Наемница (СИ) - Сальваторе Лия - Страница 58

Лэа помнила свои споры по этому поводу. Если погибли все, то почему осталась жива Айси? Ей доказывали, что у Айси был особый магический потенциал, сравнимый с энергией едва ли не самих великих магесс. Что она действительно знала доподлинно – Айси была последним магическим драконом. И принадлежала она Кэнду.

Сейчас же она шла к загону Антарри – дракону Радуглы. Антарри была лавовым драконом и во многом напоминала ей Ирди.

Ведь Ирди и Антарри были единственными лавовыми драконами на весь остров. В остальных загонах томились пещерные, скалистые, равнинные, изредка морские – но лавовых было только два. И это тоже ей было известно доподлинно.

От загонов пахло сырым мшистым камнем, – видно ночью был дождь, – серой и дымом. Лэа обошла большую часть из них и направилась почти в самый конец. Проходя мимо закрытых вольеров, она могла бы по запаху, с закрытыми глазами, определить дракона в каждом.

В первом, чуть громоздком и приземленном, утопленном в землю чуть ли не наполовину, слышался едва уловимый плеск воды и шорох камней. Там рос морской. По глубине издаваемых звуков Лэа поняла, что дракончик был совсем еще маленьким, и не научился двигаться абсолютно бесшумно.

Следующий загон насквозь пропах серой и дымом. Из него доносился грозный рокот. Без сомнения, такие звуки издают только громкоголосые скалистые.

Лэа миновала еще несколько загонов со скалистыми, идя по узкой ровной тропинке, выложенной вдоль выстроившихся в ровную линию вольеров, затем свернула налево, переходя на новый ряд и пошла по каменистой старой дорожке, удаляющейся прочь от замка.

В этом ряду было подозрительно тихо. И не потому, что драконы спали. А потому что тринадцать из четырнадцати клетей были пусты.

Она приблизилась к последнему загону и толкнула деревянную тяжелую калитку.

Открыто.

Значит, Радугла уже здесь.

Антарри, как и все лавовые драконы, отличалась длинной вытянутой мордой, усеянной шипами, отклоненными назад и длинными острыми рогами. Сейчас она сладко спала, закрыв свои немигающие кошачьи глаза, и спрятав раздвоенный язык за рядом бритвенно острых зубов. Она обвила свое длинное тело и все четыре лапы длинным хвостом, чуть подрагивающим, как у нервничающей кошки.

Изящная изогнутая шея покоилась на передних лапах.

Блестящая чешуя горела на солнце огненно-оранжевым цветом, прозрачно-розовые перепончатые крылья были сложены и расслаблены.

– Радугла? – негромко окликнула Лэа масэтру.

Глаза тут же открылись и на Лэа уставились два неподвижных немигающих зрачка.

Лэа замерла. Нервировать дракона ей не хотелось. Особенно в отсутствие хозяйки.

Она отступила на шаг. Голова повернулась следом за ней. Очевидно, дракониха была сыта, поэтому вела себя спокойно.

Лэа закрыла глаза и сосредоточилась. Драконов она любила, но никогда не забывала, что по своей природе они способны быть не только домашними зверушками, на которых летают кадеты, но, в первую очередь, яростными хищниками и хладнокровными убийцами.

Она настроилась ки-ар и чуть шагнула вперед, проверяя внимательность Антарри. Голова опять последовала за ее движением.

Лэа поймала взгляд драконихи. Желтые белки, черная радужка, красно-желтая оболочка окружают вертикальный узкий зрачок.

А затем издала Зов. Низкочастотные звуки, издаваемые Лэа, складывались в слова древнего первородного языка, времен Эаллон, когда все народы говорили едино, не создавая различий между собой.

Антарри склонила голову в ответном поклоне и свернулась клубочком, давая понять, что не настроена на дружескую беседу, а хочет спать.

Лэа вздохнула. Что ж, придется искать Радуглу в другом месте.

Она обернулась и слегка вздрогнула.

Ну конечно. Следовало ожидать, что Радугла стоит, облокотившись на ворота, и внимательно изучает Лэа взглядом.

– Быстро вы подружились, – улыбнулась масэтра. – Антарри сразу тебя признала, хотя обычно не жалует чужаков…

– На какой-то момент я испугалась… – призналась Лэа. – Давно не имела дела с драконами, и подумала, что Зов не удастся с первого раза и моя репутация в лице Антарри будет подпорчена.

