Хозяин - Лисина Александра - Страница 82

Он вышел на поляну, коротко поклонился светлому владыке, гному и королю Мирдаису. Темных проигнорировал, своего владыку словно не заметил. Приветственно махнул Гончим и прошествовал в центр поляны, где и встал рядом с возмущенно сопящим Элиаром.

— Я ничего не пропустил?

— Ты где был?! — яростно зашипел светлый.

— Меня поздно уведомили, что переговоры состоятся уже сегодня.

— Что?! — не стесняясь, рыкнул Элиар. — Всем еще с вечера сказали, а ты всю ночь где-то шлялся и даже сообщить никому не удосужился!

— Кажется, мы не в духе? — Таррэн насмешливо изогнул тонкую бровь. — В чем дело, Элиар? Неужели соскучился?

Элиар побагровел и отчетливо скрипнул зубами.

— С-сволочь… — процедил светлый, и присутствующие эльфы тихо ахнули. — Я тебя живьем закопаю, а потом скажу, что так и было!

Светлый владыка издал какой-то странный звук, темные словно окаменели, а король Мирдаис внезапно закашлялся. И это заставило спорщиков опомниться: Элиар свирепо зыркнул на сородичей и отвернулся от Таррэна. А Таррэн неожиданно посерьезнел.

— Извини. Меня действительно не предупредили.

— Где же ты был, что тебя не нашли за целые сутки?!

— Каграс! — нахмурился король Мирдаис, и из-за деревьев немедленно высунулась гладко выбритая физиономия доверенного слуги. — Разве я не велел тебе передать приглашения нашим гостям?

Молодой парень в белой ливрее бочком выдвинулся на поляну, после чего пугливо покосился на хранителей трона и еще более недовольных хранителей знаний. Низко поклонился царственным гостям, но, завидев Таррэна, побелел как полотно и окончательно перетрусил.

— Г-господин! Я не виноват! — взмолился Катрас, на полусогнутых скользнув к рассерженному правителю, низко склонился и что-то быстро зашептал на самое ухо. Да так тихо, что даже перворожденные не сумели разобрать ни слова.

Таррэн неловко кашлянул, когда изумленно замерший Мирдаис уставился на него во все глаза. Но бедный парень был не виноват, что запоздал со своим приглашением. Просто Белка, когда хотела, умела быть очень убедительной, так что рано утром, заметив возле двери подозрительного субъекта, весьма доступно объяснила незнакомому мальчику, как, чем и сколько времени будет его пытать, если кто-нибудь надумает разбудить нового хозяина этих комнат раньше времени. А потом испарилась из дворца как привидение. Но напоследок все равно умудрилась поцеловать своего эльфа так, что даже не разбудила, проследила, чтобы в соседней комнате накрыли стол, и только после этого ушла, оставив после себя едва уловимый аромат эльфийского меда, сладкую память о прошедшей ночи и удивительное ощущение покоя.

Надо сказать, обнаружив под дверьми перепуганного насмерть и жестоко поцарапанного парнишку, который вынужденно бдил, не позволяя посторонним нарушить покой постояльца, темный эльф изрядно удивился. С некоторым трудом выяснил, в чем дело, после чего выудил из дрожащих пальцев измятую бумажку, коротко выругался и только тогда поспешил на встречу.

— Кхе, — коротко выразил свое отношение к происходящему король, и Таррэн покаянно вздохнул. — Ладно. Верю, что причина твоей задержки была очень…

— Весомой. Но я все равно приношу присутствующим свои глубочайшие извинения и готов ответить на вопросы. — Таррэн еще раз окинул глазами эльфов, на лицах которых отразилось одинаковое изумление, постарался не встречаться взглядом с владыкой Л’аэртэ, который явно не чаял больше увидеть блудного отпрыска. Наконец добрался до гномов и вот тут-то неожиданно поперхнулся, поскольку никак не ожидал найти среди них хоть одну знакомую физиономию.

При виде рыжебородого «посла» его глаза против воли начали округляться, брови сами собой поползли вверх, а наружу едва не вырвался ехидный смешок. Однако преемник подгорного владыки грозно сверкнул глазами, сжал громадные кулаки еще сильнее и так выразительно зыркнул, что эльф предпочел смолчать и сделать вид, что обознался.

