Выкуп инопланетного дикаря (ЛП) - Скай Калиста - Страница 7

Я сжимаюсь и инстинктивно пытаюсь стать меньше. Я прямо между двух динозавров, и, по крайней мере, один из них хочет меня съесть.

Бл*дь. Со мной все кончено. Я опускаюсь на колени и обнимаю себя, ожидая, когда кто-то из них поймает меня и сожрет. Я оцепенела и даже не могу плакать.

У меня нет выхода.

Затем одна мысль вспыхивает у меня в голове: пистолет!

Глава 5

София

Дрожащими руками я беру его в руки, вытащив из своего лабораторного халата.

Но слишком поздно. Я слышу не-птеродактеля прямо позади, а динозавр передо мной медленно движется, чтобы наброситься на меня одним из своих ртов. Я наклоняю свою голову, стараясь стать настолько маленькой, насколько возможно. Я не хочу этого видеть.

Затем раздается громкий глухой стук, будто огромный кит ударяется о землю, упав с вершины небоскреба. Звук сопровождается криком не-птеродактеля, который заставляет меня бросить пистолет и прижать руки к ушам.

Когда я смотрю вверх, то вижу, что шея желтоглазого динозавра вытянулась не меньше, чем на пятьдесят футов, а не-птеродактиль, кувыркаясь в воздухе, бросился прочь, все еще яростно крича. Похоже, динозавр головой ударил не-птеродактиля, так как у него нет других конечностей, которыми он бы мог это сделать.

Шелестом листьев сопровождает бегство не-птеродактиля на всем пути его отступления, но я не осмеливаюсь проверить, действительно ли он улетел. Я просто убегаю, дрожа и плача.

По крайней мере, я теперь знаю, куда бегу, так как вижу недалеко мерцание грузового отсека под солнечными лучами. И, конечно же, дверь закрыта.

Я подбегаю к двери и громко стучу.

— Эй! Откройте! Это я! София!

Дверь открывается, и я бросаюсь внутрь. Затем кто-то снова нажимает на кнопку, и дверь захлопывается.

Я падаю на пол и просто яростно дышу, а затем теряю самообладание и захлебываюсь в слезах от ужаса и гнева.

Я думаю, теперь моя очередь.

С меня достаточно. Я не только сука в этой истории, но, похоже, еще и трус. Я сыграла все плохие роли. Рыдая, я чувствую, как девушки обмениваются взглядами.

Хайди и Аврора сидят рядом и поглаживают меня по рукам, пытаясь успокоить, пока я прихожу в себя.

Я осматриваюсь вокруг, но девочки загораживают мне обзор.

— Сколько спаслись?

Кэролин кладет руку мне на плечо.

— Не так много.

Как она может быть так спокойна? Полагаю, норвежцев сложно поколебать. Я вытягиваю шею, пытаясь заглянуть ей за плечо.

Никого.

Кроме нас девушек-переводчиков из лаборатории в комнате никого нет. Шесть. Олеся была седьмой.

Я пересчитываю еще раз. Кэролин. Аврора. Эмилия. Хайди. Дэлия. И я.

Вот и все. Всех остальных женщин забрали не-птеродактили. Включая женщину, которая нашла груду странных скал, и владельца пистолета, кем бы она ни была.

Я прислоняю голову к стене.

— Дерьмо.

— Да, — соглашается Эмилия. — Эти летающие штуки просто подняли их и… улетели. Мы думали, что тебя тоже забрали.

— Почти, — и я рассказываю им, что случилось.

Хайди качает головой.

— Эта планета чертовски странная. Огромные деревья и странные груды скал, не-птеродактили и софиазауры.

Я нахмурилась.

— Что?

— Софиазауры, — повторяет она. — Твой динозавр, которого ты обнаружила. И еще ты — единственная, кто его видел. Будет правильно назвать его так nicht wah (прим. нем. «не так ли»), Дэлия?

Дэлия обдумывает это.

— Не совсем. Но я думаю, сойдет и так. Мы можем сделать формальную классификацию позже. Это обычно делается не на поле боя.

Я пожимаю плечами. Это просто название, как и многие другие. Я думаю, что здесь мне не следует ожидать встречи с мимишным созданием, которого назовут в мою честь. Таким образом, громоздкий трехногий уродливый динозавр, который наносит удары своей шеей — это софиазаур. Отлично. Он спас меня от не-птеродактиля.

