Рубежи свободы - Савин Владислав - Страница 75

— Как и вам. Могу напомнить вам про "дело Куницына", проходившее в Международном Уголовном суде в пятидесятом.

— Отвечу вам словами из вашей же англосаксонской юридической практики. Важно не то, что было — а то, что доказано. Касаемо Мухаммада Идриса, известна личность преступника, налицо и многочисленные свидетельства, улики преступления. Ну а мифический "куницын" так и остался воображаемой персоной. Особенно когда выяснилось, что иные из китайских "свидетелей" были за десять долларов завербованы, и свои показания под диктовку писали. А сколько не нанятых, а реальных свидетелей мы могли бы найти, хотя бы по этому делу?

Фотография — африканский пейзаж. Равнина усеяна трупами животных и людей, чернокожих и безоружных. Кения или Таньганьика — усмирение авеколистского мятежа. Когда территории, до которой не могут быстро добраться наземные войска, эскадрилья "ланкастеров" обрабатывает ипритом или фосфорорганикой — дешево и эффективно. И очень устрашает дикарей — "смерть, льющаяся с небес как дождь".

— Тогда, мистер Сталин, я просил бы о замене итальянского правосудия на Международный Уголовный Суд. Где рассмотрение дела будет более беспристрастным.

Хоть какая-то польза — создать прецедент. Под который после легко можно будет подвести любых бунтовщиков против "бремени белого человека". Чтобы дикари не бегали по джунглям с винтовками, а как прежде, работали на плантациях и рудниках. Формально принадлежащих уже им, но с учетом кредитов, процентов, тайных договоров и особых отношений с африканскими царьками — как смеются русские по этому поводу, "корова ваша, а молоко и мясо наши". Что делать, если эти царьки столь бездарны, что даже своих бунтовщиков не могут усмирить?

— Римские товарищи не возражают, представители МУС будут допущены к участию в процессе — сказал Сталин — пункт третий, так называемая Армия Освобождения Ливии должна быть распущена и разоружена. Так как создана не для защиты египетской территории, а исключительно для нападения на нашего союзника, чего мы не потерпим.

В этом вопросе с чистой совестью выражаю свое согласие. Можно ведь расформировать и разоружить, ну а после извлечь из-за колючки, снова выдать им оружие и послать в Судан и Кению, пусть там авеколистов усмиряют. Полезно все ж иметь свой Иностранный Легион, расходное пушмясо, которого абсолютно не жалко. А то свои британские парни не поймут, если им придется сейчас массово идти умирать за бремя белого человека — не та стала Империя, ох, не та! Те герои безвестными могилами остались в далеких землях, куда принесли прогресс — а на их место встали обыватели. Читал я на досуге русский опус про "этногенез", где какой-то Гумилев пытается развивать идеи нашего Тойнби.

— Четвертое. До войны Италия владела не только Ливией, но и Итальянским Сомали и Эритреей. Эта территория так и не возвращена законному хозяину — я вам напомню, что предложение ООН в сорок девятом о переводе ее из разряда колоний в так называемые "подопечные территории ООН" было отклонено. Тогда что там английский губернатор и гарнизоны делают? Мы настаиваем на соблюдении вами международного права — тем более что там, как стало известно, еще проживают итальянцы, потомки колонистов, эмигрировавшие в тридцатые годы, сейчас испытывая угнетение со стороны ваших колониальных властей.

Вспомнили о своих, чертовы макаронники. Хотя прежде нос воротили. Уж очень не вписывались в вашу политику итальянские партизаны в Эритрее. "Фронт сопротивления" и "Сыны Италии" — чернорубашечники, фашисты, сторонники Муссолини, а командовал ими генерал Муратори. Однако же, показавшие неожиданное упорство — последних бунтовщиков в конце сорок четвертого давили (отряд полковника Трамонти). Пришлось все итальянское население за проволоку, по образцу бурской войны — или закрывать глаза на зверства авеколистов, которые даже христианские миссии со всеми, кто там укрывался, вырезали. Вспомнили теперь в Риме о своих блудных сынах, решили разобраться. Что ж — Британии с этой территории никакой прибыли, одни расходы и головная боль. Которая теперь итальяшкам перейдет — с неграми воевать и своих фашиков усмирять!

— И пятое. Будет справедливо, если Италия получит право на одну третью часть британской доли в собственности Суэцкого канала.

