Последняя миссис Пэрриш - Константин Лив - Страница 8

Вскоре они уже ехали по подъездной дорожке перед кантри-клубом «Тайдуотер». Эмбер взглядом впитывала все вокруг – плавные изгибы дороги с аккуратно стриженными газонами по обе стороны. Ни единого сорняка. Теннисные корты, игроки в ослепительно-белой форме, бассейны вдалеке и впечатляющее здание впереди. Все оказалось еще более роскошно, чем она себе представляла. Они проехали по кругу к главному входу, где их встретил молодой человек в форменной одежде клуба – брюках защитного темного цвета и зеленой рубашке поло. На голове у парня был надет белый козырек с зеленой вышивкой логотипа «Тайдуотер».

– Добрый день, миссис Пэрриш, – сказал парень, открывая дверь для Дафны.

– Привет, Дэнни, – ответила Дафна и отдала ему ключи. – Мы только на ланч.

Он обошел машину и был готов открыть дверь для Эмбер, но она уже вышла.

– Что ж, приятного аппетита, – сказал Дэнни и сел за руль.

– Очень милый молодой человек, – сказала Дафна, когда они с Эмбер поднимались к зданию клуба по белым ступеням. – Его мать когда-то работала у Джексона, но последние несколько лет она сильно болеет. Дэнни заботится о ней и вдобавок работает, чтобы было чем платить за колледж.

«Интересно, – мелькнула мысль у Эмбер, – что он думает обо всех тех деньгах, которыми швыряются в этом заведении, при том, что ему приходится выхаживать больную мать и работать, чтобы сводить концы с концами». Но она прикусила язык.

Дафна предложила устроиться на открытой веранде, поэтому метрдотель вывел их туда, и Эмбер с радостью вдохнула бодрящий морской воздух, который она так любила. Их усадили за столик с видом на море. Вдоль трех длинных пристаней стояло множество лодок разных видов и размеров. Все они качались и подпрыгивали на волнах.

– О, какая красота! – вырвалось у Эмбер.

– Да. Прекрасная атмосфера, чтобы повспоминать что-то хорошее о Шарлин и Джулии.

– Моей сестренке понравилось бы тут, – сказала Эмбер и не соврала. Ни одна из ее вполне здоровых сестер ни за что бы даже не вообразила такой красоты. Оторвав взгляд от моря, Эмбер посмотрела на Дафну. – Вы, наверное, часто бываете тут с семьей?

– Верно. Джексон, ясное дело, сразу же отправляется на поле для гольфа, когда у него выпадает такая возможность. Таллула и Белла берут разные уроки – их учат ходить под парусом, плавать, играть в теннис. Они у меня маленькие спортсменки.

Эмбер гадала, каково это – расти в таком мире, где с раннего детства тебя вот так обхаживают и к твоим услугам все самое прекрасное в жизни. Где с самого детства ты заводишь знакомства с правильными, нужными людьми и обучаешься в самых престижных школах, и ставни этого мира плотно закрыты от посторонних глаз. Ею вдруг овладело нестерпимое чувство печали и зависти.

Официант принес два высоких стакана с холодным чаем и принял заказ на ланч – маленькую порцию салата для Дафны и стейк из тунца для Эмбер.

– А теперь, – проговорила Дафна, когда официант ушел, – расскажите мне что-нибудь хорошее о вашей сестренке.

– Гм-м-м… Ну что же… Вспоминаю, что, когда ей было всего несколько месяцев, мы с мамой повезли ее на прогулку. Мне, значит, было лет шесть. День был погожий, солнечный, и мама позволила мне везти коляску. Конечно, на всякий случай она шла рядом со мной. – Эмбер ощутила заряд вдохновения и принялась сочинять дальше. – Помню, я чувствовала себя такой взрослой и счастливой из-за того, что у меня есть такая маленькая сестренка. Она была такая хорошенькая. Голубые глазки, кудряшки цвета спелой пшеницы. Просто картинка! Наверное, именно с этого дня я стала считать ее как бы своим ребенком.

– Как чудесно, Эмбер!

– А вы? Что вы помните?

– У нас с Джулией было всего два года разницы, поэтому совсем маленькой я ее не очень-то хорошо помню. Но потом… потом она стала такой храброй. Всегда улыбалась. Никогда не жаловалась. Она всегда говорила, что если уж кому-то суждено страдать от кистозного фиброза, то пусть это лучше будет она, потому что ей не хотелось, чтобы так же мучился какой-то другой ребенок. – Дафна умолкла и перевела взгляд на море. – В ней не было ни капли недоброты. Я не встречала в жизни человека лучше ее.

