Тропою испытаний. Чужой мир (СИ) - Прикоп Сергей Геннадьевич - Страница 158

 Решительно вспрыгнув на ноги и ойкнув от холода каменного пола, Делани накинула кружевной халат и присела у большого серебряного зеркала, расчесывая спутанные пряди. Но те не поддавались. Неудивительно - ведь вчера творилось такое безумие... Делани почувствовала, как к щекам прилила горячая волна. И, хотя зеркало подсказывало ей, что с таким задорным румянцем она смотрится вполне недурно, но заглянуть самой себе в глаза она до сих пор не могла. Кто же знал, что путь к наслаждению, с которым самый жаркий поцелуй не выдержит никакого сравнения, лежит через боль...

 Он был нежен. Когда от ласковых прикосновений его губ кожа стала полыхать будто настоящим пламенем, Делани почувствовала ту самую волну... Он заставила прижаться к нему еще крепче и застонать от того водоворота страсти, что уносил прочь все мысли. Почему-то ныло внизу живота. А спустя всего минуту Делани поняла, как происходит любовь между мужчиной и женщиной. Последний бастион девичьей чести рухнул, а ее горло исторгло одновременно болезненный и восхищенный стон...

 - О, Вайнарда, - вздохнула Делани, встряхнув головой и поплескав себя рукой по щекам. Одни только мысли о нем заставляли ее желать повторения всего, что она испытала...

 - Далли! Ты здесь? - позвала Делани, понимая, что ей сейчас лучше отвлечься на приведение себя в порядок.

 - Да, госпожа! - точас ответил ей бодрый голосок компаньонки. Дверь в ее комнатку распахнулась, впуская живой ураган, сверкающий улыбкой и лукавинкой в глазах. - Как вы хороши сегодня, госпожа! Буквально преобразились!

 - Приведи меня в порядок! - приказала баронская дочь и вручила девушке гребень. Делани вдруг поняла, что не усидит в комнате. Она буквально кожей ощутила тяготение к своему рыцарю. - Который час, Далли?

 - Уже скоро час Обеда, госпожа, - ответила служанка, привычно расчесывая серебро волос юной баронессы.

 - Ох, неужели? А ты случайно не слышала, Совет уже... Ладно, забудь! И давай поскорее!

 - Да, госпожа, - пропела Далли, сноровисто увязывая пряди сверкающих волос в сложную прическу.

 ***

 - Чтоб вас сотня борлоков сожрала! Жирные имперские подстилки! - простонал Лостер, падая на кровать в своих покоях. Хотелось уснуть и забыться. Вот только непросто уснуть, осознавая, что стал причиной всего того кошмара, что творится сейчас в королевстве... Да еще и Вагрант с риссом умудрились сбежать, и как - с помощью магии! Разрезанные решетки и остаточные эманации сильной волшбы подтверждали такой вывод. Бдительные Стражи не могли проворонить побег предателей, ведь выход был только один... Тогда, пребывая на самой грани отчаяния, он с удивлением понял, что ноги сами привели его к порогу покоев Делани. И в ее объятиях он нашел свое успокоение. Теперь он может продолжать борьбу!

 Да, он смог, он отказался! Результат его интриг лежал перед ним на золотом подносе - только возьми! И тогда он стал бы королем! Назвал бы Делани своей и начал править своим народом гораздо разумнее, чем смог бы Рингарр, даже если бы вдруг поумнел! Но было несколько причин для того, чтобы не поддаваться прекрасным мечтам.

 Первая из них напрашивалась сама собой: Империя уже нарушила их договоренность по захвату только двух графств. Глупо ожидать, что его тайный собеседник вдруг извинится и отведет войска назад! А значит - остается только добывать победу с помощью мечей аррских легионов.

 Вторая причина отказаться - гораздо глубже. Не так давно его сеть шпионов работала по всему Арру, отслеживая любое мало-мальски важное событие и тут же пересылая отчет о нем ему. Теперь все молчат. И скорее всего, потому как над ними уже колосится весенняя травка... Или, что еще хуже - они остались живы и знают слишком много, чтобы он мог быть спокоен за свое будущее... И не только свое!

