Левиафан (СИ) - Гуров Илья Андреевич - Страница 69

–

Да, относительно, в порядке.

–

Вы поговорили с Левиафаном? – тут же проговорил искусственный боец.

Услышав вопрос, все, включая раненых и им помогающих, замерли и впились в меня глазами.

–

Да, говорил.

Окружающие продолжали пребывать в полной недвижимости, я даже подумал, что они не услышали меня. В том же самом состоянии, как ни странно, были и люди Легиона. Наконец, стоящий посредине киборг ожил:

–

Легион предлагает Вам отправиться в лагерь и обсудить дальнейшие действия. Транспорт уже на подходе.

–

Так и сделаем. – уперев руки в бетонный уступ, я подпрыгнул и выбрался из ямы.

Гелий последовал за мной, и то же самое собралась сделать Лиса, однако ближайший к ней киборг наклонился и учтиво протянул руку. Удивлённо посмотрев на него, девушка с сомнением опустила глаза на поданную ей окровавленную ладонь, покрытую оголяющими металлические кости надрезами вдоль пальцев. Бегло пройдя взглядом по мне и Гелию, как бы спрашивая, что происходит, она направила лицо в землю, чтобы не показывать, что ей это неприятно, и взявшись за руку киборга, резким движением выскочила из ямы. Сразу же вырвав кисть, она шагнула к Нам и многозначительно посмотрела в глаза сначала оператору, а потом и мне.

После небольшой заминки за Нами последовали остальные. Средний из киборгов с готовностью спрыгнул в яму и помог поднять раненых. К тому времени, как все выбрались, над Нами бесшумно появился небольшой транспортник, рассчитанный не более, чем на шесть человек экипажа. Он отдалённо напоминал боевых летунов, вот только вместо реактивных двигателей имел шесть небольших пропеллеров: по два в крыльях и два в хвосте. Несмотря на высокую скорость вращения, они работали практически бесшумно, что превращало транспортник в отличное средство доставки диверсантов. Кабины у него практически не было, видимо, потому, что он имел собственный разум.

–

А остальные? – Лиса покосилась на киборгов, однако вопрос, судя по всему, задала мне.

–

Несколько Наших единиц уже нашли Ваших друзей и сопроводят их до самого карьера.

–

А-а, ладно. – ответила девушка, не поворачиваясь к искусственным воинам и продолжая смотреть на меня, будто ожидая оценки их действий.

–

Ну что, хорошая акция. – наблюдая за опускающимся челноком, Гелий шагнул ко мне. – И ОКО побили, и с Левиафаном, наконец, встретились. – чувствовалось, что он, как и все остальные, страстно желает узнать, как прошёл мой диалог с загадочным Объектом Двадцать Восемь. Мне и самому стоило по ходу предстоящего повествования ещё раз всё проанализировать.

–

Да, о последнем я Вам сейчас всё расскажу. – я повернул голову к своим людям, глядя сразу на всех, и кивнул на открывающийся грузовой отсек транспортника.

Один

Войдя в плохо освещённый красноватыми лампами транспортник, у боковых стенок которого располагалось по три места, я занял среднее кресло с правой стороны и, пока рассаживались остальные, быстро вспомнил основные моменты разговора с Левиафаном. К своему удивлению, я обнаружил, что полученная мною информация несколько расширилась. Это не было похоже на осознание, но слова существа, голос которого до сих пор отдавался эхом в моей голове, приобрели для меня новый смысл, стали вызывать эмоциональный отклик, будто они мне давно знакомы…

Я мысленно вернулся назад в транспортник и понял, что все смотрят на меня преисполненные ожидания. Даже Гелий, севший напротив меня, выражал крайнее любопытство, столь чуждое его хладнокровному складу личности. Нужно было начинать.

