ZEUS. Синдром защитника (СИ) - Кельт Владимир - Страница 109

Со злостью Рэйн дернул осколок и швырнул подальше, чтобы никто не заметил крови. Шагнул навстречу Максу и выдавил ухмылку, за которой привык прятать поражение.

– Хватит со мной нянчиться, – огрызнулся он. – Нет никакой раны. Между пластин брони застряло. К доку он меня собрался…

Раскатистый смех товарища загремел среди развалин некогда величественного зала.

– Да ты счастливчик! В рубашке родился!

– Ага, в броне… – хмыкнул Рэйн. ‒ Пора заканчивать разговоры. Разделимся по двое и обыщем комплекс.

Фрей хотел что-то сказать, но Веда положила руку на плечо здоровяка, призывая к молчанию.

– Капитан, я пойду с вами, если позволите. Боюсь, что Макс не даст вам покоя своей болтовней, пускай лучше ребят донимает, – улыбнулась она, намекая, что так проще реализовать план с побегом.

– Да, сделаем по-твоему, – согласился Рэйн. – Идите, а я догоню. Где-то здесь запасной магазин выронил, надо поискать.

Когда группа скрылась за дверью, Рэйн привалился к стене и позволил себе сдавленно выдохнуть. Тело полыхало огнем, будто под броню налили керосин и кинули спичку. Кровь из раны текла к паху и впитывалась в ткань камуфляжа. Он вытянул из разгрузки тюбик с медицинским клеем. Отодрал зубами крышку, отогнул пластину брони и залил рану. Обожгло так, что глаза заслезились, но Рэйн лишь сильнее стиснул зубы. Когда немного полегчало, он вывел проекцию с медицинскими показателями ‒ дело дрянь. Не рассчитанная на синтетов система уверяла, что пора на операционный стол. Покопавшись в меню, Рэйн выбрал инъекцию адреналина. Двойная доза.

Сердце гулко стукнуло и замерло. Отмеряло два глухих удара и бешено заколотилось. Рэйн побежал к выходу. Под пластинами брони все так же чавкало, кровь текла по разгоряченной коже.

***

Кошмарные видения проникали в сознание Лисы, как яд проникает в кровь – незаметно, губительно. Сначала она понимала, где реальность, а где бред, навеянный одним из менталистов на службе Ордена. Но бороться становилось все труднее. Галлюцинации были столь яркими, что причиняли физическую боль.

Лиса видела себя маленькой девочкой. Она резвилась на цветочной поляне, играла с щенком по имени Йоши, и подолгу говорила с матерью. Рэйчел гладила ее по волосам и просила навсегда остаться здесь, ведь она так любит свою малышку! И Лиса захлебывалась радостью, прижималась щекой к груди мамы. А потом вспоминала: у нее никогда не было щенка… Иллюзия исчезла.

Передышка длится недолго, и вот Лиса бежит по коридору академии Психеи. Гарь и дым наполняют легкие, она задыхается, останавливается и едва не падает. Рэйчел хватает ее за руку и тянет за собой. Уводит в тоннель, но сама дальше не идет. Мать – в разодранном черном платье, лицо перепачкано кровью – крепко ее обнимает и шепчет:

– Спасайся, родная…

Лиса заходится рыданиями, а Рэйчел гладит по волосам и протягивает регистрационную карту. Она хочет что-то сказать, но Лиса бежит со всех ног в тоннель. Рэйчел никогда не называла ее «родная»… Иллюзия исчезает.

Сейчас видений не было. Истощенная кошмарами Лиса лежала на медицинской кушетке, закрыв глаза. Из одежды на ней лишь казенное нижнее белье, тело облепили датчики, из вен тянулись трубки капельниц. До сих пор ей удавалось переиграть иллюзию и найти маркеры, удерживающие связь с реальностью. Но это лишь вопрос времени. Рано или поздно галлюцинации окрепнут. Они победят. Они уже побеждают.

‒ Она без сознания? ‒ низкий голос с хрипотцой принадлежал инквизитору Полю.

‒ Нет, делает вид, что спит. Держу ее на стимуляторах, так проще сломать барьер, ‒ пояснил седой доктор.

Лиса прислушивалась к ненавистным голосам. Чего они добиваются? Сколько еще будут мучить?

– Как долго ждать? – спросил Поль.

– Совсем немного. Скоро подопытная подчинится и впустит меня в свой разум. Я добьюсь от нее заветного «да».

Поль хмыкнул:

‒ В Магистрате считают, что вы топчитесь на месте. Де Воль все время молчит. Сколько нахожусь в лаборатории, она ни слова не проронила. И взгляд какой-то пустой... Хотите сделать из нее сумасшедшую? Нам нужна управляемая подопытная, а не манекен.

