Вдова мастера теней - Савенко Валентина - Страница 31

Наверняка собиралась его переубедить. Доказать, что мы поступаем неправильно, дурно.

— Где они сейчас?

— Отправились в усадьбу. Официально ваш отец решил немного отдохнуть от дел.

Мама смирилась? Согласилась с нашим планом? Так просто? Или спрятала отца, пока не уляжется скандал, после того как она сообщит…

Но ведь она обещала! И оговоренный срок еще не истек!

Отец. Он был той плотиной, что сдерживала законопослушность мамы. А сейчас он спит. Раненый, чудом не погибший.

Не позволю! Надо будет — сбегу вместе с Эли. Но не отдам ее.

«Закон! Так полагается! Это опасно! Мое сердце тоже разрывается, Габи!» — Правильная мама.

Аристократка, совершившая в жизни одну единственную ошибку — брак с отцом. Я не ты. И не Эли, согласившаяся с тобой. Я подожду, но если ты, мамочка, сделаешь то, что хотела, увезу Эли.

— Вы улыбаетесь точно как ваша сестра. Кажется, что внутри у вас все обливается кровью. — Витор прикоснулся кончиками пальцев к моим губам. — Что с вами?

— Ничего, — нервно передернула плечами, — я только что узнала, что мой отец чуть не погиб. И вы запретили мне об этом говорить. Конечно же, мне плохо! Вы же не думали, что я упаду на пол и буду биться в истерике?

— Думал, — неожиданно подтвердил Алистер с непонятным вздохом.

— Простите, что в очередной раз не оправдала ваши ожидания, мой драгоценный покойный супруг! — зло выпалила. Слезы застилали глаза, но я не могла себе их позволить. Эли почувствует, и будет сложно убедить ее, что все хорошо. — Я могу идти? Мне нужно переодеться к ужину. К вашим поминкам. — Вышло несколько мстительно.

— Идите. Зайду за полчаса до ужина.

— С нетерпением жду!

Отодвинула портьеру и направилась к двери, гордо выпрямив спину.

— Не злитесь, Габи, вы и так до безумия очаровательны, — донеслось вслед задумчивое.

Хотелось оглянуться. Увидеть выражение лица Витора, понять, что это: способ удержать меня, где нужно, или он на самом деле пытается загладить свою вину? Но я переборола любопытство, напомнив себе, что покойный супруг сейчас тень. И лица у него нет как такового.

В спальне ждала Элиза — в вуали, перчатках. Вокруг нее прыгал, летал, скручивался кольцами целый зверинец. Кроме воплощенных эмоций, в воздухе висели большое красное пятно и розовое поменьше.

— Все хорошо, он жив, — поспешила сообщить я с порога, — мама увезла его в усадьбу. Он сильно пострадал и будет некоторое время спать целительским сном. Но все обошлось. Скоро наш папа снова будет продавать зелья и выслушивать жалобы покупателей.

— Правда? — прошептала сестра.

— Да! — уверенно кивнула, прицениваясь, с какой эмоции начать.

Тоник все еще действовал, поэтому я решила не отводить сестру в ее спальню, а попробовать прямо здесь свой быстрый метод. Сосредоточилась, представила… и тут у меня в глазах зарябило, а потом я будто провалилась в яму. Пришла в себя быстро. Мимолетный взгляд на часы — и минуты не прошло.

А, как это?

Я ошарашенно разглядывала Элизу, снимающую вуаль. Вполне нормальную девушку. И воплощения исчезли! В пятнах же начали угадываться силуэты крыльев! Тонких красных теплых крыльев, чем-то неуловимо напоминающих крылья бабочек. Розовое пятно тоже изменилось, оно стало шустрее. Крылья были птичьи!

Смотрела на них, и в душе росло непонятно оттуда взявшееся убеждение, что, пока у этих штук есть хоть одна чешуйка, хоть одно перо, Эли мы не потеряем!

Волосы всколыхнул залетевший в распахнутое окно ветерок, в воздухе промелькнуло серебро. Покружив по комнате, эфирии выскользнули наружу.

Я улыбнулась, глядя, как исчезают едва заметные глазу крылья.

— Габи, с тобой все хорошо? — Эли устало провела пальцами по волосам. — Прости, я совсем тебя замучила…

— Нет, все отлично. — Я посмотрела на порхающие в воздухе алые и розовые крылышки.

