Любовь вопреки (СИ) - Прибыльцова Елена - Страница 16

Прохор подошёл к Якову Петровичу и протянул ему пачку ассигнаций:

– Здесь и за ночлег, и за ужин. А остальное – в честь моей свадьбы!

– Благодарствую, Прохор Андреевич! – поклонился ему трактирщик. – Счастья вам с молодой женой да детишек побольше!

Софья так и замерла возле печки. И зачем Прохор объявил, что они уже муж и жена? Да ещё приказал приготовить им одну комнату на двоих. Они ведь не венчаны! Сердце так громко билось, что девушка ощущала его удары в ушах. Ей внезапно стало жарко и душно. Софья отошла от печи и присела за стол рядом с Антоном, расстегнула шубку дрожащими руками.

Волгин подошёл к столу, за которым сидели мужики, и высыпал из мешочка на стол несколько золотых монет:

– Погуляйте на здоровье! Порадуйтесь за меня!

– Покорнейше благодарим, барин! – соскочили они с мест. – Храни Господь вас и жену вашу!

– Яков Петрович, а ну-ка прикажи принести им еды получше, да водочки графинчик! За мой счёт! – махнул рукой Прохор.

– Как скажете! – кивнул хозяин.

Прохор подошёл к Софье и присел рядом с ней:

– Ну что, моя хорошая, согрелась? Скоро всё будет готово!

Девушка молча кивнула, и встретившись взглядом с Прохором, опустила глаза. Все мысли её были лишь о том, что сейчас они останутся наедине. Как ей вести себя и что говорить? Если от одного его взгляда и прикосновения руки, она теряет власть над собой.

– Всё сделано, Прохор Андреевич! – сказала Марфа, спускаясь с лестницы. – Пойдёмте, я покажу вам ваши комнаты. А пока вы устраиваетесь, и ужин подоспеет!

– О лошадках позаботились, барин, и наилучшим образом! Не извольте беспокоиться! – крикнул им вдогонку Яков Петрович.

Пока они поднимались на второй этаж и шли по тёмному коридору, Прохор крепко держал Софью за руку. Девушка вдруг почувствовала сильную усталость, а ещё голод. Она не могла вспомнить, когда нормально кушала в последний раз, да ей и не хотелось. Но сейчас, глядя на мужчин внизу, которые ели простую картошку, она глотала слюнки, и с большим удовольствием отведала бы горячей картошечки с солью.

Марфа показала Антону его комнату, а в самом конце коридора открыла дверь и пропустила Софью и Прохора в их скромные апартаменты. В комнате, освещаемой свечами, было достаточно светло. Софье показалось, что здесь даже уютно, несмотря на скудную обстановку. На стенах были пёстрые, местами пожелтевшие обои, на окнах – белые в мелкий цветочек занавески. Пол был деревянный, но достаточно чистый. В левом углу стояла кровать, застеленная серым покрывалом, в её изголовье лежали две взбитые подушки. С правой стороны находился огромный комод, который занимал почти всю стену. Посередине комнаты стояли небольшой стол и два табурета.

– Ужин принесёте сюда! – прервал размышления девушки громкий голос Прохора. – И ещё тёплой воды для умывания! И побыстрее!

Марфа тут же испарилась, закрыв за собой дверь.

– Пойду посмотрю, как там Антон, а ты пока располагайся, Софьюшка! – и Прохор оставил девушку одну.

У Антона комната оказалась в точности такой же, разве что комод в ней был поменьше. Волгин сел на табурет у стола и покачал головой:

– Досталось же бедной Софье. До сих пор вон как завывает этот ветер проклятый!

– Да уж, страшно вспомнить, – поёжился Антон. – Я всё ещё не согрелся. Но меня сейчас больше волнует, как мы на одной кровати с вами поместимся, Прохор Андреевич? Ведь не позволит же вам ваша совесть меня на холодный пол выгнать..., – умоляюще взглянул парень на Волгина.

Прохор расхохотался во всё горло, запрокинув голову:

– Дурья твоя голова, Антошка! С какой стати я твой храп слушать стану, когда меня красавица жена ждёт!

– Так вы же не венчаны ещё, Прохор Андреевич. Я и решил, что вы так сделали для отводу глаз. Мало ли что...

– Правильно ты догадался. Этот Яков – мужик хитрый, до денег жадный, и жёнушка под стать ему. Скажи я, что Софья – моя невеста, а не жена, сразу бы смекнули, что тайно увёз я её. И Золотову тут же доложили бы, несмотря на погоду. Они и так с подозрением на меня таращились. Вроде как верят и не верят...