‒ Изменение сознания процесс сложный. Чтобы что-то построить, сначала придется сломать. Не вам судить, инквизитор. В конце концов, я профессионал, почти двадцать лет в парапсихологии! ‒ напускная обида так и лилась из слов доктора. Лисе хотелось плюнуть ему в лицо, она не понимала: как эспиритуал с подобными знаниями и силой стал прислуживать Ордену?

‒ Никто не сомневается в вашей компетентности, но есть вопросы, ‒ с нажимом сказал Поль.

‒ Сейчас проведем еще один сеанс, и вопросов не останется.

Заслышав о новом сеансе, Лиса похолодела. Доктор опять вгонит в ее кровь наркотик, станет издеваться над телом, а разум изувечит кошмарами.

‒ Василиса, открой глаза, ‒ ласково попросил доктор, и Лиса подчинилась. Не потому, что силен ментальный приказ мучителя, а потому, что так проще понять, когда окружающий мир превратится в иллюзию. Она все еще надеялась ухватить маркеры настоящего.

Доктор бегло просмотрел показатели на прозрачном планшете. Поставив пакет с мутно-желтым раствором на стойку, он достал из кармана халата шприц.

‒ Смотрите, ‒ доктор схватил ее за руку. Лиса дернулась, но ремни не дали вырваться. ‒ Видите, как сопротивляется? Она все прекрасно понимает. Это своего рода игра, ‒ доктор елейно улыбнулся и подмигнул. В свете ламп блеснула игла.

Раздался глухой хлопок. Кровь из груди Поля брызнула на стойку капельницы, и он медленно повалился на пол. Ошарашенный доктор выронил шприц и попятился. Снова хлопок. Красное пятно расползлось на белом халате. Врач захрипел, в уголках рта запузырилась алая пена. Со сдавленным стоном он рухнул тяжелым кулем.

В комнату стремительно вошел мужчина в черной броне, усыпанной вмятинами от пуль. Его лицо скрывало забрало шлема. Словно хищник, готовящийся к прыжку, он приближался к беспомощной Лисе. И было в нем что-то пугающее, на уровне инстинктов кричащее: смерть для него ничего не значит.

Страх нахлынул волной, Лиса вскрикнула. Мужчина в черном склонился над ней и провел рукой по щеке. Шершавая ткань перчатки царапнула кожу.

‒ Не бойся, это я, ‒ сказал он, поднимая забрало шлема. ‒ Я пришел за тобой.

Рэйн… Голубые глаза походили на осколки льда. В них Лиса видела безмерную, почти нечеловеческую жестокость, и в то же время не было взгляда теплее. Реально ли происходящее? Или это очередная иллюзия? Его не должно здесь быть… Лиса судорожно искала маркеры настоящего, но не находила. Ком подступил к горлу, рыдания вырвались вместе с криком:

‒ Тебя нет! Не существует! Тебя нет!

Он схватил ее за запястья и придавил к кушетке.

‒ Нет! Оставь меня! Исчезни! – кричала Лиса, пытаясь вырваться.

Не обращая внимания на вопли, Рэйн содрал ремни. Подхватил ее и прижал к себе.

‒ Тише, принцесса… Все будет хорошо, ты в безопасности, ‒ шептал он. Обнимал крепче. Гладил рукой по волосам. Смахивал слезы с ее щек. – Я заберу тебя отсюда, никто больше пальцем не тронет. Я убью каждого, кто попытается.

Так хотелось верить в происходящее, но Лиса все еще вспоминала об иллюзиях, о пытках. Что ж, если это изощренная галлюцинация, то она сдастся.

‒ Капитан, ее держали на стимуляторах, ‒ послышался звонкий женский голос.

Только теперь Лиса заметила девушку в черной броне с винтовкой в руках. Она стояла у самого входа, не решаясь подойти – боялась помешать. Почувствовав присутствие эспиритуала, Лиса внутренне сжалась.

‒ Ей нужно вколоть псион, иначе станет одержимой, ‒ сказала девушка.

‒ Никакого псиона, ‒ возразил Рэйн. ‒ Она его никогда не принимала. Нельзя этого делать. Я ей помогу, со временем она придет в себя. Мы справимся. Так ведь, принцесса?

Лиса и хотела бы ответить, но мысли путались, а слова застревали в горле, будто она забыла, как они должны звучать. Что-то все еще мешало до конца осознать реальность, что-то удерживало далеко отсюда и продолжало одурманивать.