Нет, только не это! Вы слишком много просите, мистер Сталин — какое отношение к каналу, построенному на наши и французские деньги, трудом наших и французских инженеров, имеют итальянцы? Их там и близко не стояло!

— Зато в числе этих денег есть русские — усмехнулся Сталин — разве вы не знали, что Лессепс сумел тогда продать значительную часть акций своей компании в славном городе Одессе? После смошенничал, сукин сын, и наши купцы ничего не получили — но и не забыли, есть документы в наших архивах. Если мы свою долю потребуем, с накопившимися процентами? Кстати, после вас у меня будет мой министр Молотов, докладывать о встрече с послом США и получать мои инструкции и к завтрашней беседе.

Значит, я был прав в своих предположениях! Чертовы янки и тут сунули нос — хотел бы я знать, что они пообещали русским за поддержку? В дележе нашего Египта — или, что вероятнее, канал зона США, а Советам что-то еще? Ну а нас делят, как какой-нибудь Сиам? Но если янки нас предали — то другого выхода у нас нет. Или сейчас отдать шестую часть, или завтра потерять все.

Что ж — когда у Британии не хватало силы, в ход шла дипломатия! Стравить противников между собой, раздув их противоречия. А пока, соглашаясь в принципе на уступки, тянуть время их практической реализации, цепляясь за каждую мелочь. Так как с течением времени всякое может произойти! С показной готовностью пойти навстречу хоть даже в девяноста процентах спорных моментов — затянув десять оставшихся, но ключевых.

— Мистер Сталин, я позабочусь, чтобы итальянцы были немедленно освобождены, как и их судно. Обещаю, что виновные в их задержании и неподобающем обращении будут привлечены к ответу. Мухаммад Идрис, если факт его нахождения на нашей территории подтвердится, будет арестован и выдан Международному Уголовному суду при ООН.

Лейтенант Паркинс, 81я истребительная эскадрилья ВМС США, авианосец "Корал Си".

Приказ был, сопроводить русских над морем. Никаких провокаций, только проводить. Взлетели звеном, встретили в предписанной точке. Подходили курсом вдогон — при перехвате на встречных, трудно было бы быстро развернуться и вступить в сопровождение.

Мы подходили на крейсерской скорости. Соответствующей максимуму для "кометы", ведь нам сказали, что русские самолеты, что прилетали забрать итальяшек, одного класса с англичанином. Когда нам осталось где-то с милю, русские резко увеличили скорость. Мы тоже — но все равно не могли их догнать! Да, скорость русских транспортных самолетов оказалась больше, чем у наших "пантер", не намного, но достаточно, чтобы оторваться. У истребителя ведь запас топлива сильно меньше, чем у транспортника, мы не могли гнаться за ними слишком долго.

Нет, мне не удалось рассмотреть их хорошо. Ракурс был неудобен, сначала где-то на пять часов, а затем и точно с хвоста. Может, на фотографиях вышло лучше, не знаю.

Считаю, что если у русских таких бомбардировщиков много, то нам тут будет очень неуютно, сэр! По крайней мере, пока не получим вместо своих старушек новые "кугуары".

Джузеппе Сартори, бывший механик парохода "Святая Лючия". Записано в 1970.

Я был маленьким человеком. Не каждому ведь дано быть героем!

Нас держали в ужасных условиях — как при нацистах. Морили голодом, даже воду давали по кружке в день. И постоянно избивали. Били не англичане — египетские полицейские, ведь формально Египет это независимая страна, и тюрьма считалась египетской. Но когда нас выводили на допрос, то там всегда были не египтяне, а англичане — которые, в ответ на наши жалобы, лишь сокрушались притворно, "а что вы хотите, дикие арабы, сочувствуют своим братьям-ливийцам". Затем вежливо, но настойчиво требовали подписать какие-то бумаги. Где говорилось, что мы не имеем никаких претензий к английским властям, и что ливийцы, захватившие "Лючию", никого не убили, а русские, напротив, поубивали не только несчастных повстанцев, но и тех из пассажиров и экипажа, кого сейчас нет среди живых — и трупы выбросили за борт. И нам обещали — подпишите это, и вы будете свободны. Объясняя, что освободили бы нас с радостью, но синьора Лючия сгоряча наговорила такого в адрес Британии и всех англичан, что возникла ненужная напряженность между нашими странами. И что мы будем едва ли не "голубями мира", если солжем во спасение. Иначе же будем гнить в этой тюрьме до скончания века.