Время вьюги. Трилогия (СИ) - "Кулак Петрович И Ада" - Страница 201

  Маэрлинг нахмурился еще сильнее. Видимо, он все же принадлежал к той редкой породе людей, которым вино добавляет, а не убавляет здравого смысла.

  - Я не стану вам рассказывать, что это безопасно, - вздохнула Зондэр. Колебания Витольда она вполне могла понять. На его месте - и вовсе отказалась бы наотрез. Наверное, Дэмонра имела какие-то причины, чтобы рисковать жизнью и репутацией ради Наклза, но все остальные вовсе не обязаны были радостно присоединяться к ее подвигам. На взгляд Зондэр, весьма сомнительным. - Придется перехватить их в одиннадцать и провезти через полгорода, от Болотной до Семи Ветров.

  - Разумеется, я сделаю все, что потребуется. В конце концов, у меня перед этим человеком имеется личный долг.

  Зондэр насторожилась.

  - Он поставил мне математику, - все-таки улыбнулся Маэрлинг. - Честное слово, это хорошее мерило милосердия.

  Мондум невольно улыбнулась в ответ. Вот теперь перед ней стоял привычный Маэрлинг, мастер на каверзы и глупости, всегда выходящий сухим из воды. Он мог и сумасшедшего мага по столице провезти под самым носом у жандармов, и пару девиц попутно прихватить, и на гитаре им сбряцать, и уж точно он не мог закончить как герой старой военной песни. Такие всегда выживают, становятся смешливыми стариками, бессовестно врут внукам про "золотое прошлое" и иногда даже сами в это верят.

  - Спасибо, Витольд, вы меня очень обяжете...

  - Право, не стоит. Я, увы, оказываю услугу не вам. Впрочем, если мне когда-нибудь выпадет такая приятная возможность, просто дайте мне знать.

  Зондэр смотрела в темные бархатные глаза и пыталась сообразить, что же на самом деле творится в голове у их счастливого обладателя. Женщины от такого взгляда, к гадалке не ходи, млели. Мондум даже полезли в голову всякие глупости о том, что в рай пускают по какому-то другому принципу, чем отсутствие интрижек. Она срочно перевела взгляд на что-то более безопасное, то есть на зеленоватое вечернее небо.

  - Спасибо, Витольд. Еще раз извините меня за прерванное веселье.

  Маэрлинг усмехнулся:

  - Мы проводили время не так уж и весело. Честно сказать, увидев вас, я удивился меньше, чем мог бы, хотя и успел порядочно выпить. Во всяком случае, я теперь знаю, что надо петь, чтобы вы появились.

  Зондэр поежилась. Как ни странно, песня ее порядком напугала. Хотя, возможно, все дело было в предстоящей ночи, сходящем с ума маге и Дэмонре, которая вела себя так, словно сошла с ума куда раньше товарища.

  - Давайте оставим уводящие вдаль дороги для войны. Для мира нам вполне хватит закатов, роз и страстных очей всех цветов радуги.

  - Никогда бы не заподозрил вас в симпатии к такой музыке...

  Зондэр оставалось только пожать плечами. Малознакомые люди отчего-то всегда приписывали ей любовь к искусству в самом возвышенном его понимании и вообще какие-то романные добродетели. И, что хуже всего, люди, которые знали ее хорошо, зачастую делали то же самое.

  - Не все нордэны в восторге от Ингмара Марграда, - спокойно возразила она. - Некоторые самым позорным образом любят мир, хотят спокойно жить и умереть в своей постели.

  Витольд нахмурился:

  - Знаете, миледи Мондум, я не суеверен, но мне почему-то кажется, что на сей раз дороги уведут очень далеко. Вероятно, это следствие игристого и общей дворянской сентиментальности.

  - Вы сегодня необыкновенно мрачны, Витольд.

  - Видите ли, миледи Мондум, как раз сегодня отец получил письмо от управляющего завода в Карде.

  - Надеюсь, он не украл больше положенного? - попыталась улыбнуться Зондэр. Что-то шло не так.

  Витольд тряхнул кудрями:

  - Да нет, он честный человек и честно ворует полтора процента прибыли, как и договаривались. Он написал, что в этом году в Восточной Рэде может не взойти хлеб. Какие-то там народные приметы и поверья, да и погода вроде бы плохая, я не очень понял. Я только понимаю, что, если западнее Седой не взойдет хлеб...

