Время вьюги. Трилогия (СИ) - "Кулак Петрович И Ада" - Страница 214

  - Мне пребывание здесь доставляет определенные неудобства, что правда то правда.

  - Вот поэтому я помогу тебе выручить Дэмонру. Достану для тебя тесты и подкуплю принимающего. Вообще все устрою, чтобы это пребывание продлить и сделать чуть более выносимым. И - на случай, если ты вдруг знаешь, что такое благодарность - тут ее не требуется. Я стараюсь для себя.

  - Вы сделали колоссальный прогресс в момент, когда это поняли.

  - Если я за свое хорошее поведение заслужила хотя бы крохотную уступку, то умоляю об одном: перед тем, как решишь, что совсем устал, скажи мне хотя бы за пару часов. Я мешать не стану. Мне только чудовищно страшно, что однажды приду, а ты уже наглотался своих микстур. Часто вижу один сон: кресло в гостиной, распахнутое окно, разбитый стакан. Ты сидишь и улыбаешься, поэтому я сразу все понимаю.

  - Не обижайтесь, Кейси, но сон глупый: люди, умершие от передозировки, выглядят вовсе не так опрятно. А при сердечном приступе вряд ли кто-то улыбается - это больно. Выбросьте из головы.

  - Но ты обещаешь мне сказать?

  Наклз как будто задумался, потом кивнул:

  - Да.

  Кейси ощутила невероятное облегчение. Врал маг куда более невинно, это она узнать успела.

  - Других уступок я не прошу. Мне выметаться в другую комнату?

  - А вы вымететесь?

  "Да я даже на люстре повешусь, если ты этого очень хочешь. Но только после сентября и тестов".

  - Могу. А надо?

  - Как угодно.

  12

  Дэмонра точно знала, что две верхние ступеньки скрипят. Но, если наступить у самой стены, где зеленая ковровая дорожка не протерта до блекло-серой основы, можно было пройти тихо. Сколько раз они с Вигнандом тайно пробирались по этой лестнице, вспомнить страшно. А ловили их всего дважды, и то только потому, что мать задремала в гостиной. Памятуя о том нагоняе, Дэмонра теперь всегда сначала проверяла, не прячется ли кто-нибудь за высокой спинкой старинного, еще от бабушки отца доставшегося дивана, и только потом лихо спрыгивала с лестницы в комнату. Три нижние ступеньки тоже скрипели самым подлым образом - по всей ширине. Хорошо, что они с Вигнандом давно это выяснили и в неприятности не попадали.

  Дэмонра распласталась по стене, почти вжавшись в нее, и прислушалась, не доносится ли из гостиной ровного дыхания. Ничего, только сверчки пели, и где-то шуршала мышь. В Каллад ночами было гораздо тише. Первое время Дэмонра даже не могла нормально спать в их рэдском доме, окруженная какофонией удивительных для городского жителя звуков. Вигнанд вначале даже подшучивал над сестрой, утверждая, что в доме живут привидения, но быстро бросил это бесполезное занятие.

  Гостиная - не слишком большая, с простой дубовой мебелью и несколькими пасторальными пейзажами прошлого века на стенах, казалось, мирно спала. Ночной ветер чуть шевелил белые занавески на окнах, выходивших на луг и темную полоску леса на горизонте, да тихо посапывала раскормленная кошка. Папа называл это место "райским уголком". Мама называла его примерно так же, но потом обязательно добавляла какие-нибудь забористые ругательства на языке нордэнов. Папа их, скорее всего, понимал, а Вигнанд - нет.

  Мурка тихо фыркнула и блеснула хищным желтым глазом, когда Дэмонра кралась мимо.

  Соседские ребятишки, наверняка, уже ждали ее снаружи, с вкуснейшими яблоками и какой-нибудь безумной идеей, вроде как слазить ночью на пользующуюся дурной славой опушку у Бесова омута. Следовало торопиться.

  Дэмонра шмыгнула в коридор и с удивлением заметила, что на другом его конце, в кухне, горит свет.

  Свет был ровный и белый, как от газового рожка.

  "Разве у нас проведен газ?" - удивилась нордэна. В этом ровном и неживом белом свете, так непохожем на теплые огоньки свечей, таилось нечто страшноватое. Дэмонра почему-то этого света боялась, хотя и не могла понять причины.

