Перезагрузка (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 64

- Сделаем. Ну что девчата, за работу?

Я вызвал инженерно-ремонтное судно, куда перешла Баррис, получив всю необходимую ремонтную инфраструктуру, и пусть ей приходиться управлять дроидами прямым подключением сети, меток имевшего специальность техника у неё не было, но это не мешало той использовать комплексы и дроиды в полной мере. А мы на транспортном судне спустились над оккупированными территориями и занялись сбором техникой, благо нам уже ничего не мешало, наступила ночь. Мы смогли собрать шестнадцать «КВ-1», восемь «КВ-2», почти все из болот, сорок шесть «тридцатьчетвёрок», двадцать два «Т-28» и девять «БТ-7М». Последние дизельные. Кроме них, собрали шесть бензовозов, восемь топливозаправщиков, и четыре для перевозки дизельного топлива, три тягача и два бронированных танковых эвакуатора с поля боя. Я отбирал что пригодится танкистам Катукова. Ну и зенитная артиллерия, как же без неё. Собрал пять грузовиков с «ДШК» в кузовах, патроны к ним были, десять счетверённых «Максимов» и четыре «тридцатисемимиллиметровых» зенитки. Те что буксируемые, на сцепках. К ним «ЗИСы». Также было десять грузовиков с боеприпасами к зениткам и танкам. Всё это первым же рейсом было доставлено к Баррис, и та приступила к работе, а мы снова спустились на оккупированные территории, и банально ограбили у немцев сборный пункт трофейной техники. В принципе, мы также поступили и в первом случае. Хотя много что и просто брошенного нашли. Когда закончили с этим пунктом, то освободили пленных из двух ближайших лагерей и под видом русских диверсантов отправили тех к сборному пункту, вооружаться. Состояние у тех было откровенно плохим, многие истощены, обморожены, но форма, шинели и припасы там имелись. Там много было вооружения и техники, с боеприпасами и топливом что можно использовать, и те знали, что это можно и нужно применить. Я сообщил выявленным командирам об этом, тем более в одном из лагерей как раз командиры и содержались. Дальше уже те сами пусть идут к нашим уничтожая всё что принадлежало немцам, благо теперь и танков у тех было с десяток, артиллерия имелась, тридцать артсистем, пусть и в основном противотанковая, но было и три «трёхдюймовки», чем буксировать имелось, я там оставил шесть лёгких тягачей «Комсомолец» с полными баками, приведённых в порядок.

Так два следующие дня, а точнее ночи мы и работали, немало техники отправив к Баррис на борт ремонтного судна. Освободили без малого одиннадцать лагерей военнопленных, из них три командирских, вооружая за счёт немцев и давая шансы добраться до своих. Как я уже был в курсе, две таких моторизованных группы немцы уже полностью уничтожили и рассеяли остатки теми частями, что двигались к фронту эшелонами, но крови те им попортить успели немало. Десятки автомобильных мостов, сожжённых и уничтоженных, два железнодорожных, один из них железной конструкции, большой. Почти вся группа там легла, но охрану уничтожала и сапёры, используя снаряды и ящики с тротилом, заложив заряды рванули фермы обрушивая их в воду. Правильно командиры групп действовали, как я и приказал, максимально уничтожать дорожную инфраструктуру Вермахта, затрудняя переброску припасов и резервов. Остальные продолжали буйствовать в тылу немцев. Даже захватили крупную узловую станцию, удерживая её и уничтожая всё что там было, при этом освободив около полутысячи наших военнопленных что работали на станции. Да и по пути сами лагеря освобождали, я выдавал командирам карты с отметками где те находились, где склады у немцев или сборные пункты советского трофейного вооружения. Знали те как освободить пленных, как вооружить и самое главное, как накормить. Хорошо те по тылам немцев работали, изрядно всполошив их. Правда, воевали как-то не очень, топорно, с большими потерями, действуя также, как и кадровые войска, ударом напрямки на пушки и пулемёты, никаких фланговых обходов и ничего подобного. Спасало их разве что малое количество артиллерии в тылу немцев, танками захватывали разные селения, выбивая противника или предателей из полицаев. Последних живыми не брали. Похоже командиры групп мной не те были поставлены, потери в их отрядах мне не нравились, правда двое порадовали, эти более-менее нормально действами, хотя огрехи тоже были.

