Принцами надо делиться - Хайд Бэкка - Страница 26

Я постаралась не выдать разочарования.

— Все равно ты самый лучший эльф из всех, каких я встречала.

— Ты же эльфов раньше не встречала! — опешила Гвен.

— Одно другого не отменяет.

И только когда опасность миновала, к нам на изрядно обгоревшую полянку начал стягиваться народ. Конечно же все были обеспокоены, поражены и вообще в полном шоке. Я напрасно искала глазами в толпе золотоволосую макушку принца и ярко-красную — его оруженосца. Ни тот ни другой этот этап отбора своим присутствием не почтили.

— Сил моих больше нет, — простонала я и утерла вспотевший лоб рукавом рубашки, но тут Гвендолин все-таки вспомнила, что она леди, и потеряла сознание.

Ирвин, оруженосец его высочества

Во дворе у крыла пажей проходили занятия по фехтованию. Когда-то Ирвин учился тут вместе с такими же мальчишками, однако ему некогда было предаваться ностальгии. Да и, по большому счету, годы службы в королевском дворце в качестве пажа он не считал самыми приятными в своей жизни. Учиться нравится не всем, особенно если тебе приходится быть на побегушках у всех, кто возомнил себя выше.

Заметив Ирвина, практически все пажи прервали поединки и уставились на него, как на чудо света. Многие оруженосцы время от времени проводили у них занятия, заменяя основных наставников, и только красноволосый слуга принца с откровенной ленью отмазывался от этой чести. Знал, что надо, что ждут, и от этого только сильнее ленился.

— Марко!

Мальчишка-зверолюд настороженно выпрямился, словно не знал, бежать на зов или удирать, сверкая пятками. Даже ойкнуть не успел, когда Ирвин небрежным взмахом руки вырвал из его рук шпагу.

— Растяпа, — оценил он успехи мальчишки и, схватив за плечо, потащил за собой.

Усатый учитель фехтования флегматично посмотрел им вслед и громким окриком велел подопечным возобновить занятия.

Отойдя подальше от любопытных глаз, Ирвин остановился у портика и прижал свою жертву спиной к колонне.

— Малыш, ты ничего не хочешь мне сказать?

Марко не ответил. Зеленая радужка его глаз увеличилась, придавая парнишке еще больше сходства с животным. Зверолюды вызывали у Ирвина странную смесь легкой брезгливости и любопытства. Первое проистекало, скорее, из того, что оруженосец не так часто сталкивался с представителями этого народа, чем из каких-то предубеждений. В любом случае миндальничать Ирвин не планировал.

— Я тебе подскажу, — вкрадчиво заговорил он, наклоняясь ближе. — Вчера. Бал. Леди Полина.

— Э? Простите, простите, пожалуйста. Я тогда плохо соображал и не поблагодарил вас за то, что спасли меня. Извините, мне очень стыдно…

— Не нужны мне твои благодарности. Давай попробуем еще раз, — и для нужного эффекта Ирвин произнес в обратном порядке: — Леди Полина. Бал. Вчера.

Паж резко побледнел и сильнее вжался в колонну.

— Что, Марко? Память возвращается?

— Нет, я ничего не скажу… то есть… не знаю!

— Я все видел.

Несколько секунд паж молчал.

— Ну и что, — сказал он после непростого раздумья.

— Какие мы дерзкие. А ну говори, во что тебя втянула иномирянка!

— Ни во что.

— Не ври, щенок! Ты наложил на них иллюзию, чтобы с принцем танцевала более умелая партнерша. Я знаю, тебе это по силам, и догадываюсь, что Полина вертит вами, как хочет.

У Марко даже губы перестали дрожать.

— Неправда! — горячо возразил он. — Леди Полина очень хорошая!

— Ага, еще скажи, что влюбился в нее.

На щеках мальчика вспыхнул румянец.

— Ну точно. Сейчас на дуэль меня вызовешь, — растолковал его замешательство Ирвин.

— Леди Полина ни в чем не виновата. Герцогиня сама все придумала, я только помог.

От неожиданности оруженосец отпрянул.

— Ты опять мне врешь, — отчеканил он и погрозил пальцем. Обычно этот жест пугал детей до потери пульса.

