Любовь вопреки (СИ) - Прибыльцова Елена - Страница 49

– И мы ведь точно не знаем, что произошло на самом деле, – вмешалась Анна Николаевна. – А вдруг старые чувства меж ними вспыхнули, а колдовства и в помине никакого не было. Мало ли как сюда попали эти ножницы!

Но девушка уже никого не слушала. Велев Мишке запрягать коляску, она забежала в дом, схватила первую подвернувшуюся под руку тряпицу, завернула в неё ножницы и выбежала обратно во двор. Мишка уже открывал ворота.

– Соня, ну куда же ты поедешь? – попыталась удержать её Анна Николаевна. – Где ты их искать будешь?

– Сначала в ресторан, потом в гостиницу. Не отговаривайте меня, я всё равно поеду! – упрямилась Софья.

Вскоре коляска, запряжённая парой лошадей, выехала со двора Волгиных. Акулина перекрестила её вслед.

– Пускай едет, – сказала она. – Иногда любовь творит чудеса…

– Неужели ты и впрямь думаешь, что Катерина к Кузнечихе обращалась, и Прохор под действием чар? – спросила её Анна Николаевна. – Боже мой, чем же тогда мы можем помочь, и как объяснить это Прохору? Он ведь не поверит нам. Что же делать?

– Ничего. Нам остаётся только ждать. Коли у Софьи не получится его вернуть, у нас и подавно…

*** *** ***

Софья решительно вошла в ресторан и поднялась наверх, сжимая в руке злосчастные ножницы. Остановилась перед дверьми кабинета Прохора и тут же услышала приглушённый смех Катерины. Толкнув дверь, Софья стремительно ворвалась в комнату и покачнулась, словно от порыва ветра, при виде открывшейся перед ней картины. Катерина сидела на диване в одной сорочке, которая спускалась у неё с одного плеча. Прохор лежал рядом, а его голова покоилась на её коленях. Она поила его вином из своих рук и кормила виноградом. На лицах обоих сияли счастливые улыбки. Увидев Софью, Прохор так резко сел, что выбил бокал из рук Катерины, и он упал на пол, со звоном разлетевшись на сотни мелких осколков, а красное вино, словно кровь, растеклось по светлому паркету.

Наверное, с минуту Прохор и Софья, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, не замечая ничего вокруг. Катерина испуганно переводила взгляд с одного на другого. Первым пришёл в себя Волгин. Он вскочил на ноги, запахивая на ходу свой парчовый халат, и нервным движением убирая упавшие на лицо волосы.

– Что ты здесь делаешь? – охрипшим от волнения голосом произнёс он.

Софья напрочь забыла, зачем она сюда пришла, и что собиралась сказать. Она только продолжала смотреть на Прохора, как жертва на своего палача, не в силах ни пошевелиться, ни слово вымолвить. Катерина в одно мгновение оказалась между ними, сверкая глазами, словно разъярённая тигрица.

– Убирайся отсюда! – прошипела она. – Неужели тебе не понятно, что Прохор свой выбор уже сделал! Пошла вон!

Софья внезапно ощутила столь сильную ненависть к ней, что, не помня себя, бросилась на Катерину и изо всех сил вцепилась в её распущенные волосы. Катерина неожиданно весело расхохоталась и совсем перестала сопротивляться. Она поняла, что выиграла, и отчаяние Софьи было лишним тому подтверждением.

– Не трогай её! – Прохор оттащил Софью в сторону и встряхнул за плечи. – Пойми, я люблю Катерину! Люблю! И ничего уже не изменишь! Уходи!

Девушка обессиленно взглянула в его красивое, но ставшее таким чужим лицо. Нужно бы влепить ему пощёчину, но ей вместо этого безумно захотелось поцеловать его. Господи, что же с ней творится, будто какое-то дьявольское наваждение! Он втоптал в грязь её чувства, променял её на другую, гонит её прочь. А она готова в ногах у него валяться и умолять вернуться. Что же это за любовь такая окаянная?! Собрав в себе остатки гордости и воли, Софья отступила от Прохора, вскинула голову, и окинув их с Катериной презрительным взглядом, тихо сказала:

– Будьте вы прокляты!

Резко развернувшись, и до боли прикусив губу, чтобы не разрыдаться, она выбежала из комнаты. Лишь бы скорей уйти отсюда! Пусть она и умрёт от отчаяния, но только не здесь, не у них на глазах! Она не доставит им такого удовольствия!

– Софи, постойте, умоляю вас! – Лоренцо, ожидавший девушку на лестнице, остановил её, не давая пройти. – Скажите, что я могу для вас сделать? Позвольте мне хотя бы проводить вас!

