Фея и лорд кошмаров (СИ) - Змеевская Анна - Страница 30

Выругавшись вполголоса, чтобы ненароком не разбудить спящую за стеной Мэйр, Себастьян рывком поднялся с постели. Пол под ногами не издал ни звука, в отличие от петель, скрипнувших, стоило толкнуть дверь комнаты.

«Надо бы смазать», — отстраненно отметил он.

Пробежка по лесу и охота на зайцев неплохо прочистила бы мозги. (Ну, насколько это вообще возможно, учитывая его затяжную ссору с собственным разумом.) Жаль, что на дворе ночь, а Мэйр вряд ли оценит его побег.

Огонь, исчезнувший было, вернулся, стоило только шагнуть к лестнице. Себастьян почти почувствовал жар, когда коснулся перил, и поспешно отдернул руку.

— Да твою ж мать.

Удар по гладкой деревяшке отрезвил ненадолго. Пламя перед глазами рассеялось, но чувство такое, будто он только что неплохо поколдовал. Как тогда, во время драки с наемными убийцами.

Себастьян уселся прямо на ступеньки, уперся локтями в колени и запустил руки в волосы.

— Прекращай уже, — проговорил он сам себе. — Не зря же Мэйр тратит столько времени…

Внезапная мысль кольнула в мозг словно иглой.

Мэйр!

Он подскочил на месте, едва не навернувшись с лестницы. Если ему самому плохо, то каково ей сейчас? Скорее по наитию, чем по доброй воле, Себастьян быстрым шагом направился к комнате Мэйр, надеясь, что не успел навредить ей. Толкнул дверь и шагнул внутрь, и только там смог выдохнуть более-менее покойно, увидев, что хозяйка дома всё ещё жива. И спит, пусть неспокойно, вздрагивая так, что заметно даже в неверном свете луны, льющегося сквозь неплотно зашторенное окно.

Себастьян подошел к постели, опустился на колени и коснулся руки, выглядывающей из-под одеяла. Будто мог таким образом успокоить Мэйр, хотя на деле наверняка делал только хуже.

— Бездна, не подкрадывайся ко мне спящей, — проворчала та хриплым со сна голосом. — Я же спросонок и об стену долбануть могу…

Она нехотя села на постели и совершенно по-детски потерла глаза кулаками, прежде чем спросить:

— Тебе опять плохо?

Себастьян посмотрел на него снизу вверх и покачал головой.

— Нет. Нет, просто… кошмар. Наяву. Я подумал — вдруг сделал тебе что-то, и решил проверить. Извини…

Он попытался подняться, но изящная рука легла на его плечо, мягко удерживая на месте.

— Нетушки, несчастье мое, эдак я опять полночи пробегаю, — Мэйр медленно, будто с неохотой разжала пальцы, а затем плюхнулась обратно и, сдвинувшись ближе к окну, откинула уголок одеяла. — А мне ле-ень… Ради твоего же блага я надеюсь, что ты не храпишь.

«Она надеется… что?»

Пришлось всё же уточнить для полной ясности:

— Ты хочешь, чтобы я?..

— …заткнулся и лег со мной. Я тоже не в восторге, но в прошлый раз вроде помогло.

«Да шевелись же ты, идиот! — ожил монстр, до того старательно притворявшийся мертвым. — Пока она не передумала!»

— О. Ладно, — Себастьян сбросил неуместное оцепенение и юркнул под одеяло. Улегся на самый краешек и даже честно закрыл глаза, намереваясь уснуть. И не выдержал, повернулся к Мэйр: — Что было в прошлый раз?

— Ах, так ты не помнишь нашу первую ночь? Ну каков наглец! — целительница отвернулась к окну, но Себастьян откуда-то знал, что она усмехается. — Ничего особенного. Ты меня дергал с постели каждый час, а я в итоге не выдержала и отрубилась чуть не на тебе. А проснулась сама, да и то только потому, что на работу надо было зайти.

Так и не найдясь с ответом, Себастьян подвинулся к Мэйр чуть ближе — тепло её тела так и притягивало, как и струящийся от неё легкий ручеек магии.

— Да уж, я определенно не самый лучший партнер в постели, — хмыкнул он. — Спать не даю, а удовольствия ноль.

— Твоя правда, — безжалостно согласилась Мэйр и, кажется, зевнула. — Можешь прямо сейчас начинать исправляться.