Интересно, увижу ли их полностью? Пойму, что это такое? Ведь точно не духи. Эфир мне недоступен. Разве только немного: мельком увидеть эфирий, часть их воздушной красоты да проследить за воплощенными эмоциями.

— Я постараюсь себя контролировать, — решительно сдвинув брови, пообещала Эли. И с заминкой, виновато: — Извини, с папой было так… будто на самом деле… словно я там была… стояла рядом и видела, как он… прямо вот так…

— Он жив!

— Я хотела подойти к нему, когда он упал, но тут подъехала карета… и я очнулась…

Совпадение видения сестры и рассказа Витора насторожило. До сих пор ее кошмары не имели никакого отношения к реальности. Чего нам еще ждать? Не знаю. Но я справлюсь. Не знаю как.

Крылышки же над головой сестры вызывают сплошь положительные эмоции, вряд ли они могут нести вред. А что, если я вижу положительные эмоции?

С интересом покосилась на разноцветных спутников сестры, то быстро мелькающих, то замирающих, то вспыхивающих ярче, то угасающих. И кто же вы такие? Какие чувства сейчас порхают над ее головой, заставляя улыбаться и надеяться на хороший конец нашей страшной сказки?

Глава 6

Время до ужина пролетело незаметно. Вначале я уговаривала Эли немного отдохнуть — после видения сестра выглядела измученной. Элиза сопротивлялась, заверяла, что чувствует себя отлично. В конце концов мне удалось ее уложить.

Потом пыталась придумать, как понять, что я вижу, и не привлечь внимания. Новые способности требовали проверки. В прошлый раз я хотя бы примерно представляла, что вижу. Это напоминало чувство дежавю. Сейчас могла лишь предполагать. И мне было необходимо подтвердить догадки. Поэтому, не колеблясь, раскрыла конвертик с заклинанием. Из него выпорхнула крохотная птичка, сотканная из прозрачных вихрей, мелко трепеща крылышками, зависла на месте, а затем исчезла.

Занятно: оказывается, Берта владеет магией воздуха.

— Куда идем? — радостно заулыбалась с порога супруга доктора.

— На экскурсию по дому! — Я покрутила головой, проверяя, не сползет ли черное кружево платка.

— Правильно! — одобрила Берта. — Давно пора показать всем этим господам, что вы тут хозяйка.

Я незаметно посмотрела на женщину. Вроде бы говорит серьезно. Витор не сказал ей, что наш брак фиктивный? Интересно.

Экскурсию начали с кухни, где больше всего народу перед семейным ужином.

Поздоровавшись с поварами, занятыми готовкой, я обошла огромное помещение. Краем уха прислушиваясь к Берте, рассказывающей о том, что уже готово, а что кипит и пузырится, я исподтишка изучала крылатые воплощения положительных эмоций. Старалась не обращать внимания на отрицательные.

Следующим пунктом нашего путешествия стали гостиные и музыкальные салоны. В огромном особняке их имелось предостаточно. Дом многократно перестраивался. И сейчас его по площади можно было легко сравнить с небольшим дворцом.

Встреченные по пути слуги и гости дома радовали новыми цветами положительных эмоций. И уже знакомыми отрицательными.

Не обошлось и без казусов.

Сунув нос в жемчужную гостиную, мы с Бертой случайно подглядели сцену ревности. Пятиюродный кузен Витора обвинял жену в повышенном интересе к Кевину, требовал немедленно отбыть домой. Женщина не сопротивлялась. Кажется, она привыкла к нападкам мужа, потому что любила.

Да, я уже немного разбиралась в радуге положительных эмоций. Красные крылья бабочек — любовь.

Муж супругу тоже любил, хоть и проявлял это весьма странным образом.

Я была не против уменьшить количество «добрых и дружелюбных» родственников Витора в особняке. Так что, нарочито громко спросив какую-то банальность у Берты, решительно вошла в гостиную.

Мужчина увидел в этом знак свыше, не иначе. Он поспешно сообщил о вымышленных неприятностях дома, рассыпался в извинениях и потащил жену собирать вещи.

Пожелав им счастья, я решила заглянуть к управляющему. Кабинет Майлза находился в западном крыле дома. Первое, что бросилось в глаза, когда вошли в помещение, — обилие бумаг и идеальный порядок.