За 27 дней (ЛП) - Джервайс Элисон - Страница 54

— Обнимались. Фу. — Он сделал брезгливое выражение лица. — Это звучит так глупо, когда ты говоришь об этом так.

— Не мои проблемы. — Я опустила голову на подушку и ухмыльнулась.

— Очень смешно. — Арчер закатил глаза.

Он встал на ноги и направился к лестнице. Когда я увидела его спину, я вскрикнула.

— Святое дерьмо! У тебя есть татуировка?

— Ну, да. Это проблема? — Арчер повернулся ко мне с легкой ухмылкой.

Я яростно покачала головой и снова приподнялась вверх, более пристально рассматривая татуировку, о которой даже не знала. Черные и серые чернила обрамили часть его правого плеча, большую часть его спины, заканчиваясь чуть выше изгиба его бедра. Мне потребовалось ещё мгновение, чтобы понять, что это была за татуировка.

Когда я посмотрела ближе, я увидела, что татуировкой был феникс. Часть его длинных, замысловатых крыльев началась в верхней части плеча, и сама птица выглядела словно в полете, поскольку растянулась на спине. Рот феникса был открыт в немом крике, а его когти изогнулись, словно он вцепился во что-то.

Я не поняла значение татуировки, но нельзя было отрицать тот факт, что она была хорошо и весьма красиво сделана.

— Она красивая, — тихо сказала я, глядя ему в глаза. — Когда ты сделал её?

— Подарок на шестнадцатый день рождения, — ответил Арчер. — От мамы и бабушки.

— Почему феникс? — с любопытством продолжала я.

— Феникс символизирует новую жизнь.

Это было единственное объяснение, которое он дал, прежде чем подняться по лестнице и исчезнуть из виду.

Плюхнувшись обратно на диван, я зажмурила глаза и заставила себя поспать ещё несколько минут. Я определенно могла понять, почему Арчер сделал татуировку феникса.

Я, наверное, поспала около трёх минут, прежде чем меня выдернули из сна Эйприл и Мэй, подпрыгивая и крича мне на ухо, что пора завтракать. Я немного поворчала, конечно, но надеялась, что эти блинчики будут вкусными. В противном случае я бы расстроилась.

Столовая и кухня были в беспорядке, когда я присоединилась к семье наверху. Как-то мне удалось ухватить большой, облитый сиропом, черничный блинчик, который занял всю тарелку. Те, кто сидел за столом, увлеченно обсуждали то, что было на повестке дня сегодня, пока я ела свой завтрак.

Было не так уж много чего, чем все двадцать из нас могли бы вместе заняться за такое короткое количество времени. В конце концов, было решено, что мы просто проведем день здесь, в доме Софии и Марка. Позже София объявила, что мы пойдем на ужин в пиццерию под названием «У Дона Вито». Я подозревала, что существует какая-то связь между этим именем и «Крестным отцом»[20] и подумала, что это было чуть-чуть жутковато. Но поскольку все в семье были итальянцами, я предполагаю, что это вполне уместно.

Так как мы собирались остаться здесь на весь день, я не чувствовала себя сильно виноватой по поводу того во сколько пришла завтракать. Я съела, наверное, три гигантских блинчика, прежде чем решила, что принять душ будет хорошей идеей.

Мия взяла для меня полотенце из платяного шкафа в подвале и показала мне дорогу к ванной комнате. Все остальные были ещё наверху, насколько я знала, так что это был мой шанс запрыгнуть в душ незамеченной.

К счастью, это сработало.

Повернув кран, я прыгнула под струю горячей воды и изо всех сил старалась затолкать ноющее беспокойство, постоянно сидевшее у меня на плечах, подальше в глубину сознания. Было бы бессмысленно волноваться о чем-то, во время единственного перерыва в течение дня, когда я могу расслабиться. Я заняла свою голову мыслями о том, что мы будем делать сегодня здесь, в доме Софии и Марка. Конечно, снаружи было много снега, но как знать? Может быть, мы могли бы выйти на улицу и поиграть в прятки или ещё в какие-нибудь детские игры.

Детские игры были веселыми, не так ли?