— Итак, — деликатно напомнил о себе король Мирдаис. — Таррэн, ты не мог бы еще раз рассказать нашим гостям, с чем вам довелось столкнуться в Серых пределах? Владыка Эллираэн хотел услышать подтверждение из твоих уст.

— Не уверен, что присутствующие захотят во второй раз выслушивать то же самое, — вполголоса отозвался эльф. — Или первый рассказчик показался вам не слишком убедительным?

— Нет, вы только посмотрите! — шепотом возмутился Весельчак. — Я тут битый час расписывал его геройства, страдал, мучился, а вместо благодарности — вот вам! В следующий раз сам будешь отдуваться!

Таррэн вопросительно приподнял брови, а его величество Мирдаис укоризненно вздохнул.

— Что, недостаточно развлекся у светлых? — вполголоса осведомился у рыжего Шранк. — Или решил сравнять счет?

— А почему нет? — сердито прошептал Весельчак. — Чай, не всех негодяев в Светлом лесу перебили. Может, и на мою душу один достанется?

— Слюни подбери, — тихонько буркнул Ирбис. — И без тебя найдутся желающие поквитаться. За Уриса, Сторма, за Белика, наконец… даже Элиару есть о чем с ними потолковать, так что не лезь.

— Что значит не всех?! — ошарашенно переспросил светлый владыка во внезапно наступившей тишине. Кажется, слух у него оказался намного более чутким, чем они рассчитывали. — Элиар?! О чем говорят эти люди?! Разве вы не закончили?!

Элиар недовольно зыркнул за спину и погрозил задире кулаком: некстати он вылез со своими рассуждениями. А затем исподлобья взглянул на окружение повелителя.

— Прошу прощения, повелитель, но боюсь, этот человек прав. И среди наших собратьев еще остались те, кто… не совсем верен трону.

— Проще говоря, сволочи и гады, вруны и заговорщики, у которых только и заслуг, что уши, но и тех… гм, скоро не будет, — звонко согласился с ним еще один голос, и из-за дальних деревьев бесплотной тенью выскользнула Белка.

Таррэн поймал ее взгляд, полный лукавых искорок, и не сумел удержаться от улыбки: вернулась. Обнять бы ее, прижать к груди, да народ, скорее всего, не поймет.

Гончая снова была в личине ехидного сорванца. Как всегда, в штанах, в легкой куртке из кожи неведомого зверя, в руках — завернутые в ткань ножны с бесценными клинками, а на поясе — множество ножей знаменитой гномьей работы. Быстро оглядевшись, она мгновенно приметила расстановку сил и небрежно протянула королю крохотный ключик на тонкой цепочке. Зловеще улыбнулась Катрасу и только потом повернулась к друзьям и соратникам. Ковырнула носком сапога свежую травку и словно между делом обронила:

— Интересно, кому из вас пришла в голову мысль бросить меня на заставе? Кто тот несчастный, которого я собираюсь приголубить по всем правилам банальной уличной потасовки?

У Ирбиса и Весельчака вытянулись лица, Молота едва не перекосило. Сова мудро отошел подальше, а Гончие тревожно переглянулись. Ох-хо, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, насколько ей не понравилось обнаружить, что они всем скопом удрали. Оставили слабую и беспомощную девушку на руках у сурового дядьки, забрали ключи и отправились развлекаться в Светлый лес без нее!

— И кто же этот умник? — ласково улыбнулась Белка, отчего бывалые ветераны поежились и вдруг дружно ткнули пальцами в сторону эльфов:

— Он!

Белка обернулась и, нехорошо сузив глаза, уставилась на смертника.

— Это не я! — поспешил откреститься Элиар, оставив Таррэна стоять в одиночестве под суровым взглядом голубых глаз. — Это была его идея!

— А я предупреждал, что ты будешь сердиться, — немедленно наябедничал Весельчак. — Я говорил, что надо подождать, но он не хотел слушать! Так что все шишки — исключительно ему. Можешь его даже прибить, нам не жалко.

— Предатели, — вполголоса буркнул темный эльф и поспешил напомнить: — Я уже извинился.

— Гм, — ненадолго задумалась Белка. — Действительно, что-то такое припоминаю… но, боюсь, этого мало. Элиар, как считаешь, его надо наказать?

— Разумеется. — Светлый мстительно улыбнулся. — Привязать к дереву, не кормить, не поить и целую неделю мучить без роздыха, чтобы не зарывался.