Любовь вопреки (СИ) - Прибыльцова Елена - Страница 26

– Вон пошёл! – рявкнул Волгин, вскочив с дивана.

– А вот кричать на меня не надо! – Рязанов тоже поднялся со своего места. – Ты подумай денёчка три, я тебя не тороплю, а я покуда все бумаги подготовлю.

– Убирайся, гад ползучий, пока я не приказал собак на тебя спустить! Ишь чего захотел! Вот тебе бумаги! Получай! – Прохор запустил в него бутылкой недопитого коньяка.

Рязанов неуклюже, но всё же успел увернуться. Бутылка, пролетев над его головой, со звоном разбилась о стену.

– Ты об этом пожалеешь! – прошипел Рязанов. – Куда тебе со мной тягаться, щенку! Уничтожу! Но сначала посмеюсь, глядючи на то, какой из тебя купец получится! Один гонор к делу не пришьёшь, а у тебя кроме него ничего и нет! – с этими словами он вышел из кабинета, бормоча себе под нос проклятия.

Анна Николаевна и Софья облегчённо вздохнули после ухода Рязанова. Но из кабинета вновь послышался грохот.

– Я посмотрю, – кинулась туда Софья.

Плетёный стул, на котором сидел Рязанов, валялся на полу вместе с опрокинутой этажеркой. Прохор сидел на диване, уронив голову на руки. Девушка несмело подошла к нему, и нежно обняв, прижала к себе, гладя его по спутавшимся русым кудрям.

– Прошенька, милый мой, успокойся, всё образуется, вот увидишь...

Несколько мгновений парень сидел, не шелохнувшись, но потом резко отбросил руки Софьи, вскочил и громко позвал Тихона.

– Чего изволите, барин? – появился в дверях старый слуга.

– В следующий раз, когда этот гад явится сюда, спускай на него собак! Ты понял меня?

– Помилуйте, Прохор Андреевич, как же так?

– Я спрашиваю, ты понял меня?! – повысил голос Волгин.

– Понял, как не понять, – вздохнул Тихон и вышел из кабинета.

– Захотел все отцовские труды к рукам своим поганым прибрать, стервятник проклятый! – лицо Прохора пылало от гнева. – Ну, попробуй, сунься ещё раз только, я тебе покажу мельницы и маслобойню!

Волгин подошёл к большому дубовому секретеру, вытащил из него револьвер и положил на стол. Софья смертельно побледнела.

– Проша, я тебя умоляю, убери его! Ты с ума сошёл! Пропади он пропадом этот Рязанов!

– Иди к себе, сейчас же! – не терпящим возражений тоном, сказал ей Прохор.

Софье ничего не оставалось, как выполнить его просьбу. Она думала, что вовсе не уснёт в эту ночь. Не раздеваясь, она прилегла на постель, зябко кутаясь в шаль, свернулась клубочком и стала прислушиваться к ветру, бушевавшему за окном, и далёкому лаю собак. Скоро закончится лютый февраль, и наступит, наконец, долгожданная весна. Думая о тёплых солнечных деньках, и вспоминая прекрасные цветы в родительском саду, Софья незаметно для себя задремала.

Тихие осторожные шаги в спальне заставили её вздрогнуть и мгновенно проснуться. Возле кровати стоял Прохор, блики горевшей свечи освещали его бледное осунувшееся лицо. Одни глаза сверкали лихорадочным блеском.

– Проша, ты напугал меня, – улыбнулась она, садясь на постели.

– А кого ты ещё ожидала здесь увидеть? – усмехнувшись, хрипло произнёс Волгин, присаживаясь рядом с ней.

От него слабо пахло спиртным и берёзовым веником. Софья заметила, что у него влажные волосы.

– Ты что, на ночь глядя в баню ходил? – спросила она.

– Мне надо было прийти в себя...

– А бледный какой... Может, чаю принести или покушать чего?

Прохор отрицательно покачал головой и огляделся по сторонам. Со дня приезда он не заходил в свою спальню и теперь видел, что здесь стало гораздо уютнее благодаря Софье. Красивые новые шторы на окнах, сундук в углу с её вещами, узорное белоснежное покрывало на постели.

– Ты ложись, – прервала его размышления девушка. – Давай я постелю. После баньки уснёшь сразу. А утро вечера мудренее...

Прохор послушно поднялся с кровати и встал рядом, наблюдая за Софьей. Она быстро свернула покрывало, откинула пуховое одеяло, взбила белоснежные подушки. Прерывисто вздохнув, Прохор шагнул к ней и сжал жену в объятиях, уткнулся лицом в её волосы, пахнущие полевыми цветами. Софья замерла, удивлённая его неожиданной лаской.

