Любовь вопреки (СИ) - Прибыльцова Елена - Страница 28

– Софьюшка, моя родная, прости, что опоздал! С праздником тебя, любимая! Я тебе столько подарков привёз! – зашептал он ей на ушко своим бархатистым голосом.

– Ничего мне не надо, ты – мой самый дорогой подарок, самый бесценный, – сказала Софья, крепко прижимаясь к нему.

Прохор нагнулся и нежно поцеловал жену в губы, а она обхватила его рукой за шею, желая ещё немного продлить сладкий поцелуй. Затем отстранилась, раскрасневшаяся и смущённая, но безумно счастливая. И, только сейчас вспомнив про гостя, покраснела ещё сильнее. Незнакомец вылез из коляски и с любопытством поглядывал в их сторону. Он был молод, хорош собой. Чёрные как смоль волосы и смуглая кожа выдавали в нём иностранца. На мужчине был синий клетчатый сюртук и светлые брюки.

Прохор, обняв и поцеловав мать, подошёл к нему и, дружески похлопав его по плечу, весело сказал:

– Позвольте представить вам моего компаньона и друга Лоренцо Моретти! Он один из сынов солнечной Италии!

– О, я только наполовину итальянец, – белозубо улыбнулся Лоренцо. – Моя мать русская и живу я последние годы в России. Мне здесь очень нравится! Видимо, сказывается влияние корней! – говорил он приятным баритоном с едва заметным акцентом.

– Познакомься, Лоренцо, с моими родными. Моя матушка – Анна Николаевна, – гордо сказал Прохор. – А это моя супруга – Софья Борисовна!

Итальянец тут же подошёл к Анне Николаевне и почтительно поцеловал её руку.

– Прохор, ты очень похож на свою матушку, – заметил он.

А потом, галантно поклонившись, чуть коснулся губами ручки Софьи.

– Какая у тебя красивая жена! Настоящая богиня! – искренне восхитился он.

Софья смущённо опустила глаза, а Волгин рассмеялся.

– Поосторожнее, Моретти! Здесь тебе не Италия и даже не столица, твои комплименты могут быть неверно истолкованы! Хорошо, что я привык к твоим манерам, а то бы приревновал, пожалуй!

Прохор снял шляпу, и Софья чуть не ахнула. От роскошных кудрей ничего не осталось. Тёмно-русые волосы парня были довольно коротко подстрижены на затылке, а небольшая чёлка зачёсана назад. Поймав на себе удивлённые взгляды жены и матери, Волгин улыбнулся и небрежно провёл рукой по волосам.

– Говорят, нынче такая стрижка в моде. По крайней мере, теперь мне не будет жарко! Ну всё, пойдёмте в дом, а то стоим, словно век не видались! – тряхнул он головой по привычке и подтолкнул Лоренцо к крыльцу. – Мишка, заноси вещи! – обернувшись на ходу, крикнул он молоденькому конюху.

Глава 21

За ужином Прохор рассказал, что господин Моретти будет теперь жить в их городке, завтра они поедут подыскивать ему съёмный дом или квартиру. И сразу же начнут заниматься рестораном. Внутренняя отделка была выполнена ещё при Андрее Ивановиче, осталось только завезти нужное оборудование, нанять людей для обслуживания и продумать все мельчайшие детали. Насчёт меню и повара можно было уже не беспокоиться, в столице Лоренцо представил Прохору своего друга итальянца – отменного и искусного повара, который с радостью согласился возглавить их заведение. Разгорелся жаркий спор, какое всё же лучше дать название ресторану. Рассматривали несколько вариантов, причём Лоренцо очень настаивал на «Софи», в честь Софьи. Но Волгин категорически был против. Наконец окончательно и бесповоротно решили, что ресторан будет называться «Верона».

Софья смотрела на мужа и радовалась, видя, как блестят у него глаза. Вся её обида вмиг испарилась, как только она увидела его. Лоренцо пришёлся девушке по душе, очень приятный молодой человек, разговорчивый и улыбчивый. Просто чудесно, что у Прохора появился такой хороший друг. Увлечённая беседой, Софья не замечала, какие откровенные взгляды бросает на её мужа Настя, которая прислуживала за столом. Она буквально поедала Прохора глазами и так и норовила, будто невзначай, коснуться его рукавом своей блузки, подавая новое блюдо или унося пустые тарелки.