Однако паж ничуть не смутился.

— Ничего я не вру.

И бросился бежать. Ирвин отскочил от колонны и, как подстреленная птица, грохнулся на каменный пол. Подтянув ноги, он заметил, что их опутала искрящаяся, как бриллиантовая крошка, волшебная цепочка.

— Паршивец, — беззлобно выдохнул он.

Из краткого допроса стало понятно одно: иномирянка куда хитрей, чем казалось раньше. Надо внимательнее приглядывать за принцем, чтобы его не втянули в неприятности.

Полина Покровская, иномирянка

У меня чуть пар из ушей не пошел, когда постучавшийся в мою комнату лакей сообщил, что все участницы отбора должны вот-прям-щас спуститься в Янтарную галерею. Что за новости! Я устала, как раб с плантации, да и на змеиные рожи соперниц насмотрелась до тошноты. Поесть даже не дали, изверги. Только-только переоделась и причесалась.

Ворча про себя, последовала за провожатым и пристроилась с краю собирающегося ряда. Моя вынужденная соседка Виветта посмотрела на меня с деланым равнодушием, но ничего не сказала. Только губы поджала, уменьшив и без того маленький рот. Ну и правильно, пусть молчит и не бесит меня своим лицемерием. С виду такая крошечка-лапулечка, а за спиной гадости про всех говорит. Я помню, как они меня на балу обсуждали.

Пока девушки переглядывались и жаловались друг другу на то, что не успели надеть драгоценности, высушить волосы и сменить туфли на «более подходящие для момента», я отстраненно разглядывала коричневые узоры на гладких медовых панелях галереи. Интересно, это настоящий янтарь? Да, конечно, настоящий, это же королевский дворец, о чем я думаю! Ой, а там и янтарные розетки с цветочным орнаментом, никогда такого раньше не видела!

Да поскорее бы уже пришла Жизель, а то эта компания одним своим присутствием отравляет все любование прекрасным. Где эта несносная женщина?

Однако вместо болтливой ведущей нас осчастливил сам принц Дарнелл. Несмотря на то что его улыбка была формальной и адресованной всем сразу и никому в отдельности, у меня почему-то потеплело на сердце. С каждым днем он из абстрактного призового принца превращался для меня во все более приятного и симпатичного человека. А что? Если уж биться за парня, пусть и для подруги, то только за хорошего. Я бы удавилась, окажись он козлом.

В отличие от своего появления во время испытания с душецветами, на сей раз принц Дарнелл принарядился. Разумеется, не так вычурно, как для бала. Без понятия, специально или нет, но его терракотовый камзол с темно-золотистыми вставками как нельзя более подходил к помещению, словно он был горничной-хамелеончиком.

— Добрый день, миледи. Я рад, что все вы пришли. — Принц оглянулся на свою свиту, состоящую из нескольких лакеев с коробками и коробочками, словно сам не верил в то, что сказал. — Возможно, вчера на балу вы меня не узнали, но скажу вам с уверенностью, что я танцевал с каждой из вас. Позвольте мне отблагодарить вас за доставленное удовольствие. А поскольку говорить речи не мой конек, я решил выразить свою благодарность по-другому. Леди Лувения…

К нему тут же подскочил лакей и передал длинную плоскую коробку.

— …надеюсь, этот дар достоин вашей красоты, — открыв крышку, принц Дарнелл подошел ближе к Лувении.

Я стояла с краю и еле-еле разглядела засиявшее брильянтовое ожерелье. Судя по завистливым вздохам, подарочек получился зачетным. Значит, драгоценности — они во всех мирах драгоценности.

— Благодарю, мой принц, — сдержанно сказала одариваемая и слегка присела в реверансе.

Следующая девушка, Йолонда, получила бежевый веер с черными паутинообразными узорами. Аксессуар был принят благосклонно, так как на нем красовался брендовый знак известной мастерской.

Эрма чуть не захлебнулась от восторга, стоило ей увидеть предназначенный для нее зонт от солнца.

Данике и Дорите достались серьги и браслет. Сестры перекинулись многозначительными взглядами, то ли завидуя друг другу, то ли с безмолвным и мирным предложением потом обменяться.