Кровавое пробуждение (ЛП) - Доун Тесса - Страница 33

Лицо Кристины побледнело, она не могла говорить. Маркус прочистил горло.

— Ты также можешь путешествовать с телохранителями и искать себе развлечения в пределах разумного, но я не позволю тебе унижать честь моего дома или дома Джейдона, так что выбирай развлечения мудро, иначе лишишься свободы навсегда. — Он наклонился ближе так, что их носы соприкоснулись, а затем усмехнулся. — Что же насчет твоих сексуальных желаний и того, что это не мое дело: если ты когда-либо используешь для своего удовольствия другого человека, я вырву его глотку, и ты будешь на это смотреть, а затем поставлю тебя на колени в его крови и заставлю съесть его умирающе сердце. Итак, я снова повторю: выбирай мудро.

Вампир сделал несколько шагов к двери и обернулся.

— О, и ещё одно, Кристина…

Ее глаза широко распахнулись.

— У тебя будет няня. Чем меньше времени ты станешь проводить с нашим ребенком, тем лучше. Но знай, если ты когда-либо подвергнешь риску нашего сына, я закопаю тебя под землю самостоятельно. Веришь?

Он не стал ждать ответа. Просто вышел и захлопнул за собой дверь.

Глава 13

Маркус облокотился на перила на заднем крыльце и любовался рекой. Было так спокойно, так непринужденно.

Так безмятежно.

Разве такое возможно? Слишком много потрясений произошло за последнее время. Он вздохнул. В любом случае, все это проделки небес.

Желая приблизиться к воде, мужчина спустился по невысокой лестнице и вышел на извилистую тропинку, которая вела к берегу. Черт! Возможно, он уже никогда не придет сюда снова из-за Кристины, которая теперь жила здесь. Маркус покачал головой, стараясь не думать об этом, желая контролировать образы Киопори, которые непрекращающимся потоком мелькали в голове.

Киопори.

Царская дочь короля Сакариаса и королевы Джейд. Невероятно красивая сестра Джейдона и Джегера — одна из последних оставшихся небесных женщин, которые считались исчезнувшими.

Каждый раз, когда он закрывал веки, Маркус видел, как она лежит под ним, ее потрясающие золотистые глаза, пристально глядящие на него с невинностью и любовью, ее красивые пухлые губы, слегка приоткрытые от ожидания, припухшие от удовольствия, влажные от возбуждения.

Она открыла ему свое сердце. Свой разум. Свое тело. Полностью. И так охотно. Маркус прикрыл глаза, наслаждаясь воспоминанием аромата ее восхитительных черных волос, ощущением груди в своих руках…

Что, черт возьми, он делает?

Вампир сам оттолкнул Киопори, сказал, чтобы она держалась подальше. Ему нужно забыть эти воспоминания.

Он посмотрел в сторону дома и нахмурился. Кристина — не его выбор. Но другого у него нет; а Маркус считал себя вампиром чести. Теперь, когда девушка появилась в его жизни и была обращена, они стали словно супруги. Он не обманет ее, даже если это означало дать обет безбрачия.

Даже если это означало держаться подальше от Принцессы.

Вопреки здравому смыслу, Маркус возжелал увидеть Киопори в последний раз, чтобы освежить в памяти ее образ. Он просто хотел узнать, что с ней все в порядке. Взяв кровь Принцессы в ту ночь, когда они занимались любовью, вампир навсегда получил доступ к ее местонахождению и душевному состоянию.

Маркус закрыл глаза и начал следовать за ДНК-цепочкой, выйдя за пределы физической структуры молекул, которые циркулировали в его крови. Ему нужно было уловить энергетический поток — квантовые волны. Как только вампир позволил сущности, которая принадлежала Киопори, проникнуть вглубь своего сознания, образ начал формироваться в его голове. Ах, да, она лежала, её руки были вытянуты высоко над головой в…

Оковах.

Маркус вздрогнул, словно его ударило оголенным электрическим проводом. Образ мгновенно разрушился. Подавив панику, вампир быстро успокоился и снова вернулся к видению. Его сердце забилось сильнее и чаще. Он видел наручники вокруг запястий. Она была прикована к кровати. Большой, пугающей, с балдахином, в какой-то холодной темной комнате, нет, в подземелье — в настоящей пещере.

