Могильщик. Не люди (СИ) - Башунов Геннадий Алексеевич - Страница 50

- Всё дело в девке, Миреке. Те, кто хорошо её знал, считали её тронутой. Но таких людей было немного – её родители, я, Варл и Викле. Остальные просто думали, что она туповата. Так, впрочем, и было.

Она слышала голоса. Урмеру говорил ей, будто это голоса умерших Древних. Но мы в это не верили. Она – да, но Варл сразу сказал, что что-то не так. Я точно не помню бред, который она нам несла, но хорошо помню о некоем Новом Бергатте и о том, что туман, окружающий Полую Гору, стабилен. Варл проводил с ней куда больше времени, он много её слушал, и я уж точно не знаю, когда он решил, будто нет никакого Мёртвого Мира. Меня, по крайней мере, ему тогда убедить получилось.

Не знаю, пытался ли он убедить в этом девку. Мне она никогда не нравилась: эта мелкая сучка трахалась с Варлом, но всё поглядывала на Викле. Хотелось ей на хутор, сильно хотелось. Она постоянно ходила к ублюдку в гости, приносила оттуда хлеб или ещё какие-то подарки. Сын на это внимания не обращал. Пока не застукал их с Викле неподалёку от хутора.

Любил сын эту мелкую шлюшку или нет, но он точно собирался использовать её для того, чтобы поговорить с этими голосами у неё в голове. Хотел, чтобы она достучалась до тех людей. Поэтому он убедил меня в том, что должен на ней жениться. Мол, так у него будет больше времени, чтобы как следует разобраться во всём. А уже я уговорил её родителей. – Старик слабо усмехнулся. – Со мной тогда мало кто решался поспорить.

Девка, когда узнала, что придётся остаться в городе, заартачилась. Мол, выйду за того, за кого хочу. Собиралась сбежать на хутор. В общем, мы с её отцом тогда подкараулили их с Викле. Сопляк получил за то, что обесчестил девку от её отца. Про Варла он если и знал, то предпочитал молчать. Хуторяне попробовали было позвать Друга, чтобы разобрался, но когда узнали, что будущего владельца хутора прихватили без штанов с девкой, которую родители обещали другому, заткнулись.

Свадьба прошла гладко. Понимала сучка, что пока лучше притихнуть. В первую же ночь Варл принялся её убеждать, чтобы она поговорила с голосами в её голове. Не знаю, что у них там вышло. Думаю, ничего. Девка начала угрожать рассказать об этом Другу, мол, Варл пытается предать его. Сын на эти угрозы внимания не обращал. Но на четвёртую ночь взбесился и всыпал ей. – Сухорукий поднял свою культю на уровень глаз и посмотрел на неё так, будто с удовольствием отрезал бы её насовсем. – А на следующий день, когда Варл ушёл на охоту, я застукал девку за тем, что она разговаривает сама с собой. Рассказывает всё кому-то. Отвечает на вопросы. – Старик вздохнул, слёзы заструились из его глаз куда сильнее, чем обычно. – В общем, она разговаривала с Другом. Когда я это понял… Я испугался за сына, я тогда не знал, сколько она успела рассказать. Те, кто гневили Урмеру, в те времена наказывались очень жестоко. А зашёл я, когда она уже заканчивала разговор... И я убил девку, а потом…

- Сделал так, чтобы все решили, что она повесилась, - закончил за замолчавшего старика Хасл.

- Да. Так я и сделал. Но синяки было не скрыть, все решили, что мы просто её избивали, и она окончательно тронувшись повесилась… В общем, Урмеру пообещал нас наказать. На Хасла тогда смотреть было страшно, он всё-таки, наверное, любил эту… эту… Я рассказал ему правду. Чтобы он знал, как она его обманывала. Единственное, о чём я тогда не подумал, так это о том, что сын её действительно любил, и не разлюбил даже после всех измен и предательства.

На следующий Йоль всё было выставлено так, что мы замучили бедную девушку. Урмеру тогда сказал нам, что мы будет ждать своего следующего Йоля как худшего дня в своей жизни, но наказывать немедленно не стал – всё-таки нас с сыном продолжали уважать и бояться.

После этого мы не разговаривали с Варлом два года. Я хорошо помню тот день, когда сын пришёл ко мне после этих двух лет. «Я нашёл другой выход, - сказал он тогда. – Мы объединимся с чужаками, ты не пойдёшь к Другу». Мне тогда оставалось два Йоля среди людей. Он нашёл могильщика, встретил где-то у Шранкта во время охоты. И договорился с ним, чтобы тот привёл других, и тогда они смогли бы грабить Бергатт без каких-либо проблем. – Все услышали как фыркнул Велион, но не обратили внимания. – Могильщик не обманул. За день Йоля он привёл ещё четверых. Всемером мы хотели устроить на Друга засаду…

- Всемером? – переспросил Велион. – Кажется, я догадываюсь, кто был седьмым.