Радугла хмыкнула.

– Да уж… с драконами есть только одна попытка. Вторую они могут и не дать… – Радугла открыла калитку загона, предлагая Лэа выйти и прогуляться по двору замка.

– Ты ведь искала меня зачем-то, да? – спросила масэтра, когда они поднялись на каменную крепостную стену замка.

Здесь было на удивление тихо и тепло, волосы трепал свежий морской бриз. Весь замок был виден как на ладони, особенно ярким пятном выделялись лужайки переднего двора, на котором тренировались кадеты.

– Искала, – второй раз призналась Лэа.

Они шли неторопливо, медленно, наслаждаясь прогулкой и редкими минутами уединения.

– Я хотела поговорить с тобой.

Радугла улыбнулась подбадривающей улыбкой.

– Ты когда-то давно говорила, что среди твоих друзей есть пираты…

– Есть, – масэтра рассмеялась. – Дерзкие ребята с «Сирены» во главе с самым наглым, нахальным, упрямым и благородным капитаном, которого только можно представить!

– Расскажешь?

Радугла усмехнулась.

– Капитан Рэнди кир Каллэх или, как он себя называет, Рэд Гроза Морей, славный, в общем-то, малый, для тех, кому довелось познакомиться с ним поближе… а мне довелось, – Радугла улыбнулась каким-то своим внутренним мыслям, она просто сияла, вспоминая о капитане.

– Рэнди с его лихими бандитами попытался ограбить корабль, идущий из Соллоса в Логу Анджа. На том корабле была я с парой десятков кадетов. В тот год мы решили, что негоже сидеть ребятам взаперти на каменном острове годами, и было бы неплохо отвозить их пару раз в год на несколько дней на празднества городские и деревенские… Правда, потом от этой затеи пришлось отказаться, в силу того, что она сильно подрывала дисциплину, но в тот год…

Радугла остановилась и облокотилась на каменные зубцы крепостной стены.

– В тот год мы возвращались довольные и веселые, а так как большинству из моих учеников стукнуло уже шестнадцать, то целых бочонков с ромом и медовухой уже не оставалось… мы опустошили все… – тут Радугла слегка покраснела. – Ни о какой дисциплине не могло быть и речи, поэтому я тоже поддалась общему веселью.

Лэа было интересно, что масэтра подразумевает под «общим весельем», но спросить она не решилась.

– Я во главе своих хмельных ребят не ожидала никакой напасти, поэтому преспокойно попивала себе медовуху в каюте, изучая приобретенную на фестивале книгу с первородными рунами, когда вдруг раздался грохот пушечных залпов, – Радугла нахмурилась. – Началась паника. Пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить порядок и приготовиться к обороне. Мы сразу поняли, что столкнулись с пиратским кораблем. Легкий бриг плавно покачивался на волнах, на ветру развевался черный флаг со скрещенными костями, вода захлестывала через борт, корабль качало неимоверно…

Лэа невольно улыбнулась, представив себе злую, разъяренную и мокрую масэтру, готовящуюся к защите своих учеников.

Радугла неожиданно весело рассмеялась.

– Мы положили их всех. Пираты тоже были навеселе, даже слегка качались, видимо, ожидали легкой победы, а не жестокой драки. Мы были готовы защищать свои жизни до последней капли крови, и тогда дело спас Рэд Гроза Морей, – при упоминании его имени лицо масэтры опять озарилось счастливой улыбкой. – Он сошел со своего корабля, плавно покачиваясь в такт выпитому и качке, преклонил предо мной колени и снял со своего пальца и надел на мой кольцо…

– Он сказал, что впервые встретил таких достойных противников и извиняется за своих неотёсанных ребят, захотевших легкой добычи…

При этих ее словах Лэа хмыкнула.

– Да, я тоже тогда так подумала, и зло крикнула Рэду в лицо, что ни одна команда не будет идти против воли капитана, и он может подавиться своими дарами.

– И?..

– И тогда он снял со своего пояса меч, остался абсолютно беззащитным передо мной и моими учениками, всеми как один вооруженными до зубов. Команду отправил обратно на «Сирену», а меня попросил о великой чести для него: сопроводить в Логу Анджа.