Волгин же, напротив, сразу почувствовал игривое настроение Насти по отношению к себе. И когда она в очередной раз улыбнулась ему, парень смерил её самым строгим взглядом, на какой только был способен. Настя в ответ так глянула на него, сверкнув своими зелёными глазами, что Прохор чуть не поперхнулся и торопливо обвёл взглядом всех присутствующих за столом, не заметил ли кто чего.

После ужина все собрались в гостиной. Прохор, шутя и весело смеясь, описывал свои столичные приключения. Лоренцо умело подыгрывал ему и вспоминал смешные случаи из своей жизни.

– Прохор, а почему ты не расскажешь, как мы с тобой на балу побывали и как ты брал у меня уроки танцев? – подмигнул ему Моретти.

– В самом деле? – удивлённо приподняла брови Софья. – Проша, что же ты молчишь?

– Да нечего особо рассказывать! – смутился Волгин. – Пригласили нас с Лоренцо на бал одни уважаемые люди. Ну и я, чтобы в грязь лицом там не ударить, попросил его научить меня хотя бы вальс танцевать!

– И надо сказать, что ваш муж, Софья Борисовна, оказался весьма и весьма способным учеником! На балу он произвёл настоящий фурор!

– Да ладно тебе приукрашивать-то! – засмеялся Прохор. – Пойду я лучше за гостинцами! – и он вышел из комнаты.

– Господин Моретти, а вы, значит, хорошо танцуете? – спросила Софья с интересом.

– Прошу вас, зовите меня просто Лоренцо! – улыбнулся ей итальянец. – Да, я довольно неплохо танцую и вполне сносно играю на фортепиано. Кстати, у вас есть дома инструмент?

– Нет, – покачала головой Софья.

– Жаль, а то бы мы с Прохором подарили вам какой-нибудь красивый романс в ваш праздник! У него прекрасный голос!

– Так Прохор на балу не только вальсировал, но ещё и романсы пел? – ревниво спросила девушка.

– О, да! Чем привёл всех присутствующих дам в полный восторг! – продолжал Моретти, не расслышав лёгкой досады в голосе девушки. – А вальс у него отменный получился! Если бы сам не был свидетелем, ни за что не поверил бы, что ещё три дня назад Прохор не умел его танцевать!

В коридоре, неся кучу подарков в руках, Волгин наткнулся на Настю.

– Давайте я помогу вам, барин! – служанка ловко подхватила несколько свёртков из его рук. – С приездом вас, Прохор Андреевич!

– Ты, стало быть, теперь у нас живёшь? – прищурился он, глядя на неё сверху вниз.

– Да, барышня меня к себе забрала! – нахально улыбнулась Настя, не отводя взор. – Вы ведь не против, барин?! Я умелая, многое по дому могу делать, и вообще...

– А вот с этим «вообще» завязывай! И прекрати на меня так пялиться, а не то дырку на мне прожжёшь! – как можно строже сказал Прохор, но весёлые бесенята плясали у него в глазах.

– Не понимаю о чём вы, барин, – невинно захлопала Настя длинными ресницами. – Хорошо, буду вести себя так, как вы того пожелаете...

Девушка скромно опустила глаза, а Волгин поскорей отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

Оставшийся вечер пролетел в приятной суете. Прохор раздавал привезённые подарки: дорогие ткани для платьев, роскошные шали и разные милые безделушки для жены и матери. Софье он приготовил особый подарок – узорное золотое колечко с бриллиантами. Надев его ей на пальчик, рядом с обручальным, Прохор нежно поцеловал руку жены.

– Какая красота! – сказала она, глядя вовсе не на колечко, а в глаза любимого, лучившиеся мягким светом.

Не забыл Прохор и про свою старую няньку, вручив Акулине батистовый отрез на платье.

– Прохор Андреевич, голубчик, да зачем же мне? – замахала она руками. – Чай не барышня я уже в таких нарядах-то ходить!

– Бери, бери, Акулина! Будешь на праздники надевать! – улыбнулся Волгин. – А вот это Тихону передай! – положил он на стол добротные высокие сапоги.

– Софья Борисовна, позвольте мне тоже сделать вам скромный подарок на именины, – подошёл к девушке Лоренцо и протянул ей красивую музыкальную шкатулку, на которой были нарисованы два белоснежных лебедя, склонившие головы друг к другу.

– Прелестная вещица! – восхитилась Софья. – Благодарю вас, Лоренцо, вы очень внимательны!