Потерянный во тьме (СИ) - "Schneewolf" - Страница 52

Несмотря на то, что этот разговор дался тяжело, он всё же принёс свои плоды. В ближайшие две недели скучать не приходилось. Джон занимался бумажной волокитой и вёл беседы с опекой. Рамси был рад, что ему не пришлось ничего особенно говорить. Джон сам всё уладил. Брат был рядом и держал руку на его плече, когда Рамси предстояло просветить опекунских тёток о том, как же с ним на самом деле обращался отец. Джон всё сказал за него, а Рамси лишь нужно было подтвердить его слова. И это он сделал охотно. Конечно, на рассмотрение бумаг требовалось время, но теперь отцу предстояло доказать свою состоятельность как родителя в суде. Кое-что Джон сумел выяснить и по своим каналам. Контракт на продажу оружия куда-то затерялся: исчез без следа, и в отделе по расследованию экономических преступлений ничего о нём не знали, база данных также была пуста. Рамси думал, что брат решит, что он всё выдумал, но Джон лишь грустно вздохнул: «Не все полицейские честные и порядочные слуги закона». Нет доказательств — нет дела. Рамси не очень расстроился — это контракт принёс ему больше бед, чем пользы. Отец звонил пару раз Джону, а про него, кажется, и вовсе забыл. Рамси даже не стал расспрашивать, о чём они говорили: всё-таки в глубине души боялся, что брат может снова поддаться его лживым речам. Джон ходил хмурым после этих звонков, но дальше всё шло своим чередом. Рамси даже успел успокоиться за эти пару недель и поймать надежду на положительный исход. Похоже, брат не собирается отказываться от своего обещания. Теперь Рамси даже старался вести себя получше, по крайней мере, не грубил Джону нарочно и не пропадал на несколько дней. А Джон, кажется, искренне гордился его хорошими отметками и пообещал, что если Рамси будет таким же прилежным, то на осенние каникулы они поедут куда-нибудь вместе. На самом деле домашнее обучение оказалось вовсе и не таким плохим. Не нужно было таскаться в школу и каждый день глядеть на рожи ненавистных одноклассников. Да и учителя хвалили, а это было, безусловно, приятно. Сентябрь подходил к концу, и Джону предстояло завершить кое-какие дела в родном городе. На дом, наконец-то, нашёлся покупатель, и теперь старшему брату предстояло небольшое путешествие, чтобы завершить все необходимые формальности. Когда Джон сообщил об этом, Рамси сперва насторожился: если отец явится, пока брата не будет?

— Не волнуйся — это всего на неделю. Эдд за тобой присмотрит. Хорошо? — попытался развеять его опасения Джон.

— Мне не нужна нянька! — тут же взбрыкнул Рамси.

— Конечно. Просто не хочу, чтобы ты попал в беду. Снова, — постарался мягко разрешить конфликт Джон. — Уверен, вам будет весело.

— Ну… Вообще-то, у него классное чувство юмора, — усмехнулся Рамси.

— Знал, что вы поладите.

— Ты скоро вернёшься?

— Да, сразу, как всё закончу. Могу привезти тебе подарок, — улыбнулся Джон, потрепав его по волосам.

— Если только в вашей дыре есть что-то интересное, — хмыкнул Рамси.

— Уж постараюсь отыскать, — в тон ему ответил Джон, помолчал немного и добавил: — И серьёзно, не выбешивай Эдда. Он хороший человек.

— Знаю, знаю: учись хорошо и кушай кашу. Я понял, правда, — заверил Рамси и помрачнел. Прощаться почему-то стало грустно.

Брат обнял его и сказал, что постарается уладить всё побыстрее. Рамси махнул рукой, когда он остановился на пороге, а после удержал за ошейник Призрака, рвущегося наружу. «Сейчас пойдём гулять», — обратился он к собаке. Брат ушёл, и в доме сразу стало как-то пусто. Должно быть, Рамси успел уже привыкнуть к Джону.

Неделя пролетела быстро. С Эддом было довольно спокойно, и он даже не нудел как Джон всё время. А на все выходные Рамси уехал к Теону. Погода стояла тёплая, и они долго гоняли на великах — до самых сумерек, а потом полночи рубились в приставку. Теон болтал о своей новой школе, похоже, уже успел завести там друзей. Рамси немного загрустил. Подумалось вдруг, что Теон забудет его.

— А твои новые друзья — с ними интереснее, чем со мной? — старательно делая вид, что ответ ему безразличен, Рамси сосредоточил внимание на игре.

Теон нахмурился. Нажал паузу и отложил джойстик.

— Ты, что решил, что я тебя кину из-за них?

— Думал об этом, — со вздохом признался Рамси и всё-таки посмотрел на друга.

Теон улыбнулся.