- Это был лучший друг моего сына, - сухо сказал Дед. – Но он не пришёл к назначенному времени. В конце концов, он пришёл, чуть позже. С Викле, другими хуторянами, Другом и безрукой старухой, которую Друг вёл на привязи. Нас с Варлом связали и заставили смотреть, как эта старуха убивает могильщиков. Убивает и жрёт их внутренности.

Потом Урмеру наложил заклинания-печати на наши тела. – Старик мимолётно прикоснулся к своему больному глазу. – В случае если кто-то из нас рассказал бы про увиденное, про могильщиков и внешний мир, мы бы умерли в жестоких муках. А старуха убила бы всех наших близких. Или вообще всех горожан. Мы испугались. Да и как было не испугаться?

Мы поклялись ему во всём, что он требовал. Поклялись молчать, поклялись никогда не причинять вреда хуторянам и Эзмелу в придачу, поклялись не вредить Другу. Варл в тот же день сказал мне, что никогда не заведёт себе семью и положит жизнь на то, чтобы убить Урмеру. Но мой сын нарушил свою первую клятву, а потом и последнюю, и, кажется, убивать Урмеру придётся делать его сыну.

- Зачем он сохранил ваши жизни? – спросил могильщик. – Он мог убить вас сразу после того, как узнал о возможном предательстве.

- Я ничего об этом не знаю, - покачал головой старик. – Нам бы никто тогда не поверил. Нас уважали люди, а в тот год Урмеру уже покарал одного из горожан, заставил его идти по Бергатту, я уже не помню за какой проступок, и некоторые были недовольны. И я хорошо помню, как мучился в ожидании своего последнего Йоля. Это было жестокое наказание – ждать мучительной смерти и знать, в какой день она к тебе придёт. Лишь Варл отговорил меня от самоубийства, он всё ещё верил в то, что сможет спасти меня. Иногда я жалею, что послушал его. Но если Друг умрёт…

- Чушь какая-то, - резко сказал Велион. – Ты отвлекаешься. Проще было вас убить. Нет человека – нет проблемы. А проблем вы и так доставили немало.

- Урмеру сумасшедший, - вставил Хасл. – Он рассказывал мне о проголодавшейся бедняжке, которая была вынуждена убить ради пропитания. Или разговаривал сам с собой, будто меня там и не было.

Могильщик с сомнением покачал головой, однако не стал спорить.

- А метка? Что стало с ней?

- Друг снял её, когда я попал к нему.

- Что было там, в Башне? Как ты лишился руки?

Сухорукий отрыл рот, чтобы ответить, но резко закашлялся, будто поперхнулся. Из его глаз с новой силой хлынули слёзы, а тело начала бить крупная дрожь. Он поднял культю, но та почти сразу бессильно повисла на повязке, левая рука судорожно ощупывала то место на бедре, откуда был выдран кусок мяса.

- Я не могу, - прошептал старик, - не могу… Не заставляй меня вспоминать, я умоляю… Когда мы дойдём до Башни… вы узнаете всё сами… Лучше бы я повесился в тот день…

- Я сам скажу, если тебе сложно, - сказал могильщик. – Твоя рука сейчас похоронена вместе с Сильгией?

Сухорукий буквально рыдал и всё же нашёл в себе силы ответить:

- Если, конечно, он не заменил её чьей-то другой.

- Думаю, нас ждёт в Башне то ещё зрелище, - процедил Велион. – Я убью этого грёбаного ублюдка медленно, чтобы было время с ним поговорить. – Он на миг замолчал. – Ещё вопрос: кто стал избранницей Варла после Миреки?

- Её овдовевшая бездетная сестра, Мирена.

- Мать умерла при родах моего младшего брата, - вставил зачем-то Хасл. – Вместе с ним.

- Она не слышала никаких голосов?

- Знает только Варл, - отозвался старик.

- Твой сын был умным застранцем. Не знаю, кто ему подсказал, но точно сомневаюсь, что всё вышло случайно. Магический дар передаётся из поколения в поколение, у кого-то он слабый, у кого-то сильнее, но если в роду был кто-то из магов, то вероятность, что появится ещё один обладатель Дара, достаточно велика. Дед нашего Хасла – слабый маг, очевидно, по части животных, тётка была достаточно сильным медиумом, то есть специализировалась на человеческой магии. – Велион потёр переносицу. – Хасл способен управлять растениями. В общем, Варл сделал вклад в будущее. И это хорошо, одолеть одного колдуна без помощи другого очень тяжело.