Потерянный во тьме (СИ) - "Schneewolf" - Страница 47

— Спасибо, мне очень приятно это слышать, отец. Не мог же я его оставить в больнице. Это ужасное место, — поднял взгляд на него Джон.

Русе покивал, и на кухне вновь повисла тишина.

— Рамси должен продолжить лечение, ему нужно принимать лекарства. Ты ведь понимаешь, что это важно, Джон? Заеду завтра после работы и заберу его.

— Конечно. Я, правда, волнуюсь за него. И… просто не думал, что всё вот так… — опустил голову Джон. Нужно было переварить эту историю. Всё это оказалось просто, как гром среди ясного неба, и он чувствовал себя подавленным.

Русе поднялся из-за стола и поблагодарил за ужин. Сказал, что время позднее и стал собираться домой. Зашёл в комнату, где Рамси стоял, прислонившись лбом к стеклу, и глядел на вечернюю улицу. Потрепал его по голове и сказал:

— Скоро увидимся, сынок.

Джон проводил отца и вернулся в комнату, просто молчал какое-то время, но Рамси чувствовал спиной его взгляд. Он слышал всё от первого до последнего слова. Ну, почти. Ушёл, когда Джон начал мямлить что-то невнятное, довольный похвалой отца. Стало так противно, да и услышал к тому моменту уже достаточно. Казалось, будто весь мир замер под толстой коркой льда. Точнее нет, мир двигался и жил, как ни в чем ни бывало, а вот Рамси наоборот был тем, кто застыл внутри ледяной глыбы. Говорить не хотелось. Ничего не хотелось. Обернувшись, взглянул на Джона, и брат улыбнулся, но в глазах не растаяла грусть.  — Ты расстроен? — спросил Джон, когда Рамси опустился рядом на диван. Рамси покачал головой. Вряд ли это можно так назвать.

— Скажи мне, что случилось. Я постараюсь помочь, — наклонился к нему Джон. На дне тёмных глаз мелькнула жалость.

— Ты думаешь обо мне плохо? Считаешь меня психом? — не стал ходить вокруг да около Рамси.

— О… Ты всё слышал? Мне очень жаль. Но ты не должен был подслушивать, Рамси. Это совсем нехорошо, — кажется, за броней правильности Джон просто скрывал свою растерянность. Или разочарование?

— Ты не ответил.

— Нет, я так не считаю. Вовсе не думаю, что ты псих, — чётко сказал брат. Но то, что умолчал, скользнуло в обеспокоенном взгляде.

— А что… думаешь? — запнувшись, спросил Рамси.

Джон вздохнул. Улыбнулся и погладил его по голове.

— Всё будет хорошо, правда, братишка. Тебе просто нужна помощь. Всё наладится.

Рамси горько усмехнулся. Конечно, как же иначе! Джон купился, как и все остальные. Даже не сомневался.

— Это всё ложь. Он ужасный человек! Ты повёлся, как дурак. Он, правда, продаёт оружие. И ни в какую командировку не уезжал. Джон, пожалуйста! Ты должен мне поверить, — Рамси мотнул головой и вскочил с дивана. — Я правду говорю! Я видел контракт, там очень большие деньги…

— Подожди. Ничего не понимаю. И что же там так и было написано про террористов? — Джон нахмурился. Только вот непонятно чьи слова он подверг сомнению: его или отца.

— Ты издеваешься?! Нет, естественно. Просто договор. А потом он ещё ездил в командировку в Белфаст — наверняка там с террористами встречался. Их по телику показывали! — после этой фразы Джон тяжело вздохнул и отвёл глаза. Должно быть подумал, что он полный идиот.

— И… Я отнёс этот контракт в полицию, только они ничего не сделали почему-то, — растерянно закончил Рамси. Посмотрел на брата, но тот стоял, глядя под ноги, и качал головой.

 — Думаю, ты просто неверно всё истолковал и немного запутался. Отец сказал, что они всего лишь списывали старое вооружение в утиль. А в командировку он уезжал совсем с другой целью, точно не затем, чтобы встретится с террористами, — сказал Джон и улыбнулся ему. Разговаривал с ним как с глупым ребёнком или… с сумасшедшим.

— Учения — помнишь, я же тебе рассказывал, — Джон был так убеждён в своей правоте, что Рамси стало тошно от его выводов. Брат видел лишь то, что хотел видеть. А сам он словно находился с другой стороны стекла: как бы громко не кричал, всё равно не будет услышан.

Рамси вздохнул и вернулся к окну. Небо снова плакало с той стороны. Рыдало, гневалось громом и молнией. Отчаянно, исступлённо, бессильно. Закрыл глаза на минуту: стало так горько, словно брат его предал. Но Джон ведь всего лишь хочет верить, что отец хороший человек. Это его право и его выбор. Рамси сделал свой.

 — Джон, ты ложись спать, если хочешь. Я хотел немного в комп поиграть. Ладно? — сказал, отвернувшись от окна.

— Хорошо. Только недолго. Завтра рано вставать, — напомнил брат.