  Нордэна попыталась вспомнить, когда в их старый рэдский дом провели газ, и не сумела. Может быть, Вигнанд постарался - он, в отличие от отца, всегда любил эти новомодные штучки - и Дэмонра стала соображать, не говорил ли брат о чем-то подобном.

  Ровный белый свет, льющийся с кухни, почему-то необыкновенно ее интриговал.

  "Да, Вигнанд мог бы это сделать", - решила Дэмонра. А потом вспомнила, что Вигнанд уехал куда-то очень далеко тринадцать лет назад, двадцать пятого сентября, так что он провести в этот дом газ не мог никак.

  - Дэм, да пошли же играть! - громким шепотом сказал кто-то у нордэны за спиной. Наверное, говоривший прятался у черного хода в дом.

  Теперь Дэмонра пыталась вспомнить, куда уехал Вигнанд, и почему родители ему не писали. Ну не в карты же он проигрался и удрал в корсары, как в бульварном романе...

  - Дэм, мы тебя ждем! Ты идешь? - дети снаружи беспокоились. Они ее ждали. Нужно было непременно добраться к Бесову омуту до полуночи, а то застать лешего не получилось бы.

  - Да подождите вы, - пробурчала она и стала красться к кухне, на белый свет.

  Там негромко гудели два мужских голоса. Дэмонра не сразу узнала отца и брата. Оба сидели почти спинами к ней, за широким обеденным столом, и вели неспешную беседу. Источника света нордэна определить не могла, но на кухне оказалось очень светло, а за окном, напротив, так темно, будто кто-то плеснул на стекло чернилами. За веселыми занавесками в желтый цветочек стыла безбрежная чернота, холодная даже на вид.

  "И понес нас бес гулять в такую ночку, шеи посворачиваем, даже до леса не добравшись", - подумала Дэмонра.

  - Идем играть! - звали голоса из тьмы. Нордэна удивлялась, почему отец и брат не слышат. И где мама? Она плохо спала после каких-то мероприятий в Рэде - соседи в городе перешептывались и называли это "зачистками" - и просыпалась от малейшего ночного шороха. А дети за задней дверью звали Дэмонру по имени так громко.

  Нордэна ощутила смутный страх. Где же мама? Почему не ругается и не грозится пальнуть в окно из пистолета?

  Дэмонра отогнала эти мысли и попыталась понять, о чем говорят отец и брат. Хорошо, что спустя так много лет брат вернулся. Наверное, они мирились, пора было бы всем им помириться.

  Голоса доносились до Дэмонры с трудом, как будто им приходилось продираться через этот белый свет как через густой туман или летящий снег.

  - Ушла в поле... Не вернется... Время ... Вьюга... Сожрала своих детей и схоронила в поле... Сожрала и бросила в поле...

  - Почему ты не идешь играть? Ты обещала поиграть с нами! Мы в поле...

  Дэмонра почувствовала панический страх, какой на нее накатывал всего три раза за всю жизнь. Ей вдруг показалась, что темнота за окнами - живая, и в дом ломятся тысячи мертвых рук, скребутся по крыше, щупают стекла, пытаются прорыть лаз под крыльцом...

  - Мама! - громко закричала она, но крик вышел совсем тихий, жалкий.

  Отец и Вигнанд разом обернулись. Оба были бледны и серьезны. Совсем как живые, но Дэмонра сразу поняла, что и они мертвые. Если здесь и находился кто-то живой, то только она, а не отец, не брат, и не дети, ждущие ее за дверью.

  - Мама ушла в поле, ты разве не знаешь? - строго спросил отец. - Ты, как всегда, плохо читала уроки. Жестокие воины не обретают покоя, неужели это так трудно понять?

  - Время Вьюги уже началось, - Вигнанд рассеянно развел руками, словно извинялся за свои слова. - Вьюга пожирает своих детей, сестренка.

  - Мама... мама за Белой Мглой? - испугалась Дэмонра. За Белую Мглу, по нордэнским поверьям, уходили мертвые, и там ждали, пока зазвонят колокола. Может быть, там и было хорошо, но еще никто не вернулся оттуда с добрыми вестями.

  - Твоя мать предала свой народ, поэтому за Белой Мглой ее нет. С нами ее, как видишь, тоже нет. Рагнгерд под вечер ушла в поле и вот уже двенадцать лет не возвращается, а мы ее все ждем, - устало объяснил отец.