–

Итак… со слов Левиафана, люди были созданы своего рода космическими террористами. – я говорил и чувствовал, что образ Отцов мне, на самом деле, очень хорошо знаком. Я понятия не имел, что они представляют собой, но мысли о них вызывали у меня неподдельную злость, будто я много лет враждовал с ними. Я точно знал, что они держат в страхе не одну цивилизацию, вроде человеческой, но именно на Нас они обрушили всю свою ярость. Прокрутив всё это в голове, я продолжил. – Каких-то высоких целей у них, надо понимать, не было: Мы представляли собой разумных, но абсолютно безынициативных существ, не способных к длительному самостоятельному существованию. Человечество было похоже на рабов или игрушку… или товар, на котором Наш производитель собирался заработать. – почему-то мне казалось, что последняя версия наиболее близка к истине, и это оскорбляло меня, умножая злость по отношению к Отцам. – По какой-то причине они Нас бросили, оставили погибать. Но к Нам явилось ещё одно существо, как я понял, давно враждующее с Нашими создателями.

–

Ну и ну! – сидящий слева от меня раненый в шею боец, открыл глаза и, ошарашено обведя взглядом всех присутствующих, закрыл их обратно.

Посчитав, что комментариев больше не будет, я продолжил:

–

Левиафан утверждает, что этот пришелец спас Нас, цитирую, дал Нам разум. – слушая себя, я понял, что выразился не совсем правильно, и поторопился уточнить. – Под разумом следует понимать способность самостоятельно принимать решения. Нашим Отцам это не понравилось, они вернулись, уничтожили пришельца, затем Нас и теперь собираются повторить эту процедуру.

–

В смысле? Они ведь Нас уже уничтожили! – Лиса подняла глаза к потолку, одновременно разведя руками в стороны.

–

Условно уничтожили. Они не дают Нашему виду исчезнуть полностью.

Ждут, пока Мы заново разовьёмся во что-то стоящее, а потом приходят и мстят за нанесённое им оскорбление. – пояснил я.

–

Получается, гость, к встрече которого готовится Легион – это и есть один из Наших создателей, тире, уничтожителей!? – Гелий опустил глаза в пол, как бы стараясь уместить всё услышанное в голове.

–

Да.

–

А какова во всём этом роль Левиафана? – не поднимая взгляда, продолжил оператор.

–

Он собирается уничтожить Грядущего. В смысле, того создателя, который придёт по Наши души.

На продолжительное время все замолчали, но я не стал прерывать паузы, нарушаемой лишь тихим гудением Нашего летательного аппарата. Я терпеливо ожидал самого главного вопроса.

–

А-а…

Я с готовностью перевёл глаза на сидящую справа от Гелия рыжую коротковолосую девушку, собиравшуюся что-то сказать, и, показывая, что внимательно её слушаю, поднял брови.

–

А зачем это Левиафану? – застенчиво закончила она.

Вопрос, наконец-то, прозвучал. Мотивы загадочного существа, удостоившего меня короткой аудиенции, были абсолютно Нам неизвестны, и в этом заключалась основная проблема.

–

Кстати, да! – Гелий одобрительно покосился на девушку. – Было бы неплохо знать такие вещи заранее. А то ополчимся на папашку, а оно, может, и зря.

–

О своих интересах Левиафан не сказал ни слова, так что пока Нам придётся действовать в темноте. – я облокотился на спинку и скрестил руки на груди. – И держать ухо востро.

–

А что машины? – оператор повёл взглядом на то место, где у транспортника должна была быть кабина. – Мы можем им доверять?

–

Мы заверяем Вас, что не имеем целью Вам навредить. – синтетический голос зазвучал откуда-то с потолка, немного обескуражив всех своей непосредственностью. – Мы знаем о ситуации не много больше Вашего и по прибытии Вас в лагерь Тетры обсудим вместе с Вами положение. И примем наиболее продуктивное решение.

Гелий покрутил головой, решая, в какую сторону ему говорить:

–

То есть Нам Вы доверяете больше, чем Левиафану?

–

Это так. Мы наблюдаем за Вашим ходом мыслей и считаем, что Ваши опасения оправданы. Мы прибыли.

Я не сразу понял, к чему была сказана последняя фраза, но тут дверь грузового отсека с шипением начала опускаться, открывая перед Нами голографический блестящий белыми пятнами света водоём.

–

О, Мы уже дома!? – Лиса поднялась и, подойдя к выходу из транспортника, выглянула наружу. – Точно! Мы уже дома!