Смерть и девушка из соседнего дома (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 31

— Чтобы слегка подправить течение времени, — зачарованно пробормотала Бруклин.

— Да. Я дождался, когда он передаст сообщение, а потом забрал его.

— Что было в сообщении?

— Не могу сказать, — улыбнулся Джаред.

— Гадство! — разочарованно вздохнула подруга, зато мои мысли резко свернули в другом направлении.

Я притормозила и остановила машину на обочине. Повезло, что на дороге никого, кроме нас, не было.

— Мистер Дэвис тебя видел? — спросила я, повернувшись к Джареду.

Он медленно выдохнул и признался:

— Видел. На долю секунды я материализовался, чтобы забрать его брата, и он успел меня заметить.

— Класс, — едко бросил Кэмерон.

— Значит, нам лучше не попадаться на глаза Медведю.

Когда мы добрались до дома, было уже начало десятого. Глюк и Бруклин позвонили родителям узнать, можно ли им остаться у меня, чтобы поработать над научным проектом. Поскольку оба были под домашним арестом, меня до глубины души поразило, что они получили разрешение. Что ж, урок усвоен. Упомяни слово «наука» — и тебе все сойдет с рук.

Мы вошли через заднюю дверь. Магазин уже был закрыт. Слава богу за вечера лото!

Пока Глюк готовил свои фирменные горячие бутерброды с сыром, Кэмерон ушел наверх принять душ.

— Воды хочешь? — спросила я у Джареда, собрав для него в магазине набор туалетных принадлежностей.

Все вещи я внесла в список, который оставила у кассового аппарата, чтобы стоимость вычли из моей зарплаты.

— Не знаю, — ответил Джаред. — Наверное.

Я улыбнулась и протянула ему стакан воды. Выглядел он получше. Гематомы уже не были такими распухшими. Кровотечение над глазом остановилось. Может быть, способность быстро исцеляться обуславливалась неземной уникальностью Джареда.

— Ты не знаешь, хочешь пить или нет?

— Честно говоря, не знаю.

Осторожно глотнув, он на полсекунды замер, потом опустошил стакан и попросил еще.

Пять стаканов воды и три бутерброда спустя я обеспокоенно глазела на Джареда.

— Когда ты в последний раз ел?

— Никогда, — ответил он как ни в чем не бывало.

Я в ужасе застыла.

— Ты же сказал, что в тебе что-то изменилось, после того как ты меня вернул.

— Да.

— Это было два дня назад. Ты ничего не ел и не пил два дня?

Он пожал плечами:

— Я не знал, что хочу пить.

— Джаред, это очень опасно! — отчитала я его.

Он посмотрел на меня взглядом, в котором легко угадывалась благодарность за мое беспокойство.

На меня накатила застенчивость, и я отошла в сторонку. Ослепительные красавцы мной не интересуются. Рано или поздно Джаред это поймет. Я отнесла его стакан и тарелку в раковину.

— У нас в магазине есть сувениры для туристов. Я постараюсь подыскать тебе что-нибудь из одежды, но сначала узнаю, что там с душем.

Вконец смутившись от собственного поведения, я оставила Джареда с Глюком и пошла наверх узнать, как дела у Кэмерона и Бруклин. От усталости ныли мышцы и болели покрытые синяками ребра. Но адреналин вовсю тек по венам, потому что я нашла Джареда и он прямо сейчас сидит у меня дома. Мало того, он ангел. Самый настоящий небожитель. Кто бы мог подумать?

Зайдя в свою комнату, я увидела сидящего на моей кровати Кэмерона. Он был без футболки и очевидно страдал от рук Бруклин, которая намазывала антибиотиковой мазью уже заштопанный огромный порез у него на спине.

— Выглядишь фигово, — заявила подруга.

— Все так говорят.

Она поджала губы, как всегда, когда хотела что-то сказать, но не знала, какие подобрать слова. А потом собралась с духом, глубоко вздохнула и спросила:

— Почему ты так сильно ненавидишь Джареда?

Кэмерон окаменел, но продолжал молчать.

Немного подождав, Бруклин опять заговорила:

— Потому, что он пришел за Лорелеей? За той, кого ты должен защищать?

Все еще не глядя на Бруклин, Кэмерон тихо проговорил:

— Ему нельзя доверять.

— Тебе-то откуда знать?