– Я всё равно не понимаю, – прищурился Антон. – Ну хозяев вы, допустим, обманули. А Софья Борисовна как это приняла? Я-то думал, вы тихонько сюда спать переберётесь, чтобы её не смущать...

– Ну вот ещё! Мне общество Софьи куда больше нравится! – снова рассмеялся Прохор.

– Теперь понял! – вдруг воскликнул Антон.

– Что ты понял?

– Ну, вы ведь на Софье Борисовне жениться не собираетесь и нарочно это всё перед ней разыграли, – зашептал Антон. – Оно и правильно, вам ещё гулять да гулять. Вот только Софью жалко...

– Замолчи, дурак! – вспыхнул Прохор, враз посерьёзнев. – Ты с чего это взял? Я люблю Софью! И завтра мы непременно обвенчаемся!

– Простите, барин! Я просто подумал...

– Подумал он! Каким местом только неизвестно! У тебя от холода мозги не соображают уже. Давай ужинай, и спать живо! А то завтра рано вставать, – и рассерженный Волгин вышел из комнаты.

– Ну что я такого сказал, – недоуменно пожал плечами Антон. – Венчаться – так венчаться. Софья замечательной женой нашему барину будет, не то что Катька – вертихвостка!

Глава 13

Оставшись одна, Софья разделась, накинула на плечи шаль и присела на уголок постели. За окном завывал ветер, где-то стучал оторвавшийся ставень. На душе у девушки было неспокойно. Она всё думала о том, что происходит сейчас в родительском доме, представляла, как гневается отец. Простит ли он её? И что вообще будет, когда они с Прохором вернутся домой законными мужем и женой? Сомнение снова закралось в душу Софьи. Обвенчаются ли они завтра, как обещал Прохор? И что будет сегодня ночью, когда они останутся вдвоём? Девушка понимала, что не должна уступать Прохору во что бы то ни стало, но сомневалась, получится ли у неё.

«А может, он останется ночевать у Антона?» – вдруг осенила её догадка. Такая мысль немного успокоила девушку. Но когда в дверь постучали, она всё же вздрогнула. Вошла хозяйка с двумя кувшинами воды. Поставив их на стол, она отдёрнула занавеску, за которой оказалась небольшая скамеечка. На ней стоял тазик для умывания.

– Давайте, барышня, я помогу вам, – ласково посмотрела она на Софью.

– Будьте так добры, – с радостью согласилась девушка.

Она с удовольствием умылась тёплой водой и вытерлась полотенцем, которое подала ей Марфа.

– Сейчас ужин принесу, – сказала хозяйка. – Голодная вы, небось, с дороги-то?

– Да, очень, – с улыбкой призналась Софья.

– И день сегодня для вас такой волнительный – венчание, шутка ли дело, да первая брачная ночь впереди...

Девушка залилась румянцем и опустила глаза. Марфа присела на стул, собираясь продолжить расспросы, но тут вошёл Волгин и она поспешно вскочила:

– Барин, ужин скоро будет!

Закрыв за ней дверь, Прохор недовольно поморщился:

– Противная бабёнка! Под стать своему мужу. Что она у тебя выспрашивала?

– Да ничего, – смутилась Софья. – А мне напротив она показалась приятной женщиной.

– Ох, не разбираешься ты ещё в людях, Софьюшка! А ну-ка, полей мне водички! – Прохор закатал рукава рубахи и склонился над тазиком.

Девушка выполнила его просьбу и подала ему полотенце. Промокнув лицо, Прохор шагнул к ней и заключил её в объятия.

– Соня, ненаглядная моя, любимая моя, – улыбнулся он и прильнул к губам девушки с долгим поцелуем.

Софья, позабыв про все свои рассуждения, самозабвенно отвечала на поцелуи Прохора, обвив его шею руками. Голова у девушки кружилась, а сердце то сладко замирало, то трепетало, как птица в клетке. Увлечённые друг другом, они даже не услышали, как отворилась дверь и вошла хозяйка с подносом в руках. Марфа громко кашлянула, и Софья испуганно отскочила от Прохора, вновь залившись румянцем.

– Прошу прощения, – заулыбалась трактирщица. – Вот, кушайте на здоровье! Если что ещё понадобится, зовите! – и поставив поднос с едой на стол, она вышла из комнаты.