Не желая казаться опрометчивой, я выскочила из душа, прежде чем полностью истратила всю горячую воду. Я закуталась в зеленое полотенце, которое дала мне Мия и направилась к зеркалу душевой, чтобы протереть с него пар.

Я изучила свое отражение и вздохнула. Я выглядела немного изможденной. В каком-то роде. Появились темные круги под глазами — вероятно, из-за недосыпания в последнее время — и я выглядела бледнее, чем обычно. Если всё пошло бы по плану, и я в конечном итоге спасла б жизнь Арчера, тогда я надеялась, что смогла б поспать все выходные. Бог знал, что я нуждалась в этом.

Я уловила краем глаза что-то белое, в то время как схватила свою рубашку со стойки — то, что не должно было находиться в ванной комнате. Я имею в виду, кто будет оставлять бумажки в ванной комнате.

Я натянула свою рубашку и подняла записку, лежащую на маленьком пузырьке с лекарством, оставленном на стойке.

Как только я изучила записку и узнала до жути формальный почерк, я поняла, что это не может быть хорошо.

Написанные почерком Смерти, на записке были такие слова:

«Пахнет мятой?»

Ладно, какого черта это должно было значить?

Теперь я была более чем смущена тем, что происходит. Зачем Смерти оставлять мне непонятные записки? Это не имело смысла. Он ведь не считает, что это «поможет мне»?

Я выбросила записку в мусорную корзину рядом с унитазом и сделала глубокий вдох. Это не должно было ничего значить, верно? Зачем Смерти оставлять мне записку со словами «пахнет мятой?». Это было слишком странно.

Вопреки здравому смыслу, я схватила пузырек с лекарством со стойки и осмотрела этикетку, прежде чем смогла убедить себя, что то, что я делала, было в каком-то роде нетактичным. На этикетке было сказано, что пузырек являлся лекарством под названием «Золофт» и выписывался по рецепту, и был прописан Арчеру для лечения депрессии.

Я знала, что Арчер принимал антидепрессанты. Реджина сказала это сама. Так какого черта Смерти оставлять мне записку со словами «пахнет мятой»?

Я сняла крышку с пузырька с лекарством — и почувствовала себя глупо, уже делая это, — поднесла пузырек к носу и вдохнула запах. Я была мгновенно поражена ароматом мяты и чуть не уронила пузырек в раковину.

Честно говоря, запах мяты был настолько силен, что внедрился в мой нос, и каждый раз, когда я делала вдох, было ощущение, как будто я выпиваю целую банку мятных леденцов «Altoids»[21].

Может быть, из-за того, что утро было технически довольно ранним, из-за чего мой мозг работал так медленно, но мне потребовалось несколько минут, прежде чем все встало на свои места и смысл записки Смерти, наконец, дошел до меня.

Я схватила пузырек с лекарством, вытряхнула одну из таблеток и положила её в рот.

Да. Это, определенно, был мятный леденец. Наверное, один из тех леденцов в жестяных баночках из Уолмарта.

Я жевала леденец, пока закручивала крышку на пузырьке с лекарством, а затем подняла свою пижаму с пола ванной комнаты. Я крепко держала пузырек с лекарством в руках, когда вышла из ванной и вернулась в комнату Мии. Там никого не было, и я быстро сунула пижаму в сумку, перед тем как промаршировать из комнаты на поиски Арчера.

Все младшие дети бегали и смеялись на игровой площадке внизу. Они все выглядели такими счастливыми, словно веселились на полную катушку. Я не могла позволить себе прервать их игру, только чтобы спросить, где Арчер.

Я крепко держала пузырек с лекарством в руках, когда направилась вверх по лестнице на первый этаж. Все взрослые сидели в гостиной, и даже мужчины, которые чуть ранее спали. Единственным ребенком в поле зрения был малыш Исаак, который был в восторге от того, что сидит на коленях у Виктории.

Если Арчера здесь не было, тогда где же он был?

— Ты выглядишь немного потерянной Хедли, — сказал Джон. — Ищешь Арчера?

Я не могла даже заставить себя смутиться из-за этого. У меня были дела поважнее на данный момент.

— Да, — сказала я. — Знаете, где он?

— Он на улице, — перебила его Реджина. — С Мией, Лорен и Карло.

— Спасибо, — с благодарностью сказала я Реджине.