Вдова мастера теней - Савенко Валентина - Страница 63

А потом и моим родителям, «не старым еще!». И дяде.

Зря он решил помирить двэйну Софи со свекровью и привез ее обратно.

Вот тут и выяснилось: я-то, оказывается, беременная!

Мать Кевина мстительно сообщила старшим родственникам потрясающую новость. Родственники приступили к расчетам. Пришлось признаваться, что я, такая нехорошая, придумала интересное положение, потому что боялась, что меня выгонят до того, как супруг найдется. Родители и Кевин, бывшие в курсе истинного положения дел, подтвердили нашу сказку. Они тоже считали, что чем меньше народу знает, что произошло в поместье на самом деле, тем лучше.

Бабушки и дед расстроились снова, сильно. Теперь нам при каждом удобном случае напоминали, что они ну очень, очень пожилые!

— Грэди Олби! Немедленно вернитесь! Я как самая старая в этом семействе требую пояснить ваши намерения в отношении моей невестки! — Мы с Эли шустро спрятались за портьеру.

Мимо прорысил дядя. Следом — бабушка Кевина. Очень пожилая дама почти догнала отнюдь не пожилого мужчину. Я бы тоже от такой прыти в ее годы не отказалась!

— О, грэди Салливан! Простите, не услышал! Ухо застудил, знаете ли, — судя по скорбной интонации дядиного голоса, далеко ему уйти не удалось.

— Приложите капустный лист к уху!! И все пройдет!! — прокричала старушка.

— Обязательно. Благодарю за совет, — ответил дядя без особого воодушевления.

— Так что насчет моей невестки?!

— Она ведь его женит! — хмыкнула Эли, уткнувшись лицом в мое плечо. — Не жалко тебе их?

— Совет им да любовь! — Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.

Нет, я не специально намекнула старушке, что дядю и ее невестку связывает нечто большее. Ну не могла же прямым текстом сказать, что нашего родственника угораздило влюбиться в двэйну! Более того, взаимно! Я сама не поверила, когда увидела у них над головами любовь! А так, глядишь, и двэйна станет не такой вредной, да и дяде пора прекращать цепляться за прошлое и смотреть в будущее.

Эпилог

— Вы станете моей женой? — вопрос прозвучал как утверждение. В зеленых глазах мужа плясали задорные смешинки.

Я искоса посмотрела на Эли и Кевина, потом на жреца, ждущего, когда ответит вторая пара, решившая поучаствовать в ритуале бракосочетания из уважения к родственникам, оставшимся в день их свадьбы без торжества. И одними губами прошептала:

— Только если вдовой!

Витор спрятал улыбку, хитро подмигнул. Алая бабочка над его головой стала еще больше. Она почти закрыла искрящимися крыльями цветочную арку, в которой проходила двойная свадьба. И была самой большой из положительных эмоций, что кружились и летали над нами. Даже больше моей любви! Но это не раздражало, а скорее наоборот. Я очень гордилась тем, что меня так любит воскресший супруг.

— Да! Согласна! — громко произнесла я.

За нашими спинами довольно зашумели гости. Их оказалось много больше, чем планировали мы с Эли.

Приехали все родственники Витора. Под разными предлогами. Им хотелось узнать, чем же закончится история свалившейся на голову вдовы и ее сестры. Многие схитрили — явились за несколько часов до скромного семейного торжества. У половины захромали кони, у второй соскочили колеса карет и колясок. Или что-то сломалось. Что-то непонятное, но ехать на таком транспорте определенно опасно! Пришлось приглашать.

Коллеги Витора и Кевина поступили проще. Их якобы вызвал кто-то из местных. Кто — никто не знает. Что за духа тут видели — тоже. «Найдем шутника — оштрафуем за ложный вызов!»

Вот так свадьба Эли и наш обряд для обделенных родственников из посиделок на десять персон превратился в настоящий праздник.

Повар чуть не слег с инфарктом, слуги сбились с ног. Мама, тетка Витора и две бабули, наша и Кевина, осипли, раздавая приказы; нас с Эли отстранили, сказав, что невестам положено ублажать взоры гостей, а не бегать по поместью с кипой салфеток наперевес и воплями: «Где еще два десятка перепелов?!»

В общем, мы с Эли ублажали. Наши мужчины отвлекали гостей от пустых столов. Обряд пришлось перенести на вечер.

В итоге мы с Эли были готовы утащить суженых в тень и сбежать.

Но все обошлось.

Еда приготовлена, дополнительные столы привезены, гости рассажены. Мы стоим под цветочной аркой перед жрецом, произносящим проникновенную речь. Эли — в белом платье и фате. Я — в алом, потому что у меня это фактически третья свадьба за месяц. Кевин и Витор — в парадных мундирах.

— Может, сделать это семейной традицией? — улыбнулся Витор, целуя меня в висок, когда мы устроились во главе длинного стола. — По свадьбе в неделю, мне нравится.

— Мы разоримся! — тихо хмыкнула я, краем уха слушая пожелание очередного незнакомого мастера теней.

— Ну, — усмехнулся муж, — вряд ли. Четвертая свадьба будет уже не таким знаменательным событием. К пятой половина наших гостей потеряет к нам интерес.

— А десятую мы будем праздновать в гордом одиночестве? И останемся без подарков?

— Ну что ты, это же юбилей! К тому времени нас будут считать весьма экстравагантной парой. И мы сможем продавать билеты на торжество.

— Аферист! — беззлобно подколола я.

Витор согласно кивнул.

— Будь я другим, вряд ли поймал бы такой непоседливый ветерок, как ты.

— Ты меня поймал? — восхитилась я такой наглости. Придвинулась ближе и, борясь со смехом, прошептала на ухо мужу: — Это я тебя поймала!

— Спорный вопрос.

— Я тебя выбрала из всех мастеров!

— Из всех неженатых до тридцати. То есть из трех.

— Я с тобой познакомилась!

— Я помню, и мой сапог тоже.

— А потом…

— А потом предложила стать моей вдовой? — рассмеялся муж.

— Ладно, поймал! — сдалась я. — Но я тебя поймала первая!

Витор хмыкнул, давая понять, что я глубоко заблуждаюсь. Поднялся и притянул мне руку.

— Позвольте пригласить, моя дорогая супруга? — громко спросил он, подавая знак музыкантам. И мне, так чтобы никто не слышал: — Что скажете, госпожа вдова?

— Что быть вашей вдовой весьма занимательно, — улыбнулась я, шагая с мужем на украшенную цветами площадку для танцев, — но женой — куда интересней!