Смерть и девушка из соседнего дома (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 28

— Ты так говоришь, будто натворил что-то плохое.

— Ты не понимаешь. — Красивые губы разочарованно сложились в тонкую линию. — И не смогла бы понять, наверное. Место, куда ты должна была отправиться, прекрасное. Настолько, что ты и представить себе не можешь. А я все это у тебя отнял. Всем рискнул. — Джаред заглянул мне в глаза. — Рискнул самой твоей душой.

Согласиться я никак не могла, но вынуждена была спросить:

— Ну и зачем тогда ты так поступил?

— Если бы ты умерла, я бы никогда тебя больше не увидел. Ты бы отправилась на небеса — туда, где я давным-давно не был.

Сердце в груди замерло. Я поверить не могла тому, что услышала. Сверхъестественное создание изменило историю только для того, чтобы иметь возможность видеть меня. Меня, блин!

Минуточку… Джаред бывал в раю?

Враждебность, которую едва сдерживал Кэмерон, вырвалась на свободу. Он снова взялся за ружье.

— По-моему, достаточно причин, чтобы отправить тебя обратно.

Заранее готовая к такой реакции Бруклин полезла в карман пальто и, с большим трудом все-таки вытащив наружу пистолет, наставила его на Ласка.

— Мы как раз ждали, что ты выкинешь что-нибудь идиотское.

Кэмерон удивленно повернулся к ней. Впрочем, удивление быстро испарилось.

Я знала, что Брук возьмет пистолет. Моя лучшая подруга — крепкий орешек. Никто не стал бы с этим спорить.

Она смерила Кэмерона мрачным взглядом:

— Сначала ты хотел его убить, потому что он пришел за Лорелеей. Теперь ты хочешь его убить, потому что он ее не забрал. У тебя в голове совсем заклинило?

Когда Ласк шагнул к Брук, мы с Глюком тут же встали по обе стороны от нее и попытались испепелить Кэмерона взглядом. Пусть я выглядела скорее смешно, а не угрожающе, но изо всех сил сжала кулаки. С капелькой удачи мы втроем, наверное, могли бы справиться с Кэмероном. Да и какой у нас был выбор? Мы должны были его остановить. Или покалечиться в процессе.

Приподняв брови, Ласк зыркнул на Глюка и насмешливо ухмыльнулся:

— Я впечатлен, учитывая то, что ты обо мне знаешь.

Так и знала! Между ними действительно что-то произошло. После похода во втором классе изменились оба — и Глюк, и Кэмерон. Во мне тут же вспыхнуло любопытство, но ему придется подождать. Как сказала бы моя бабушка, нам предстояло поджарить рыбку пожирнее.

Глюк приподнял одно плечо:

— Это было сто лет назад.

— Ага. Слышал, ты плохо спишь по ночам.

— Не хуже, чем ты.

— А мокрые простынки? Очень трагично.

Знать не знала, что Ласк может быть таким жестоким, однако Глюк и бровью не повел, а продолжал стоять лицом к лицу с тем, кто даже в неудачные дни мог наградить его серьезными увечьями.

— Слушай, — Глюк расправил плечи, — мы деремся, или как? Я не могу торчать тут всю ночь.

Я им так гордилась! Беспокоилась за него, конечно, но очень гордилась.

Кэмерон поднял руки, мол, «сдаюсь-сдаюсь!»:

— Мне бы не хотелось огорчать трех мушкетеров. Или все-таки трех слепых мышек?

У Бруклин отвисла челюсть:

— Так ты там был?!

В ответ он пожал плечами, прикидываясь, будто ему все равно.

— Какой же ты козел!

В глазах Кэмерона что-то мелькнуло, и он шагнул еще ближе к Брук. Та подняла пистолет выше, хотя рука заметно дрожала. Но мы с Глюком были рядом. Глюк со своей бравадой, а я — с кулаками. Если Ласк ударит Бруклин, ему придется бить нас всех.

— Меня обзывали и похуже, — наконец сказал он и посмотрел на Брук со смесью интереса и сочувствия.

В первый раз за все время мне представился шанс хорошенько его рассмотреть. Кэмерон был практически отражением Джареда — такой же избитый, с синяками и гематомами. Я покачала головой. Нет, мне никогда в жизни не понять мальчишек.

— Что ж, — нетерпеливо начал Глюк, — с тобой, Джаред, мне все ясно. Не совсем, конечно, но ясно в той мере, в какой дано понять человеку. Но тебя я не понимаю вообще. — Эти слова явно адресовались Ласку. — Почему ты такой сильный? И как тебе удается так драться? В этом не больше человеческого, чем в Джареде, Азраэле или как там его зовут.

