Рубежи свободы - Савин Владислав - Страница 32

— Теперь дело за малым: нужен повод к войне — сказал сэр Джон — в цивилизованном мире как-то не принято нападать на соседнюю страну просто потому, что вам хочется забрать ее богатство. Нужен благопристойный повод, о котором заговорила бы вся Европа. Чтобы весь мир увидел справедливость ваших побуждений и святость вашего дела. Кстати, отчего вашим противником должна быть непременно итальянская армия — во Вьетнаме коммунистические инсургенты недавно вырезали в Сайгоне целый квартал гражданских французов.

Свобода своей страны — разве не выше жизней чужаков?

Лондон, 12 июня 1953.

Англия — страна аристократическая. И старомодная.

Конторы без вывесок выглядят одинаково в "тоталитарных" СССР и ГДР, в "демократических" США и Франции — огромное здание (или даже целый комплекс размером с квартал) нарочито официального вида. Со всеми внешними атрибутами правительственного учреждения — флаг, герб, охрана у входа. В Англии же Контора, это не слишком большой особняк на одной из центральных (но не самых оживленных) улиц, ничем не выделяющийся из ряда себе подобных. Наличествует лишь вышколенный швейцар у входа, впускающий внутрь лишь лиц ему известных, или имеющих приглашения. Замкнутый аристократический клуб только для своих — кого в Англии этим удивишь? И даже соседи, простые обыватели, живущие на той же самой улице, ежедневно проходящие мимо, не знали, что смежные дома с тем особнячком тоже принадлежат Конторе. И что при малейшей опасности, например, при нападении ирландских террористов, эти дома моментально превращаются в подобие укрепрайона, с хорошо подготовленным гарнизоном и продуманными секторами обстрела.

Джентльмены, собравшиеся в этот вечер за круглым столом, не носили мундиров. Еще одна добрая британская традиция — обилие "горизонтальных" аристократических связей. Когда вопрос мог быть решен между "своими" без всякой бюрократии, и междусобойчик неких высокопоставленных особ по своим возможностям не уступал официальной спецслужбе. И джентльмены были бы искренне оскорблены, если бы кто-то посмел обвинить их в использовании служебного положения в личных целях. Мы не какие-то заговорщики а официальные лица — вот чин из Министерства Иностранных дел сидит, рядом с представителем Флота, присутствует и не последние фигуры из разведки, а также из деловых кругов. И все мы патриоты Британской Империи, и собрались здесь, чтобы обсудить важную государственную проблему — это будет гораздо быстрее, чем бюрократическим путем. Можно назвать это сборище "виртуальной" Конторой, самоорганизующейся с появлением Проблемы. Мы ведь все и сами отлично знаем, что нужно Империи, ок?

— Итак, джентльмены, следует признать что мистер Уэллс был не таким уж и фантазером. Если рациональных объяснений феномена нет, то придется присмотреться и к иррациональным.

— Профессор Толкиен показал себя вполне приличным аналитиком, в военные годы.

— Однако наши заокеанские кузены, приняв эту версию за основную еще тогда, так и не сумели добыть ни одной прямой улики.

— А как вы представляете себе подобную улику? Показания человека из будущего? Так и в сумасшедшем доме можно найти множество тех, кто искренне верит, что он был кем-то в иной жизни. Или попал сюда прямо из Шотландии восемнадцатого века — случай в поезде, описан в газетах.

— В любом случае, вопрос требует прояснения. Если за мировой игровой доской появился еще один Игрок.

— Надеюсь, у нас не будет неприятностей? А то "искать в темной комнате черную пантеру, тыча палкой во все стороны", как сказал один мой американский друг, это очень плохое решение.

— "В Европе уже не осталось мерзавцев, которых Британия не жаждала бы взять на службу". Оборотная сторона — что оных мерзавцев не жалко. И никто не отвечает за их деяния.

— Место и время?

— Я думаю, что для начала надо определиться с фигурой. Янки уперлись в Лазарева, хотя ищут и другие персонажи. Мы тоже ищем — и кажется, нашли. Что вы скажете о Смоленцеве?