Монстр не иначе как упал в обморок от таких слов — Себастьян ожидал ехидных комментариев, но в голове вдруг стало ясно как никогда. Почти… в здравом уме он бы ни за что не стал так своевольничать, касаясь выглядывающего из-под одеяла плеча и сдвигая ткань мягкой рубашки. Прежде чем Мэйр успела опомниться (и осыпать его проклятиями, вполне за дело), Себастьян придвинулся ещё ближе и дотронулся губами до обнаженной кожи. Отстранился почти сразу — мыслей в чужой голове он не слышал, а без дозволения… Кто знает этих эльфов, может, у них не только уши волшебные?

— Можно? — тихо поинтересовался он.

— Дай-ка подумать… — начала Мэйр сиплым полушепотом, а затем резко повернулась и зло сверкнула своими нелюдскими глазами. Откуда-то пришла догадка: наверняка эти глаза отлично видят в темноте. — Боги, Себастьян! Я… я же про «спать», а не… не про вот это вот! — сердито выдохнув, она дернула одеяло на себя и укрылась чуть не с головой. — Хватит уже, ну… Я понимаю, что ты десять лет девиц не видал, но прошу, не делай того, о чём непременно пожалеешь.

«Неубедительно врешь», — подумал Себастьян, неохотно отстраняясь.

Нет, он помнил свое обещание, правила приличия; и что в постель его взяли, чтобы спать. Но… он мог поклясться, что Мэйр очень, до мурашек и дрожи нравится, когда к ней прикасаются, обнимают и целуют. Однако по каким-то причинам принять то, что может быть кому-то симпатична — ему симпатична, — она никак не может.

А Себастьян, между прочим, ничего такого и не хотел. Всего лишь приласкать немного, почувствовать жар его тела… и, может быть, поцеловать…

— Не знаю, о чём я должен пожалеть, — проговорил он, всё же наклоняясь и целуя Мэйр в уголок губ, прежде чем отодвинуться и повернуться к ней спиной. — Извини.

На какое-то время в комнате повисла тишина. Не уютная и приятная, как это обычно бывало между ними; очень даже наоборот.

— Это называется «эмоциональный шантаж», хитрожопый ты засранец, — тихо проворчала Мэйр. А затем придвинулась ближе и медленно, будто неохотно обняла Себастьяна, чуть не вплотную притиснувшись грудью к его спине. — Как что не по-твоему, так всю душу вытрясешь…

Рука на груди, горячая, изящная, но сильная, согревала лучше всякого огня. Себастьян чуть сполз вниз по подушке, чтобы лучше слышать успокаивающее сопение над ухом и чувствовать на шее теплое дыхание. Подумав, накрыл чужие длинные пальцы, сильно сжав. Мэйр, судя по всколыхнувшей воздух прохладной волне недовольства, не понравилось; Себастьян чуть ослабил хватку и погладил запястье.

— Извини, — снова прошептал он, закрывая глаза.

— Спи давай, несчастье мое.

Сон пришел на удивление быстро. Пламени больше не было.

Глава 24

Просыпаться в чужой постели, с чужой же рукой поперек живота… странно. Настолько, что Себастьян не придумал ничего лучше, кроме как выместись из этой самой постели побыстрее. И потише, чтобы не разбудить мирно сопящую Мэйр, закутавшуюся в одеяло как в кокон, стоило только выбраться из её объятий.

В самом деле, они же не влюбленная парочка, чтобы просыпаться вместе в лучах рассвета. Хотя какой там рассвет — лес за окном объят густым туманом. Не дождь, и то ладно; можно высунуть на улицу нос и проветрить сонные мозги.

Выйдя на улицу, Себастьян вздохнул — в такую погоду не поохотишься, да и к новому луку стоит привыкнуть, прежде чем соваться в лес. Зачарованный, на минуточку, населенный поехавшими деревьями, столь же поехавшими лошадьми и демон знает чем ещё. Мэйр о своих владениях фантазировала в красках (не иначе как в целях устрашения своего безалаберного пациента), и эти картинки в её голове мигом отбивали охоту рисковать.

«То ли дело дверь в защищенной камере», — напомнил он сам себе и усмехнулся. Еще и месяца не прошло, а будто уже пара лет. К хорошему быстро привыкаешь; интересно только, как долго это продлится.

Себастьян покосился на груду поленьев под навесом: надо бы наколоть, да побольше, чтобы теплолюбивая Мэйр в один прекрасный день не замерзла. Как вообще можно замерзнуть в погоду, подобную нынешней, он откровенно не понимал — в Сером Доле случались такие морозы, что всю скотину заводили в дома. Да и лесная хижина не отличалась крепостью, отчего к холоду и сквознякам пришлось быстро привыкнуть. И научиться латать протекающую крышу, заново сбивать подгнивающие доски, чтобы совсем не окоченеть в зиму.