– Иди ко мне, – зашептал он, разворачивая девушку лицом к себе, и находя своими губами её губы. – Знаю, что ты вправе ненавидеть меня за последние дни, но я всё равно тебя не отпущу. Ты так нужна мне сейчас... И всегда будешь нужна...

– Милый мой, родной Прошенька, я люблю тебя, – обрадованно сказала Софья, прижимаясь к его груди. – Как хорошо, что ты пришёл. Не отдаляйся от меня так больше никогда. Ведь мы единое целое, не забывай об этом.

– Да, и в горе, и в радости, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас. Лишь сейчас я понял всю важность этих слов, – говорил Прохор, покрывая лицо жены жаркими поцелуями, и чувствуя, как по телу разливается живительный огонь.

Только благодаря её любви, нежности и ласке ему снова захотелось жить. Даже страшно подумать, что бы с ним сейчас происходило, если бы Софьи не было рядом. И Прохор, как в омут, бросился в её объятия, желая скорее позабыть все свои страхи, тревоги и сомнения. Он обязательно со всем справится – теперь он был в этом уверен.

Глава 20

Утром, едва забрезжил рассвет, Прохор тихонько выбрался из тёплой постели, стараясь не потревожить сон Софьи. Но девушка тут же приподнялась на локте.

– Ты куда, Прошенька? – встревоженно спросила она.

Парень присел обратно на постель, и, взяв жену за руку, заглянул ей в глаза.

– Соня, я обещаю, больше вам с матушкой не придётся тревожиться за меня. Я в порядке, правда! Нужно срочно заняться делами, пока всё прахом не пошло. Я не могу допустить, чтобы многолетние труды отца пропали даром!

– Конечно, – кивнула Софья. – Только, умоляю тебя, не связывайся с Рязановым!

– И не собираюсь! Надеюсь, он меня хорошо понял вчера и не сунется больше со своим предложением, а не то...

– Проша!

– Всё, молчу, – улыбнулся он, целуя Софью. – Я люблю тебя, душа моя, и у нас всё будет хорошо! Клянусь тебе!

Наскоро перекусив на кухне у Акулины, Прохор велел Тихону запрягать лошадей. Анна Николаевна очень удивилась, увидев сына на ногах спозаранку, да ещё и со счастливой улыбкой на лице.

– Матушка, прости меня за моё ужасное поведение, – парень крепко обнял мать и прижался щекой к её лицу. – И я безумно рад, что у вас с Соней сложились такие прекрасные отношения!

– Как же можно Сонечку не любить, – улыбнулась Анна Николаевна. – Именно о такой жене я для тебя и мечтала! Она просто чудо! Проша, ты и у неё обязательно прощения попроси, она вся извелась, испереживалась за тебя...

– А мы с ней ещё вчера помирились! – весело доложил Прохор. – Ну, ладно, побегу я, надо срочно за дела браться, а то и так столько времени зря потерял!

– Проша, подожди минутку, – задержала его мать. – Зачем вчера Рязанов приходил? Что ему от тебя понадобилось? Из-за чего ты так расстроился после его ухода?

– Уже неважно, – отмахнулся Прохор, набрасывая шубу, и направляясь к выходу. – Ни о чём не беспокойся! К ужину ждите меня! – и он исчез за дверью.

*** *** ***

Дни полетели за днями... Прохор почти не находился дома, с головой погрузившись в торговое дело, сходу вникая во все его тонкости и нюансы. Местные купцы, поначалу с сарказмом относившиеся к молодому Волгину, и между собой посмеивающиеся над ним, вскоре поняли, что ему палец в рот не клади, живо всю руку откусит. То ли ему как новичку просто везло, то ли пригодились врождённые сметливость, ловкость и изрядная доля хитрости, необходимые в этом деле, но чутьё ещё ни разу не подводило его, и он безошибочно извлекал пользу и выгоду из любой сложившейся ситуации. Рязанов, первые дни трубивший на каждом углу о том, что разоряющийся сынок покойного Волгина вот-вот прибежит к нему и будет на коленях умолять его о сделке, вскоре прикусил язык, затаив злобу.

А Прохор сам удивлялся себе и порой даже не понимал, откуда он знает, что нужно поступить именно так, а не иначе. Со всеми приказчиками и работниками он быстро нашёл общий язык и они, почувствовав твёрдую руку молодого хозяина, уяснили, что с ним фокусы не пройдут. Прохор даже поймал себя на мысли, что ему нравится такая жизнь, а ведь ещё совсем недавно батька из-под палки заставлял его помогать ему. Сейчас парень был благодарен отцу за полученные знания и опыт, без них ему бы ох как туго пришлось! Спасало ещё и то, что у Андрея Ивановича дела всегда велись в идеальном порядке. Антон стал правой рукой Прохора и очень сильно помогал во всём своему барину.