Кэмерон переключил внимание на Глюка, но не ответил. Отойдя от нас, он опять припарковался на столе, все так же держа в руке ружье. Три пары наших легких опять заработали. Надолго ли?

Вместо Кэмерона ответил Джаред:

— Он дитя Джофиэля.

— Он — что? — уточнил Глюк.

— Джофиэль — посланник. Кэмерон — нефилим. Лишь отчасти человек, цель которого на земле — защищать пророка.

— Какого еще пророка? — опять спросил Глюк.

Однако тут вмешался Кэмерон, чей гнев, казалось, мог испепелить Джареда даже на расстоянии:

— Ты ничего обо мне не знаешь!

— Напротив. Когда мы узнали, что на земле вот-вот родится потомок Арабет женского пола, — продолжал Джаред, напрочь игнорируя ярость в голосе Кэмерона, — мы… пренебрегли законами нашего отца и отправили к благочестивой Ханне Ноэль посланника.

Кэмерон вскочил на ноги и с опаляющей ненавистью уставился на Джареда. Тут-то до меня и дошло, чье имя было названо. Ханна Ноэль Ласк была матерью Кэмерона.

— Но ее час пробил раньше, чем она успела объяснить Кэмерону из рода Джофиэля его обязанности. А его земной отец отринул учения истинно верующих.

— Как ты смеешь произносить вслух ее имя! — гневно процедил Кэмерон.

Бруклин снова подняла пистолет, и Ласк бросил на нее полный презрения взгляд.

— Так кто такой пророк? — снова спросил Глюк, но лично я была слишком занята тем, что пыталась мысленно установить связи между кусочками информации.

И вдруг меня так мощно осенило, что я резко втянула воздух.

— Посланники? То есть ангелы? Ребята, вы… ангелы?

Джаред свел брови.

— Сын Джофиэля — нефилим. Но я — посланник, да. Я серафим.

Как я умудрилась пропустить такое в видении? Ангел? Самый настоящий, блин, ангел? Здесь, в Райли-Свитч? В Нью-Мексико?! Меня будто под дых ударили.

Со злобной ухмылочкой Кэмерон отвернулся, отказываясь слушать продолжение разговора. Однако я заметила, что возражать он не стал. Неужели знал, кто он такой? Да еще и с самого рождения?

В голове толпилось столько вопросов, что выбрать какой-то один я не могла и в итоге решила задать тот, который в текущий момент беспокоил меня больше других.

— Ты сказал, что не должен здесь быть… и не хочешь, — посмотрев на Джареда, начала я и почувствовала укол острой боли в груди. — У тебя неприятности? Из-за меня?

Несколько секунд он обдумывал мой вопрос, а потом стиснул зубы и нехотя ответил:

— Я солгал.

— Солгал? — Теперь я совсем запуталась. — То есть ты не нарушал закон?

Уголки губ Джареда едва заметно приподнялись.

— Нет. Закон я абсолютно точно нарушил.

Мне стало интересно, что он обо мне думает. Обо всех людях вообще. Ни с того ни с сего я почувствовала себя маленькой и незначительной, словно моя крошечная жизнь в крошечном городишке ровным счетом ничего не значит на фоне существования целого мира. Честно говоря, ощущения отстойные.

— Погодите-ка! — На меня с потрясенным выражением лица уставилась Бруклин. — Лорелея и есть пророк.

— Наконец-то, — проговорил Глюк. — Стоп… Чего?!

Брук моргнула и повернулась к Джареду:

— Ну так как? Она и есть тот пророк, которого должен защищать Кэмерон?

Джаред склонил набок голову:

— Да.

— Да ну вас! — отмахнулась я, отвергая саму идею услышанного. — Такого… такого попросту не может быть.

Пока я выражала все свои сомнения активными мотаниями головой, у Глюка челюсть отвисла до самого пола, а Бруклин громко рассмеялась:

— Супер! — Ее энтузиазм показался мне тревожным. — Боже мой, это же просто шикарно!

Я прямо-таки видела, куда уносит ее мысли, но подруга ошибалась. Они все ошибались.

— А можно мне запросить тайм-аут? — поинтересовалась я, уже сложив руки в характерном жесте. — Серьезно, идея ничего, но вы, ребята, ошиблись барышней. — Я попятилась, и под подошвами захрустели валявшиеся тут годами мусор и грязь. — Никакой я не пророк и никогда им не буду. Я даже не знаю, что делают пророки. Мне очень жаль, но вы капитально просчитались.