 Лостер тяжело вздохнул и подумал о последней, самой важной причине. Делани, должно быть, сейчас еще спит, утомившись после такой бурной ночи. Вспомнив, какой ее увидел поутру, маркиз хмыкнул и заулыбался. Среброволосая прелесть спала, обхватив ногами его ноги и уткнув прекрасное личико ему в грудь. Пришлось приложить массу осторожных усилий, чтобы уложить ее на постель, не разбудив... Что это?

 Прислушавшись, маркиз с удивлением понял, что звук, доносящийся из шкафа, очень хорошо ему знаком. Мелкое дребезжание камня о дерево заставило его сердце забиться чаще, а душу всколыхнуло чувство тревоги. Имперский амулет связи снова призывал к разговору! Спустя столько времени!

 Он вспрыгнул с постели и быстро достал свой сундук, из которого доносилось назойливое дребезжание. Коснувшись Даром, он открыл его и достал кристалл разговориника.

 - Наместник.

 - Дерр Лостер. Вы долго не отвечали.

Слова Наместника вызвали настоящее буйство эмоций. Тревога, круто замешанная на страхе, сменилась гневом и ненавистью.

 - О чем говорить с теми, кто не соблюдает договоров? - нарочито спокойно ответил он.

 - Кто бы говорил о соблюдении, - даже не скрывая издевки, ответил тайный посланник воли Императора Дектора Первого. - Вы сами нарушили наше соглашение, и мы на деле показали, чего это вам стоило!

 - В чем я уже убедился, так это в способности имперцев оправдать свои действия в любом случае!

 - Если вы готовы подобрать сопельки своих детских обид, я бы продолжил серьезный разговор, - последовал немедленный ответ. - Вы знали на что шли, Лостер. Вы готовы выслушать мое последнее предложение?

 - Валяй! Вдруг мне станет интересно! - рыкнул Ральгас, беспокойно метаясь по своим покоям.

 - Не мешайте нам занять земли Тирок-Сар, Лукар и Воллен. Вам останется все остальное. Мы бы могли и дальше убивать всех, кто не готов сотрудничать, но мы и так уже по вашей милости понесли слишком большие траты! Отзовите войска, или мы их разобьем!

 - Дурка вам на лопате, а не южные графства! - вскричал Лостер.

 - У нас есть способ заставить вас передумать.

 - Что?

 - Сейчас поймете, - услышал он и камень переговорника затих.

 - Делани! - выдохнул маркиз и выбежал из дверей.

***

 Он ее не заметил! Обмершая от страха Делани, будто бледное привидение, вышла из-за створки двери, постояла в нерешительности, и медленно вошла в покои ее ухажера. На столе стоял сундук с откинутой крышкой; рядом с ним - бутылка лукарского и одинокий серебряный кубок. А еще - имперский разговорник!

 То, что она услышала, подойдя к его двери... Она обхватила лицо ладонями и попыталась сдержать стон. Ее любимый - предатель короны! О, боги! Почему? Почему?! Когда она уже была готова разрыдаться, ее взгляд упал на искомканный клочок бумаги на дне сундучка. Почерк... Это почерк отца!

 - Не может быть, - прошептала она, разворачивая послание.

"Делани, дочь моя! Это письмо я пишу в большой спешке, поэтому прошу простить меня за скупые строки! В свете создавшегося положения, надежд на то, что я еще увижу тебя своими глазами, у меня уже почти нет. Поэтому прошу тебя быть сильной духом, как никогда прежде. Крепись, милая, потому что твой брат Йорн пал, защищая родной дом от атаки имперского легиона. Мы до сих пор в осаде, поэтому судьба моего среднего сына, твоего брата Гелара, мне неизвестна. Один из моих людей видел его с большим отрядом наших защитников, отступающим на запад. Удалось ли им скрыться, мне то не ведомо. Однако я буду надеяться на лучшее, и молиться Девятерым Ушедшим.