Но у нас есть более важные вещи, о которых нужно поговорить. Мы застряли на чужой планете со смертоносной дикой природой повсюду.

Мы с девочками прижимаемся и обнимаем друг друга, чтобы успокоиться. Мне, возможно, не следует об этом думать, но я рада тому, что я здесь не одна.

Эмилия задает очевидный вопрос.

— Итак, девчонки. Что, черт возьми, мы собираемся делать?

Мы сидим и разговариваем, но продолжаем ходить по кругу, потому что на самом деле не знаем, что делать. И стараемся не говорить о том, что у каждой из нас на уме: возможно, мы застряли здесь навсегда.

В конце концов, мы не приходим ни к какому решению, кроме одного: нам нужна вода. А так как я знаю, где река, потому что я чуть не упала в нее, мне придется пойти на ее поиски.

— Все в порядке, — говорю я и снова встаю, надеясь, по крайней мере, не быть трусихой в группе. — Но может кто-то составит мне компанию? Одного достаточно.

— Конечно, — Кэролин встает и снимает свой лабораторный халат. — Мы достанем воду. У нас есть что-нибудь, что может послужить в качестве ведра, чтобы донести воду?

Эмилия утверждает, что видела снаружи куст с очень большими воронкообразными листьями.

Я открываю дверь и осторожно выглядываю. Ничего не движется, и свет сейчас более красноватый, чем раньше.

— Вы должны поторопиться, — говорит Аврора. — Похоже, солнце садится.

Я снимаю лабораторный халат, кладу пистолет в карман джинсов и выхожу за пределы «консервной банки».

— Это недалеко. Десять миль, если мы найдем что-нибудь, в чем принести воду.

Кэролин и я сразу видим листья, о которых говорила Эмилия. Они глубокие и имеют восковую поверхность, которая должна быть достаточно водонепроницаемой.

— Сколько в нем можно принести? Пару литров в каждом? Этот лист сможет удержать сколько?

— Да, — я киваю. — Достаточно, чтобы не умереть от жажды. Но недостаточно, чтобы умыться, — добавляю я. В джунглях жарко и я вся промокла от пота.

— Лучше не говорить слишком много, — говорит Кэролин. — Будем вести себя тихо. Мы не знаем, что еще здесь обитает.

Мы безмолвно идем через лес, стараясь не наступать на сухие ветки. Реку мы находим почти сразу. Берег грязный, но сама вода течет быстро и выглядит достаточно чистой. Немного дальше берег песчаный и немного напоминает пляж, поэтому направляемся туда.

Я вглядываюсь в воду.

— Думаешь, там есть какие-либо монстры?

Кэролин чешет свой подборок.

— Я вижу только песок.

— Это меня и волнует. Выглядит слишком заманчиво. Но, кажется, мне придется войти в нее. У берега слишком мелко, чтобы наполнить листья.

Я раздумываю о том, чтобы снять свои кроссовки и носки, но если мне придется бежать, я бы предпочла не тратить время, надевая их. Поэтому я закатываю свои джинсы до колена так, чтобы в случае опасности можно было быстро вернуть их на место.

Я хватаю один из конусообразных листьев, глубоко вздыхаю, закрываю глаза и вхожу в реку. Вода холодит мои икры ног, и это очень приятно. Несколько цветов на берегу рядом со мной источают сладкий запах, а в совокупности с заходящим солнцем и нежным ветерком может показаться, будто я отдыхаю в тропическом раю.

Если не считать того, что пару часов назад мы были свидетелями того, как, по меньшей мере, двадцать женщин унесли не-птеродактили.

Я вздрагиваю и заполняю один лист, затем передаю его Кэролин на берег.

Она отдает мне другой, и я наполняю его, опуская под воду вверх по течению. Затем я поворачиваюсь, чтобы вернуть его назад, но поскальзываюсь на камне под моей ногой и с большим всплеском падаю в воду.

Я захлебываюсь и кашляю, пытаюсь найти опору на дне, но на середине реки течение слишком быстрое, и я не могу этого сделать. Слишком глубоко. Я слышу, как Кэролин кричит что-то с берега, но я немного занята тем, чтобы не утонуть в реке, которая оказалась намного быстрее, чем я думала.

Внезапно дно уходит из-под ног, и меня засасывает вниз в какую-то дыру вместе с водой в реке.