— Да ладно! Чувак, с тобой никто не сравнится! Больше никто меня не хотел под поезд кинуть, — рассмеялся он.

— Да уж, конечно. А ещё спас тебе жизнь, — Рамси хотел быть серьёзным, но не смог сдержать улыбку.

— Ты мой лучший друг, и я всегда буду об этом помнить, — заверил Теон. — Я скучал. И жалко, что ты живёшь теперь далеко. Но я всё равно рад, что ты рассказал Джону правду, и он тебя к себе забрал.

— Ага, — сразу на всё кивнул Рамси. — Я тоже буду помнить всегда, — улыбнулся и хлопнул Теона по плечу. Дела стоят дороже слов, но иногда подбодрить и развеять сомнения может и пара добрых фраз, тем более, когда прочность дружбы проверена не одним весомым поступком.

Джон вернулся в следующий вторник. Настроение у него было позитивное и, он сказал, что в ближайшее время можно будет готовиться к переезду. Хотел отыскать квартиру в том же районе, о чём и сообщил брату.

— Надеюсь, что-то побольше этой конуры? Я хочу свою кровать. Это полный отстой спать с тобой и Призраком. Ты ещё и храпишь, как трактор, — не забыл выказать своё недовольство Рамси.

— У тебя будет своя комната, — пообещал Джон и вручил подарок, который привёз из поездки: стеклянный шарик с рыцарем и падающим снегом внутри.

— Классная штука! — Рамси залюбовался сувениром и поднёс его к окну — поближе к свету. Солнечные блики заиграли на прозрачной поверхности шара. — Спасибо. Своя комната это было бы круто.

Потом они сели ужинать, и Джон сказал, что с опекой дела идут хорошо. Он звонил им сегодня, как только приехал. Через неделю должен был состояться суд. Отец объявился за пару дней до суда. Принёс торт и выглядел дружелюбным: даже улыбку нацепил. Рамси смешался и отступил в комнату, когда тот показался на пороге. Джон предупредил заранее, что отец придёт, но Рамси всё равно оказался не готов к встрече с ним. Отказался от чая и сидел в комнате, пока отец с братом общались на кухне. Просто тошно было идти туда, даже подслушивать не хотелось. Разговор был долгим и тихим — верно, отец снова играл роль доброго человека. В душе зародились сомнения: отец умеет убеждать. Когда Джон, наконец, вышел из кухни, Рамси машинально сжал в кулаке свой счастливый амулет. Вдруг отец снова запудрил ему мозги? Джон сел рядом на диван и ободряюще улыбнулся. Кажется, по напряжённому лицу брата понял, что тот волнуется.

— Всё в порядке, — заверил Джон и сжал его руку. — Отец хочет поговорить с тобой, но если не хочешь, можешь не идти.

Рамси кивнул и поднялся. Стало любопытно узнать, что же скажет отец, тем более при Джоне он его точно не тронет. А вдруг он даже решит извиниться? Хотя это было бы дико, после всего, что он сделал. Джон остался в комнате, а Рамси остановился в дверном проёме кухни.

— Проходи, сынок, — заметив его замешательство, пригласил Русе. Сам он сидел спиной к окну, и поэтому Рамси ничего не оставалось, как расположиться напротив отца.

Повисла пауза. Рамси увлечённо стучал «раммштайновской» зажигалкой об стол и сосредоточил всё внимание на ней. Кажется, отца это раздражало, и он схватил его за руки, прижал его ладони к столу, и Рамси выпустил зажигалку.  — Значит, поступим так: поедешь сейчас со мной — погостил и хватит. Твоё место дома, рядом со мной. И никто, родной мой, не позаботится о тебе лучше меня, — обращение звучало бы ласково, если бы в голосе не было столько стали. Рамси отвёл глаза. Наверное, если бы отец не держал, то он всё равно не смог бы уйти. Никто и никогда не смел ослушаться приказа полковника Болтона. Не имел права уйти без его разрешения.

— Джону интересно сейчас — он ведь хотел найти семью. Бедный приютский мальчик, — цокнув языком, покачал головой отец. Тон его голоса был таким ледяным, что мурашки пробежали по коже. — Он поиграет с тобой как со щеночком, но ему быстро надоест. И он тебя бросит. Ты даже своей матери не был нужен, а что говорить о каком-то чужом парне, который о тебе шестнадцать лет ничего не знал. Мать-то тебя оставила только потому, что думала, я к ней вернусь. Дура. Она ведь совсем о тебе не заботилась. Помнишь, как ты спал в коробке? — отец говорил медленно, размеренно. Каждое слово попадало в цель, било как тяжёлые ядра в стены осаждённого города. — А Джон просто хочет поиграть в благородного. Не беспокойся, это быстро пройдёт. Ты этого не понимаешь, дурачок, но я тебе всё растолкую.