Однако на четвёртую ночь всё было подготовлено, спущено неподалёку в леске от штаба бригады Катукова, и выгружено с борта транспортника. Описывать всё что там было не вижу смысла, много техники на той опушке было, включая два склада с бочками топлива и штабелями ящиков боеприпасов. Всю северную часть заняли, едва места хватило. Среди транспорта было также две «эмки», и на одной из них, оставив двух девчат, что были в форме бойцов НКВД, на охране всей этой крытой масксетями на опушке леса техники, я в одиночку покатил к штабу Катукова. Документы себе я справные сделал, всё как полагается. Даже с отметкой разрешения пребывания в прифронтовой зоне. Смог получить настоящие документы, суточной давности и вот скопировал все отметки штаба фронта, включая метки особого отдела.

Дорога убитая была, видно, что тяжёлая техника тут часто ходила, включая танки, но я справлялся. Догнав небольшую колону грузовиков со снарядами и бочками с топливом, что за ночь не успела достигнуть пункта назначения, к сожалению, погода была лётной, вместе с ней я и добрался до околицы нужной деревни, где меня на посту и остановили. Проверили документы и описав как доехать до штаба бригады, документы у меня подозрений не вызвали, спокойно пропустили. Сам я, подъехав к нужному зданию, деревянному срубу бывшей школы, и оставив машину у такой же «эмки», только побитой пулями, и у двух мотоциклов, чуть в стороне стоял замаскированный танк «Т-26», хлопнув дверцей, придерживая планшетку, автомат я в машине оставил, подходя к крыльцу козырнул часовому у входа, после чего прошёл в здание штаба, перед этим оббивая грязь у входа. В коридоре сходу приветливо кивнул дежурному, подходя к нему, и тот поинтересовался:

- Вы к кому, товарищ лейтенант госбезопасности?

- К комбригу, доложи пополнение из боевой техники доставил, без людей. И срочно сюда начальника особого отдела бригады. У меня к нему дело есть.

- Документы, - сразу потребовал младший лейтенант, хотя видно, как того порадовала информации о пополнении бригады техникой, давно воюют, заждались уже.

Изучив удостоверение и предписание, внеся их данные в журнал, тот вернул мне документы, и поднявшись из-за стола, скрылся в соседнем помещении. Судя по шуму там и располагался штаб. Это понятно было по частой трели полевых телефонов, матеркам, отдачам приказов, специфичным говоркам радистов. Антенну над зданием я приметил. Высочил дежурный почти сразу, а за ним несколько командиров, включая самого Катукова, я его узнал легко, да и шпалы полковника на кожаной тужурке при нём были. Тот кивнул и пожав руку, приказал следовать за собой. Мы прошли в другой класс, часть парт были сдвинуты, видимо тут работал уже сам Катуков и судя по занавеске и плохо прикрытому спальному месту, и спал тут же. Кроме него было ещё несколько командиров числом четверо, одного я сразу опознал, коллега, особист и мы приветливо кивнули друг другу. Ещё один явно интендант, скорее всего зам по тылу.

- Лейтенант, конкретно, что вы доставили? - отрывисто спросил Катуков.

- Да… всё, - пожал я плечами. - Список большой. Зачитать, товарищ полковник?

- Давай, послушаем что вы там привезли, хотя мы всему пополнению рады, - тот присел на одну из парт и сложив руки на груди стал внимательно смотреть на меня.

- Товарищ полковник, прежде чем дать список по технике, разрешите пояснить откуда она взялась. Это советская техника, и пушки, и зенитки…

- О-о-о, даже во множественном числе, - хмыкнул тот, но замолчал, когда я на него покосился.

Только начштаба выдохнул с некоторой горечью:

- А зенитки нам действительно нужны. Очень.

-… Вся эта техника на начальном периоде войны была захвачена немцами у наших западных границ. Они её модернизировали, и использовали для войны с нами. В ходе боёв большую часть техники мы смогли захватить целой и вернуть себе. Постепенно по одной-две машины всё это отправлялось на Кубинку, где изучалась. К последнему времени там скопился целый батальон танков, и вот личным распоряжением товарища Сталина было решено передать этот батальон вашей бригаде. Помимо советской техники, там присутствует и трофейная. Например, четыре самоходки «штуг-три». Наше производство тоже решило выпустить самоходки на базе лёгких танков, дав им индекс «Су-76», но нет практики и тактики боевого применения самоходок. Поэтому имеется личная просьба командующего бронетанковыми войсками, накопить этот опыт использования пока трофейных самоходов в взаимодействии с танками, пехотой и боях в одиночку. Весь наработанный опыт просьба отправить в бронетанковое управление. Вот приказ.