Рамси кивнул, выдавив улыбку. Понаблюдал как Джон разбирает постель, а потом ушёл на кухню. Сделал вид, что действительно увлечён компьютерной игрой, но на самом деле бездумно пялился в экран ноутбука. Пролистал контакты в телефоне, когда за братом закрылась дверь, и договорился о встрече со старым приятелем. Может, Светофор и не самый ответственный чувак в мире, но уж на пьянку придёт обязательно. Выждав с полчаса, Рамси тихо пробрался в комнату и прислушался к размеренному дыханию брата. К счастью, Джон спал крепко. Наверное, и до утра не проснётся. Рамси переоделся и выскользнул за дверь. Осень начиналась погано, и это ещё мягко сказано. За окном ревел ветер, и едва Рамси оказался на улице, как тут же почувствовал на себе его ледяные объятья. «Гады» бороздили лужи, а отражённый в воде ночной город оседал брызгами на тёмном асфальте. Светофор встретил у львов, когда часы пробили полночь. Жидкий, тягучий янтарь обжигал горло, слова затерялись и рассыпались огненными искрами, развеялись по ветру, как дым сигарет. Панк всё время болтал и смеялся. Его дым был «волшебным» — вовсе не таким, что выпускает на волю табак. За окном чердака выл ветер, а на крыше скулил дождь. Панк уснул в середине ночи, а Рамси, прикончив бутылку, так и не мог сомкнуть глаз. Вышел на крышу и долго глядел на ленивый рассвет. Было ошибкой не спать, теперь вчерашний день казался бесконечным, а усталость делала слишком медленным и сонным. Рамси не стал беспокоить товарища, решил, что напишет потом смс. Одиночество было не прихотью — необходимостью. Солнце таилось в лужах и стёклах, красило мир в тоскливо-жёлтый цвет. Музыка могла бы всё исправить, но плеер остался дома. Рамси слышал шаги за спиной и тяжелое дыхание зверя. В отражении витрины мелькнула белая тень. Сбавив шаг, обернулся так резко, что едва не упал. Позади было пусто, но во тьме переулка застыл силуэт. Огромный и белый, как снег. Рамси неуверенно двинулся навстречу своему призраку, но был остановлен крепкой рукой упавшей на плечо. Оказался слишком пьян и утомлён, чтобы вырваться и сбежать.

====== 26. Дом ======

Часы в кабинете господина полицейского отставали ровно на двенадцать минут. Рамси вздохнул и перевёл взгляд в окно, забранное решёткой. Вид открывался на парковку полицейского участка, на которой в данный момент скучали три тачки с мигалками, да бойкие воробьи плескались в луже под лучами утреннего солнца. Ручка скрипела по бумаге, как мел по стеклу, и Рамси успел уже привыкнуть к этому раздражающему звуку. Внезапно наступила тишина. Лишь часы мерно отсчитывали минуты. Иначе, казалось бы, что время и вовсе остановилось.

— Вспомнил уже, как тебя зовут? Или ещё что-то полезно, например адрес свой? — обратился к нему пожилой седоватый инспектор, оторвавшись от бумаг. Рамси лишь помотал головой и уставился в пол. Хоть и не протрезвел до конца, но соображал, что чем меньше говорит, тем лучше. И уж точно не собирался рассказывать о том, где живёт. Если отец узнает, что его задержали пьяным на улице, то будет очень зол. А Рамси прекрасно помнил, что бывает, когда он в гневе. Полицейский равнодушно пожал плечами и сопроводил в кабинет к инспектору по делам несовершеннолетних. Высокая женщина с худым, вытянутым лицом поливала цветы, стоящие на подоконнике. Когда дверь в комнату отворилась, инспектор скользнула безразличным взглядом по новым посетителям. Вид у неё был надменный, тёмные глаза смотрели строго. — Что натворил? — отставив лейку в сторону, поинтересовалась она. Непонятно кого спрашивала: своего сослуживца или мальчишку. Женщина села за стол и кивнула на стул для посетителей. — Садись, — преградив путь к двери, обратился к нему полицейский. — Пьяный по улицам шатался. Как его звать не говорит, сколько ему лет тоже не ответил. Думаю, лет пятнадцать. Вообще, молчал всё время. Может немой? Эй, парень, ты разговаривать-то умеешь? — тряхнул за плечо полицейский. Рамси невольно опустил голову. Надо же было так вляпаться! И уже в который раз. — Есть какие-то документы? — спросила инспектор, когда дежурный подошёл к столу. — Нет. Вот всё что у него было, — полицейский вывалил на стол весь нехитрый набор, что нашёл в результате обыска. Ну, как обыска: Рамси добровольно вывернул карманы. Всё-таки это было менее унизительно и менее противно. — Интересно… — среди разной мелочи, пачки сигарет и телефона, её особенно заинтересовал нож. Старый кнопочник с рисунком обнажённой русалки на ручке. Подарок дяди Джека. — Опасная игрушка. Тебе не кажется? — обратилась женщина к Рамси. А полицейский хмыкнул, задержав взгляд на рисунке. — Удачного дня!