  "Будет большая война, и совсем не за Седой", - подумала Зондэр. "И тогда родной очаг перестанет греть, а дороги заведут нас очень далеко".

  - Вы кому-то говорили еще?

  - Вы шутите, надеюсь? Нельзя сеять панику на основании того, что где-то небо красное на рассвете, собаки воют на порогах, а морозянки расцвели на месяц раньше.

  - Да, пожалуй. В любом случае, мы ничего не узнаем раньше конца лета.

  "Только вот если мы узнаем в конце лета, половине Рэды в конце осени уже будет нечего есть".

  - Я сказал это только вам и сказал... на всякий случай. Значит, в одиннадцать на Болотной? - быстро спросил Витольд, прежде чем Зондэр успела что-то ответить.

  6

  Пожарная лестница вибрировала под ногами. Тяжелые шаги Магды за спиной заставляли металл ходить ходуном. Дэмонра вцепилась в перила, точно они оставались последним предметом, удерживающим ее в сорвавшейся с цепи реальности, и упрямо поднималась наверх. Стрелки часов показывали уже половину одиннадцатого, дальше ждать смысла не имело.

  Нордэна вышла в полутемный коридор. Кругом не было ни души, не считая Магды, проскользнувшей следом.

  - Как на кладбище, - шепотом поделилась впечатлениями та.

  - Хуже: на кладбище все мертвые, кому положено, - буркнула Дэмонра. Потом, подумав, сунула Магде в руки свой пистолет. - Держи, мне не понадобится.

  - А если понадобится? - с сомнением спросила Магда, заломив бровь.

  - А если понадобится, значит, все равно уже не понадобится, - сообщила нордэна, впихивая подруге оружие. - Ну, Магда, будем живы....

  - Наше небо любит нас, не дрейфь. Если что - кричи.

  Вопрос любви небес к каждой конкретной нордэне всегда оставался для Дэмонры открытым, но сознаваться в этом Магде было бы неправильно. Стараясь ступать неслышно, она двинулась к крайнему номеру слева. Бронзовые цифры тускло поблескивали в рассеянном свете, лившемся с противоположного конца коридора.

  Портье на первом этаже поставили в известность, что недовольная жена выслеживает неверного мужа. Получив пять марок за беспокойство, тот совершенно проигнорировал двух посторонних на четвертом этаже. Никого по эту сторону двери Дэмонра не боялась.

  - Может, все-таки я? - в который раз шепотом поинтересовалась Магда. - Я меньше твоего в бесовщину верю. У меня эфирная не-вос-при-им-чи-вость или как-то так....

  - У Наклза нет материальной невосприимчивости, а у тебя кулаки вдвое тяжелее моих, так что не стоит, - Дэмонра извлекла из кармана взятый у портье запасной ключ - за него он потребовал десять марок сверху, клянясь и божась, что репутация безупречного заведения в опасности - вставила его в замок и дважды повернула. Несколько раз глубоко вздохнула, не выпуская дверную ручку, а потом осторожно толкнула дверь внутрь. Из образовавшейся щели в коридор как будто плеснуло темнотой.

  "Какого беса они не включили свет?"

  Нордэна задержала дыхание, словно перед погружением в ледяную воду, и переступила порог. Дверь за собой она оставила открытой, для верности подложив под косяк прихваченный по дороге камешек. Это давало ей хоть какую-то иллюзию безопасности.

  Коридор был узкий и темный. Из щели под закрытой дверью в комнату лился желтый свет. Удушающе пахло засохшими цветами. Нордэна, почти вжавшись в стену, прокралась четыре шага, отделявшие ее от двери. В коридоре все это время стояла обволакивающая тишина, что только усиливало сходство темноты с водой. Дэмонре, во всяком случае, казалось, что она буквально преодолевает пространство, метр за метром. Нордэна едва не завизжала, когда из полумрака на противоположной стене вынырнула скорченная фигура, словно прилипшая к стене. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что она смотрит в большое зеркало, а бледное искаженное лицо твари на стене - ее собственное лицо. Дэмонра прижала руку к губам, чтобы не вскрикнуть, и стала ждать, пока выскакивающее из груди сердце успокоится. По вискам у нее текли струйки пота.