Теперь он посмотрел на нее, но пришлось оглянуться за плечо.

— У нас давняя история.

Брук разгладила бинт на порезе.

— Расскажешь?

— Нет.

— Так и думала. Бутер хочешь? — Очень осторожно, чтобы не задеть рану, она помогла Ласку надеть футболку, которую он принес из пикапа. — Глюк делает потрясные бутерброды с сыром.

— Наверное, — ответил Кэмерон, когда его голова показалась из воротника футболки.

— Ладненько. Тогда я пойду сделаю заказ, а ты и думать не смей, что я на тебя не злюсь.

— Даже и не мечтаю.

Когда Брук выходила из комнаты, я ей подмигнула и сложила руки на груди. Явно с трудом из-за боли Кэмерон поднялся на ноги и повернулся ко мне.

— Не очень-то я ей нравлюсь, да?

— Кому? Бруклин? — переспросила я, пытаясь найти верные слова, чтобы описать лучшую подругу. — Она очень прямолинейна. Если бы ты ей не нравился, то наверняка бы уже знал об этом.

— Что ж, — пожал плечами Ласк, — это уже что-то.

— Я помешал?

Я оглянулась и увидела на пороге комнаты Джареда. Но Кэмерон успел ответить раньше:

— Разве не в этом состоит твоя работа? Беспардонно мешать людям, влезать в их жизни, сеять хаос и отчаяние?

— Кэмерон, — процедил я таким же тоном, какой часто слышала от бабушки и дедушки.

— Я иду вниз.

Он прошел мимо меня и Джареда, слегка задев его плечом.

Однако Джаред не обратил на Ласка ни малейшего внимания, потому что пристально следил за мной. Даже с синяками Джаред был сногсшибательным. Трещина в уголке рта нисколько не умаляла красоты чувственных губ, оттененных темной щетиной. Угольно-черные глаза в обрамлении густых и невозможно длинных ресниц горели даже в тусклом свете, который освещал мою комнату. Джаред был самым притягательным человеком из всех, кого я видела за всю жизнь. Но почему-то он словно не осознавал своей привлекательности, и потому нравился мне еще больше. Настолько, что ужасно хотелось узнать, каково это — ощутить прикосновение его губ к моим.

Мысленно встряхнувшись, я направилась в ванную. Пусть на пороге моей спальни стоит само воплощение красоты, мне не давали на него никаких прав. Ей-богу, я не узнавала саму себя.

— Я включу тебе душ, — сбивчиво пробормотала я. — Глюк держит здесь на всякий случай свой шампунь. Моим ты, наверное, пользоваться не захочешь, если, конечно, не горишь желанием источать ароматы лаванды и абрикоса.

Отодвинув душевую занавеску, я включила воду, попробовала температуру и повернулась посмотреть на Джареда. Оказалось, он пошел за мной и теперь стоял на пороге ванной. Видимо, у него какая-то особая любовь к порогам и дверным проемам. Может быть, потому, что он вписывался туда целиком, занимая все пространство.

Взгляд темных глаз опустился на несколько секунд к моим губам, а потом снова поднялся выше.

— Твои глаза темнее, когда тобой овладевают эмоции. — Джаред шагнул ближе. — Сейчас они тоже темнее. Как дым от лесного пожара, устремившийся к небесам.

— Серьезно? — спросила я, чувствуя, как в груди горят легкие. — Не знала.

На красивом лице был написан такой явный интерес, что от одного лишь взгляда на него у меня закололо во всем теле. Внутренности превратились в желе, подкосились колени. Я поверить не могла, что на свете существует такая могучая, неумолимая и соблазнительная красота.

Джаред протянул мне руку:

— Кажется, это твое.

Я опустила взгляд и увидела на большой ладони свою цепочку с кулоном. Восторженно пискнув, я взяла ее в руки.

— Где ты ее нашел?

От намека на улыбку смягчились красивые черты.

— Она была у меня в руке, когда я спрыгнул с машины Кэмерона.

— Боже мой! Большущее спасибо!

Не веря, что цепочка все это время была у Джареда, я застегнула ее у себя на шее.

Коснувшись моей кожи, Джаред приподнял пальцами кулон. Его кожа показалась мне намного теплее собственной. Если бы я могла, я бы целую вечность смотрела только на него. На сильные челюсти. На чувственные губы. На темные, как океан в ночи, глаза…