ZEUS. Синдром защитника (СИ) - Кельт Владимир - Страница 116

Двигатель умолк. Машина спряталась в тоннеле подземной парковки, свет фар соседнего «Краманера» заиграл бликами на черном корпусе. Забрав оставленный на заднем сиденье пиджак, Андре поспешил к зданию администрации.

На пункте пропуска никого, что сразу насторожило. Колман не любил излишеств и часто пренебрегал собственной безопасностью, но охрана всегда ошивалась тут, как стая голодных псов. Миновав пустые стойки и просторный холл, Андре вошел в приемную. По обыкновению Бетани встретила дежурной улыбкой и даже кокетливо поправила вырез белой блузки, под которой без труда угадывалось кружевное белье.

Не удостоив девушку привычным комплиментом, Андре влетел в кабинет Колмана.

– Господин советник, мы делаем все возможное, – начал он с порога. – «Посейдон» разобрался с вышедшими из строя «Объектами», зачистка прошла успешно. Только Солт и Рассвет… это не мы. И что сейчас на границе – сложно сказать.

Андре говорил и говорил, и старался не выглядеть идиотом, который оправдывается, но советник даже взгляда не поднял. Андре умолк. Только сейчас заметил, что плотные черные жалюзи на панорамном окне опущены, хотя ночной Парадиз всегда был свидетелем их бесед, и наблюдал за тем, как создается будущее.

Советник смотрел на резную шахматную доску на столе, будто загипнотизированный. Лицо осунулось, посерело.

– Андре, знаешь ли ты, что это только начало? - осипшим голосом спросил Колман.

– Проблемы решаемы, в корпорации считают…

– Нет, – отрезал Колман. Рука потянулась к шахматам, черный конь снял с доски белую ладью. – Видишь ли, для доминации на поле у нас недостает ресурсов, а для вилки момент упущен.

Кое-что о шахматах Андре знал, и без труда провел аналогию с провалом на станции Рассвет.

– Но у нас остался дрогийский «Пепел», – напомнил Андре. – Сыворотку восстановим, найдем новых подопытных и запустим проект.

Колман безрадостно усмехнулся:

– «Пепел», – брезгливо сказал он. – Алвахт подсунул нам подделку.

В просторном кабинете вдруг сделалось душно, Андре невольно ослабил галстук. На резной доске по-прежнему перемещались фигуры: занимали клетки, примеряли роли и шли на войну.

– Не люблю оставаться в дураках, – хмыкнул Колман. – Допускаю, что Алвахт попросту жаждет получить часть наших колоний. Ты знал, что ядро Дрогиса остывает?

– Нет, – выдавил Андре, галстук по-прежнему казался удавкой.

– Я тоже. Это упущение стоило нам всего. Иметь дело с жаждущим власти эгоистом – одно, а вот пытаться обыграть того, кто поставил на кон жизнь своего народа… Это априори невозможно. Все пошло прахом. Я создал слишком многое и не смог удержать в руках. Печально признавать, но это так. Мы открыли ящик Пандоры, Андре, и теперь не в состоянии загнать монстров обратно в клетку.

С доски слетел белый ферзь. Глухо ударился о столешницу и покатился, виляя гладкими боками. Фигурка долго балансировала на краю стола, дрожала, крутилась. Замерев, пошатнулась и со стуком упала на пол. Баталия угасала. Шах и мат.

Колман снял с доски фигурку белого короля, сжал в кулаке и убрал в сторону. Свое место на пьедестале занял черный монарх.

– Почему ты еще здесь? – обжег взглядом Колман. – Работай, Андре.

Сухо кивнув, Андре вышел в приемную. Обеспокоенная Бнтани хотела о чем-то спросить, но так и не решилась.

Не успел Андре дойти до лифта, как раздался глухой хлопок. Ровно через пять секунд послышался визгливый женский крик. Андре выругался и рванул обратно. Влетел в приемную и застыл истуканом.

У входа в кабинет советника рыдала Бетани. Девушку трясло, всхлипывания перемежались скулежом – что ни на есть истерика. Андре аккуратно ее потеснил и прошел внутрь.

Багровая лужа растеклась, залив шахматы. Колман распластался на столе лицом вниз, рука безвольно свисала. На полу Андре приметил оброненный пистолет – коллекционный «фостер», инкрустированный платиной на рукоятке.

Просигналил хэндком. От неожиданности Андре вздрогнул. Надо бы проигнорировать сообщение, и что-то предпринять, но привычка оказалась сильнее.

Вспыхнул дисплей:

«В «Экзо матрикс» нет места слабости. Никто не должен знать, что Колман ей поддался. Это невыгодно для ОСП, невыгодно для человечества. Прибери здесь. В доке ждет шаттл, «Посейдон» уже на подлете к Парадиз».

Андре отключил хэндком. Рядом все еще подвывала испуганная Бетани, отирала слезы, успокаивалась, и снова рыдала навзрыд. Он осторожно обнял девушку.

– Тише, милочка. Тише-тише… – Андре погладил ее по шелковистым черным волосам, всхлипывания на миг стихли. - Тише-тише… – повторил он, и рывком свернул ей шею.

Девушку отволок в приемную. Тело оставил рядом с прозрачным столиком, а вот в кабинете советника пришлось повозиться. Он подобрал пистолет и гильзу, отыскал пулю, что прошла навылет и застряла в стене. Позу Колмана стоило изменить, и Андре долго выбирал нужный ракурс. Баллистика легко определит направление стрельбы, но никто не должен понять, что это самоубийство.

Покончив с инсталляцией, он распылил в кабинете газ, уничтожающий ДНК. Проблемы с видеозаписями уже решили в корпорации, чему нельзя не порадоваться. Возиться с сервером и сетью – время терять.

Лифт спешно отсчитывал этажи, а мысли все еще блуждали в кабинете с огромным панорамным окном. Будущее рухнуло. Свалилось с высоты стратосферы и обернулось пылью. Сон разума рождает чудовищ – так утверждала одна из пословиц древности. Но Андре был готов поспорить. Чудовищ порождает холодный трезвый ум, облаченный в Истинное Зло – жажду власти и денег, а убивает желание одержать победу любой ценой.

И сегодня чудовища умирали. Погибали одни, но появлялись на свет другие.