— Обычный головорез. На него есть что-то конкретное?

— Во-первых, как удалось установить, он слишком часто пересекался с Лазаревым и "моржихой".

— Мог быть привлечен в начале. А дальше — логично оставить секретную миссию за проверенным лицом, чем привлекать нового.

— А как тогда он среди ловцов фюрера оказался? Папа и Гиммлер, ладно, там море рядом, в первом случае "моржиха" точно была задействована, во втором вероятно. Ну а Гитлер тогда тут при чем?

— Допустим. Но вы сказали во-первых?

— А во-вторых, есть сведения, что общавшиеся со Смоленцевым вблизи замечали его "инаковость". Как будто он "не отсюда". Но списывали что "товарищ из загранразведки".

— Ну, может быть. Если он и в самом деле, шпион-боевик?

— Есть и в-третьих. "Смоленцевская система" ближнего боя. Подробного описания у нас нет, но можно судить, что это не рукопашный, а именно армейский ближний бой, где в едином комплексе собраны как удары и броски, так и применение ножа, саперной лопатки, штыка, приклада, и даже пистолета, в стрельбе "от бедра". Причем эта система в уже вполне рабочем состоянии вводилась в боевую подготовку Советской Армии еще до окончания войны. Это при том что Смоленцев еще и на фронте успел первую Звезду Героя заработать, не удалось установить за что конкретно, но явно не за сидение в тылу. Когда, черт возьми, он мог успеть с ноля придумать систему? Если никаких следов "древнего русского боя", хранителем традиций которого он якобы является, нам обнаружить никак не удалось! И отчего тогда это искусство не было замечено в прошлую Великую войну, в русскую революцию и их Гражданскую — если ему много веков? Мои эксперты единодушны — нельзя было в таких условиях создать эффективную систему, уровня японского джиу-джитсу. Но вполне возможно — ввести в обиход то, что было отработано в другой армии и в другое время.

— Хорошо. Предположим, что задушевная беседа с этим человеком могла бы многое прояснить. Но думаю, что если вы пришлете ему приглашение, он откажется?

— Есть одна задумка. Была одна история в Италии, в сорок четвертом. Конец дона Кало, некоронованного короля Сицилии.

— Однако так и не удалось достоверно установить, принял ли Смоленцев в том непосредственное участие? То есть находился ли он сам на чужой территории, или не покидал Рима.

— Точно установить не удалось. Но вполне вероятно, что он был там лично. Жизнь, она иногда бывает не хуже чем романтическое кино.

— Именно, что "вероятно".

— Если не сам Смоленцев, то кто-то из близко знавших, видевших его. Или даже… В Китае в пятидесятом, в том деле с авиабазой, отметился некий "Куницын", патологически ненавидевший американцев, и тоже, по показаниям свидетелей, "иной". Так что в сеть вполне может попасться если не та рыба, то равноценная.

— Хорошо. Тогда место и время? Или у вас уже есть план?

— Есть ли у меня план… Джентльмены, план не только есть, но и уже запущен. Осталось лишь спустить курок. Не беспокойтесь, я вовсе не ставлю вас перед фактом! А всего лишь предлагаю воспользоваться случаем, и то, что вот-вот должно совершиться, дополнить в нужном нам направлении. И в случае удачи, мы получим возможность задать некоему лицу, пойманному на нашей территории, несколько откровенных вопросов. Сыграв безупречную роль доброго полисмена, опоры правопорядка. Ну а что упомянутое лицо будет подвергнуто допросу с применением "эликсира правды", это частности. Возможно, что после и отпустим, с извинениями.

— Джентльмены, я предлагаю не ходить вокруг да около. Изложите пожалуйста ваш замечательный план, опуская детали, о которых нам знать не обязательно. Ну а после проголосуем, за, против?

Одесса. 19 июня 1953.

На Дерибасовской хорошая погода. А на всем Черноморском побережье, курортный сезон.