– Уйдите, Бога ради! – с силой оттолкнув его с дороги, девушка сбежала вниз по лестнице, и, не помня как, выскочила из ресторана.

В это время наверху Прохор старался успокоить плачущую Катерину.

– Проша, так будет всегда! Она вечно будет стоять между нами! Не жить нам спокойно здесь!

– Со временем всё встанет на свои места, нужно только потерпеть, – говорил он, ласково гладя её волосы.

– Нет! Нет! И ещё раз нет! – воскликнула Катерина, вырываясь из его объятий. – Послушай меня, Прохор, мы должны немедленно уехать отсюда! Ну, давай уедем в столицу! Прошу тебя! Если ты меня любишь!

– Но я не могу бросить здесь все дела, ресторан, – нахмурился Волгин.

– О ресторане позаботится Лоренцо! А для остальных дел как нельзя лучше подойдёт Фёдор! К тому же мы на время уедем! Ну хотя бы на пару месяцев! Умоляю тебя! Неужели ты не согласишься даже ради меня, Прохор?! Только подумай, там нам никто не помешает! И здесь, пока нас не будет, страсти улягутся.

– Хорошо, Катя, я подумаю, – пообещал Прохор. – Только не плачь. А это что?

Он подошёл к валявшемуся на полу свёртку, и подняв его, развернул.

– Зачем Софья принесла с собой эти ножницы? – усмехнулся он.

– Дай сюда! Я их выброшу подальше! – Катерина вырвала ножницы из рук у Прохора. – А вдруг на них колдовство какое? Недаром она их нам подкинула!

Волгин, запрокинув голову, весело рассмеялся:

– Ох, Катюша, коли тебе уже колдовство мерещиться начало, нам точно нужно уехать отсюда, чтобы ты наконец пришла в себя и поверила, что мне кроме тебя на всём белом свете никто не нужен!

Он подхватил девушку на руки и закружил её по комнате.

– Правда, уедем?! – страстно целуя его, быстро спросила Катерина.

– Правда! – тряхнул волосами Прохор. – Твоё желание для меня закон, любимая!

*** *** ***

Через два дня Волгин с Катериной полностью подготовились к отъезду в Петербург. Прохор привёл все свои дела в порядок, насколько это было возможно за столь короткий срок. Собрав вместе Лоренцо, Митю, Антона и Фёдора, он объявил, что на время своего отсутствия вместо себя оставляет Фёдора, и чтобы остальные его беспрекословно слушались. Митя и Антон переглянулись между собой, но вслух ничего не сказали. Фёдор, заносчиво посматривая на приятелей, заверял Прохора, что он со всем справится наилучшим образом. У Катерины с Евгением состоялся короткий разговор, в который Прохор предпочёл не вмешиваться. Степан Игнатьевич полностью проигнорировал уход своей невестки из дома, словно ничего и не произошло. Катерина окончательно успокоилась и расправила крылья, но в душе считала каждую минутку до отъезда.

На душе у Волгина было тревожно. Ему очень не хотелось уезжать из города и бросать все дела на произвол судьбы, но решение уже принято и отступать было поздно. Накануне отъезда он зашёл домой, попрощаться с матерью. Прохор застал её в слезах. Анна Николаевна умоляла сына не покидать её.

– Матушка, ну я ведь не навсегда уезжаю! – Прохор крепко обнял плачущую мать и прижал к себе. – Просто так надо, чтобы все успокоились. К тому же у меня и в столице найдутся дела…

– Прошенька, сынок, неужели ты не видишь, что ты всё делаешь по её указке? Как Катерина тебе велит, так ты и поступаешь! Приворожила она тебе, гадина проклятая, недаром у нас под крыльцом ножницы эти ржавые нашли! Её рук дело! Погубит она тебя! Вот уже и от нас, от дома родного тебя отлучила!

– Матушка, мне просто смешно тебя слушать! Что за историю вы придумали с приворотом? Не иначе с подачи Софьи…

– Нет. Это Акулина первая заметила изменения в тебе! А теперь и я ясно вижу, что в глазах у тебя туман. Проша, давай хотя бы в церковь сходим! Отец Игнатий тебя исповедует, причастишься…

– Довольно! Ты уже позабыла, что это он виновен в смерти отца! – гневно воскликнул Прохор. – Не желаю видеть его! И прекрати говорить глупости! Как Катерина мне может что-то запретить? Я люблю её и хочу быть с ней, но это вовсе не значит, что она командует мной! Вот же я пришёл к тебе и всегда буду приходить! Но тебе придётся смириться с моим выбором.