да никогда!

Уточнять, что эта светлая мысль посещает её голову каждый раз, когда мы решим устроить себе лёгкие посиделки, я не стала. Лишь тихо фыркнула, замерев и ожидая, каким же будет продолжение истории с пленением и рабством. Очень уж хотелось понять, правильно я догадываюсь о личности своего похитителя или есть повод всё же удивиться и усомниться в своих аналитических способностях.

И продолжение не заставило себя ждать! Полностью сломав нашу святую уверенность в том, что нет ничего более непредсказуемого, чем женская логика.

Я ждала чего угодно. Я ожидала любого развития событий. Но меньше всего я предполагала, что вместо полноценного поцелуя (и мне даже было почти неважно с кем) меня погладили пальцем по чувствительному запястью и аккуратно, почти невесомо чмокнули в щёку.

Вопрос «И это всё?» удалось проглотить с трудом. Как и погасить бурное возмущение, так и рвущееся наружу. Острое разочарование такой подлостью со стороны парней, осело тяжёлым камнем внизу живота, и я вряд ли смогла бы описать его словами.

Поэтому лишь задумчиво проговорила, ни к кому конкретно не обращаясь:

- Рыж, как ты там обычно говоришь? Охренеть, какой пассаж? Вот сейчас я поняла истинный смысл это фразы…

Самое смешное, что я где-то на краю сознания точно знала, кто ж это был. Вот то ли пяткой чую, как Анька Харлея, то ли ещё каким органом чувств… Но определённо догадываюсь… Да нет, почти уверена, кто ж там прячется за маской и пользуется тем, что мы ничего не видим.

Только вот чисто из корыстных соображений и в качестве мелкой мести (пусть она мне же боком и выйдет) говорить правду совершенно точно не собиралась!

- Ну, так что, пленницы? – довольно захохотал Харлей. – Сдаётесь?

Я промолчала, но сделала себе пометку добавить к плану отмщения за бедный кактус ещё и запрет на обсценную лексику и крепкий алкоголь.

- Да ни в жисть! – открестилась Рыжая, явно пытаясь активно думать и перебирая все возможные варианты.

К сожалению, их было слишком много, что бы вот так вот сходу угадать. Но вот вдруг послышался смех Алёнки:

- А я знаю! Это Игорь!

Фыркнула, качнув головой. И почему я ни капли не удивляюсь такому повороту событий? Что-то я сомневаюсь, что Липницкий позволил бы кому-то трогать его девушку. Даже если их собственные отношения сложно назвать нормальными.

Удача одной из пленниц нашего капитана не очень-то и порадовала. Он расстроено вздохнул и пробасил:

- У-у-у… Одну мы потеряли! Братва, не катит! Признает кто ещё, лично в челюсть огребёте, а сами потом рабами на галеры!

Желание сдать одного зеленоглазого и вредного брюнета стало просто невыносимым. Но я держалась, только смеясь едва слышно, когда голос подала молчавшая до этого Неаполь, ахнув восхищённо:

- Какой суровый капитан! Да я твоей рабой готова быть без всяких там цепей-условий!

Народ закашлялся и зафыркал, на такое элегантное признание. И тут же послышался счастливый голос рыжей, решившей, что она угадала своего пленителя:

- Лександрыч! – минутное молчание и немного растерянное. – А…

Но договорить ей не дали и у меня закралось нехорошее такое подозрение, плавно перерастающее в уверенность, что Анька определённо не угадала, кто ж её из квартиры унёс. А я всё ещё сомневалась, сдавать мне похитителя или не сдавать, но решив, что так оно будет интереснее, я задумчиво произнесла, делая вид, что решила действовать старым добрым методом исключений:

- Ну, раз так… Ставлю на Полонского.

- Совсем похож, - несколько обиженно отозвался стоящий напротив меня Верещагин и, стянув повязку с головы, я сощурилась от света. Оглядела это чудо-юдо с ног до головы и…

Показательно поморщилась. Чем вызвала ещё один обиженный и в чём-то даже оскорблённый взгляд Олега, вкупе с заливистым смехом Солнцевой. Впрочем, на её реакцию я не обиделась, зато с удовольствием наблюдала за вытянувшимся лицом Верещагина, которому, конечно, удалось получить меня в плен…

Но уже предчувствующему, какие от этого самого плена могут быть неприятности. И это сторицей окупало всё и сразу. К тому же, лучше уж Верещагин, чем тот же Демьян.

Боюсь с ним у нас так и остался вежливый, холодный нейтралитет, периодически становившийся вооружённым, когда он забывал о том, что и кому говорит.

- Ариш, одна осталась, - гоготал довольный ситуацией Харлей. – Чё думаешь, варианта всего два!