Маркус сглотнул, его сердце колотилось, грозясь вырваться из груди. В то же время он спроецировал свою сущность на девушку, пытаясь разглядеть происходящее ее глазами. Проклятье! Ничего не выходило.

Принцесса не обладала телепатическим даром, и между ними не было связи, какая могла бы возникнуть между супругами, поэтому даже совмещение частот не дало никаких успехов — видеть глазами Киопори Маркус не мог.

Но он мог чувствовать ее.

Их тактильная связь была сильной.

Маркус расслабил мышцы и настроился на ощущения тела Киопори под ним, мягкость ее кожи, контуры и изгибы тела…

Когда образ стал четче, он наконец смог ощутить, какая энергия проходит через ее кровь. Как будто став одним целым с Принцессой, мужчина переместился, внезапно оказавшись лежащим на жестком матрасе, его руки были подняты вверх и закованы в кандалы, ноги — тоже обездвижены. Великие боги, тонкий разорванный шелк едва прикрывал ее тело, оставляя Киопори практически голой.

Маркус успокоил свой гнев и снова вернулся к энергии. Что еще он мог почувствовать?

Было сыро, прохладно, а кожу покрывали мурашки. Пульсирующая боль одолевала место чуть выше ключицы, в центре живота и на правой внутренней части бедра. Святые божества, это было мучительно. Будто жало скорпиона или ядовитое насекомое впились в кожу. В ранках определенно присутствовал яд, который медленно блуждал по телу вместе с кровью, но чувствовалось что-то знакомое, происходящее в организме, словно…

Регенерация.

Раны заживали сами. Яд атаковал яд.

Вампирский уничтожал… змеиный.

Маркус вздрогнул. Где, во имя Божества Дракона, она была? Что, черт возьми, случилось? А потом он вдруг почувствовал липкие грубые и тяжелые мужские руки, ложащиеся на его живот, и вспышка враждебности прошла через него. Маркус сразу прервал связь, его тело чувствовало остатки прикосновения. Безошибочно ощущалась энергия зла.

Сыновья Джегера.

Он провел ладонями по лицу, а затем сложил руки за спину.

«Накари!»

Тишина. Прошло тридцать секунд, и вампир разнервничался.

«Накари! Ответьте мне, сейчас же!»

«Брат, что случилось?»

Маркус боролся с собой, пытаясь сохранить спокойствие.

«Ты все еще у Наполеана?»

«Да. Почему ты спрашиваешь, что-то произошло?»

«Где Наполеан?»

«Спит. Он…»

«Почему, черт возьми, он спит?!» — ментальный голос Маркуса вырос до оглушительного крещендо.

«Наш Суверен питался прошлой ночью, Маркус. Прошло почти восемь недель с тех пор, как женщины появились здесь. Он понимает, что не может заболеть или ослабнуть. Брат, что происходит?»

Маркус прошипел несколько ругательств. Что могло быть хуже? Сыновья Джейдона кормились только каждые шесть-восемь недель, но, закончив, они спали, и спали долго, как минимум двенадцать часов, почти не реагируя на попытки их пробудить. Черт, как Наполеан мог так подвести женщин?

Хоть и не нарочно, но услышав мысли брата, Накари продолжил спорить: «Наоборот, он был слишком злым до того, как покормился. Вот почему он не мог этого не сделать».

«Проверьте Киопори!» — потребовал Маркус без объяснений.

«Киопори?»

«Сейчас же!»

«Подожди».

Время, казалось, остановилось.

«Накари?»

«Подожди».

«Где ты сейчас?»

Тишина окружила его. Секунды казались часами, минуты — днями.

«Накари!»

«Около ее комнаты. Я просто постучал в дверь, но ответа нет. Она должна спать… Подожди…»

Маркус ходил вверх и вниз по берегу реки, ожидая услышать от брата горькую правду, которую он уже знал: Киопори там не было. Дорогие боги! Его руки начали дрожать.

Когда Накари вернулся, тон его голоса сменился с любопытного на смертельно серьезный.

«Ее нет в комнате, Маркус! Ванья ищет со мной. Ты собираешься сказать мне, что случилось?»