Эмбер поерзала на стуле. Ей стало неловко – почему, она сама не могла понять.

Дафна продолжала:

– Самое тяжелое для меня – думать о том, через что ей доводилось проходить. Каждый день. Сколько она принимала разных лекарств. – Она покачала головой. – Обычно мы с ней обе рано просыпались, и я с ней разговаривала, пока на нее надевали надувной жилет.

– Ну да, эту вибрирующую штуковину.

Эмбер помнила об этом устройстве, она читала, что с его помощью у больных кистозным фиброзом удаляют слизь из легких.

– Это стало системой – жилет, небулайзер, ингалятор. Больше двух часов в день она проводила в борьбе с проявлениями болезни. Она вправду верила, что сможет поступить в университет, выйти замуж, родить детей. Она говорила, что с таким рвением лечится и упражняется, потому что от этого зависит ее будущее, – сказала Дафна, и по ее щеке стекла одинокая слеза. – Я бы все на свете отдала, чтобы вернуть ее.

– Понимаю, – прошептала Эмбер. – Может быть, нас с вами каким-то образом свели вместе души наших покойных сестер. Они словно бы здесь, рядом с нами.

Дафна сморгнула набежавшие слезы:

– Мне нравится так думать.

Воспоминания Дафны и рассказы Эмбер звучали на протяжении ланча, а когда официант забирал тарелки, Эмбер вдруг осенило, и она обратилась к нему:

– Мы сегодня отмечаем два дня рождения. Не могли бы вы принести нам кусок шоколадного торта?

Улыбка, которой Дафна одарила Эмбер, была наполнена теплотой и благодарностью.

Официант принес торт с двумя зажженными свечками и, широко улыбнувшись, пожелал:

– Самого прекрасного вам дня рождения!

В ресторане они провели чуть больше часа, но у Эмбер не было нужды торопиться обратно, поскольку Марк должен был возвратиться в офис не раньше трех часов, а Дженну она предупредила о том, что немного задержится.

– Ну что ж, – сказала Дафна, когда они допили кофе. – Пожалуй, будет лучше, если я отвезу вас в офис. Вам ни к чему неприятности с боссом из-за меня.

Эмбер поискала глазами официанта.

– А нам разве не стоит дождаться чека?

– О, не переживайте, – небрежно махнула рукой Дафна. – Они просто занесут это на мой счет.

«Ну, ясное дело, – подумала Эмбер. – Похоже, чем больше у тебя денег, тем меньше нужды вступать в непосредственный контакт с теми, кто делает грязную работу».

Когда они подъехали к офису, Дафна остановила машину на стоянке и посмотрела на Эмбер:

– Мне было так хорошо сегодня. Я уже забыла, как это здорово – разговаривать с тем, кто все понимает.

– Мне тоже было хорошо, Дафна. Этот день мне очень помог.

– Я тут подумала… Может быть, вы будете свободны в пятницу вечером и сможете с нами поужинать? Что скажете?

– О, я бы с радостью.

Эмбер была в восторге от того, как быстро Дафна подпускала ее к себе.

– Отлично, – кивнула Дафна. – Увидимся в пятницу. Примерно в шесть?

– Идеально. До встречи. И спасибо.

Провожая глазами машину Дафны, Эмбер испытывала такое чувство, будто крупно выиграла в лотерею.

Глава восьмая

На следующий день после ланча с Дафной Эмбер стояла позади Банни в спортзале на занятиях зумбой[9]. Эмбер едва удерживалась от смеха, глядя, как Банни спотыкается, пытаясь копировать движения инструктора. «Какая она неуклюжая», – подумала Эмбер. После занятий она нарочно переодевалась медленно. Ей хорошо были слышны разговоры Банни с другими женщинами за рядом шкафчиков в раздевалке. Неверная жена делилась с подружками своими планами.

– И когда ты с ним встречаешься? – спросила одна из них.

– Во время «счастливого часа» в «Синем фазане». Но не забудьте: если мужья будут спрашивать, то я где-то с вами, девочки.

– В «Синем фазане»? Но туда все ходят кому не лень. А вдруг тебя кто-то увидит?