Stalker: Еретик (СИ) - Карелин Алексей Валерьевич - Страница 50

- На улицу! - крикнул Кардан. - На улицу!

Гаваец бросился в свою лавку, техники - за ним. Вернулись с ящиком, наполненным яркими свертками. Сталкеры радостно завопили и хлынули наружу, забыв о подстерегающих во мраке опасностях и радиации. Азот с Карданом отбежали подальше, засуетились. Заискрилась первая ракета, со свистом взлетела к небу и с треском рассыпалась на ало-голубые крапинки. Сталкеры восторженно загудели. Среди звезд расцвели один за другим золотистые одуванчики. Их разогнала громадная змея, она завертелась, заглотила хвост и разлетелась на стаю бабочек. Мы ахнули. Сколько же денег потрачено! Такой шикарный салют военные непременно заметили бы и устроили бы на Янов облаву, если бы в это время не покачивались полупьяные за праздничными столами.

По небу расплывались разноцветные кляксы. Сталкеры кричали, гоготали, весело перекликались. Звенели стаканы, скрипел под ногами снег. Вдохновенно выла Миледи.

Когда запасы техников истощились, мы не спеша вернулись под крышу, к столу. Магнитофон лил песни из “Голубого огонька”.

- Как фейверк? - спросил Гаваец, и по его гордому виду я понял, кому мы обязаны шоу.

Кремень, Медведь и Ведьмак по очереди крепко пожали торговцу руку. Локи, ходивший последние дни смурным, словно пробудился, подскочил к Гавайцу, воскликнул:

- Дай пять, мэн!

Шампанское прикончили враз, поэтому по второй разливали уже водку. Я боялся, что потеряю Сердце Оазиса, и после каждого стакана плотно закусывал. Других полное забвение вовсе не страшило, и вскоре над столом понеслись сталкерские байки и анекдоты, политические шутки и мечтательные разговоры о женщинах. Множество голосов, куча акцентов переплетались в нечто невообразимое. Я словно оказался на стройке Вавилонской башни.

Альт тоже разговорился, подвергся ностальгии. Чувственно вспомнил первую встречу с Миледи, помешанного Ноя, случаи, когда Миледи выручала. Волчица смущенно прятала глаза.

- Альт! - окликнул Гаваец. - Ты все упрекаешь меня, что я недостаточно забочусь о своей спасительнице. Помнишь псевдогиганта, которого вы завалили?

Гаваец скрылся из виду. Грохнула об стену резко распахнутая дверь торговой лавки, и Гаваец медленно, обремененный пугающе огромной берцовой костью, подошел к столу.

- Миледи! - позвал торговец и свистнул.

Волчица припала на передние лапы, завиляла хвостом, жадно уставилась на кость и нетерпеливо гавкнула. Гаваец поднатужился и сбросил ношу под ноги. Миледи кинулась облизывать подарок.

- Садист, - засмеялся Альт. - Она же не раскусит, только расстроишь.

Миледи недовольно заурчала, завертелась. Как ни пристройся, кость зубами не обхватить. Волчица распалась на три, но и двойники не помогли. Сталкеры потешались над ними, делали ставки, насколько Миледи хватит терпения. В конце концов, Гаваец сжалился и распилил кость бензопилой. Волчица посмотрела на него с благодарностью и принялась лакать костный мозг.

Пока Альт отвлекся на Гавайца с Миледи, я незаметно ускользнул к Кардану. Техник уже несколько месяцев не брал ни капли в рот, и теперь быстро наверстывал упущенное. Веселый и общительный по трезвости, подвыпивший Кардан и вовсе терял власть над языком. Это было мне на руку. Я хотел выведать у техника, как ему с Азотом удалось пройти сквозь кордоны незамеченными. Если они ходили за Славутич, то им пришлось перейти не только границу Зоны, но и украино-белорусскую, причем четырежды. К тому же по возвращении скрываться, верно, было намного сложнее, ведь они тащили с собой большую, пушистую елку. Их опыт мог оказаться полезным, ведь я тоже собирался отправиться за колючку.

- О-о, Поп, кому как не тебе знать ответ? С Божьей помощью, брат, с Божьей помощью, - отшутился техник.

- А если серьезно?

- Серьезно? Если серьезно, то мы купили елку у одного чудака. Он растит собственный мини-заповедник. Симпатично, я тебе скажу: озерцо, кедры…

- Допустим, - нетерпеливо прервал я, - но как вы добрались до этого человека?

- Своим ходом. Как же еще? Опытные сталкеры знают много троп, о коих не ведают новички.

Диалог не клеился. Видимо, Кардана недостаточно развезло. Я наполнил стакан и подал один технику, предложил:

- За опыт?

- За опыт!

Полстопки я пролил на подбородок. Моя голова должна была оставаться яснее, чем у Кардана. Чтобы расположить техника к себе, я вспомнил Студента - прекрасный образец неопытного сталкера. Подробности о собственном участии в судьбе юноши я миновал. Кардан посмеялся над глупым мальчишкой и тоже поделился несколькими историями. Мы выпили за друзей, за молодость, за братство гамма-сапиенсов - так Кардан окрестил сталкеров. “Тут и крепость водки измеряется в рентгенах”, - юморил техник. Когда он начал забываться, я ему якобы напомнил:

- Так как, говоришь, кордоны прошли?

- Дык эта-а… пере-прыгнули, - и техник прыснул со смеху.

Я поморщился, памятуя о полете над Припятью, и сказал:

- Я как-то прыгнул, еле кости собрал.

- С “телепорта”? - удивился Кардан.

- Нет, с “трамплина”.

Техник заржал и ударил меня по плечу.

- Так за колючку можно портнуться? - продолжил я разговор.

- Дык эта-а… есть полянка в Рыжем Лесу. Могу показать, все равно забудешь.

Кардан достал КПК, с третьей попытки попал в пиктограмму карты Зоны. Я был много трезвее, чем думал Кардан, поэтому примерные координаты запомнил. Кардан с самодовольным видом вернул КПК в карман, обнял меня за плечи, притянул к себе и обдал щеку горячим перегаром, прошептав:

- Только никому. С-секрет. Военная тайна. Угу?

- Понял, понял. И куда вы прыгнули с этой поляны?

- Дык эта-а… недалеко. В деревню. Чистую. В смысле, мирррный атом… там не с-свирепствует. Чистая девуш… деревушка.

- А назад?

- На зад? Что на зад? А, назад чрз лес, речку шли. От птрулей хрнились. “Телеп-порт” - не лифт. Катает в одну с-сторону.

- А жаль. Ну, еще по одной? За знакомство.

- Кардан, ну-ка, спой! - подошел Азот и всучил Кардану гитару.

- О-о, сами напрсились.

Пользуясь случаем, я улизнул от техников и поспешил записать в КПК координаты поляны. Секрет так взбудоражил, что я ощутил острую потребность в сигарете, а то и двух. Вышел на морозный воздух, закурил, задумался о завтрашнем дне. Я намеревался направиться в Славутич, связаться с Артемом и договориться с ним о встрече. Передам ему Сердце Оазиса и вернусь на базу. Пока я еще мог отбрехаться тяжелым ранением и продолжить службу. Если же уеду домой, то это будет самое что ни на есть дезертирство. Главное, выбраться из Зоны, что теперь не представляло труда.

Я бросил окурок, нырнул в тепло. Кардан пел задушевно, но сбивчиво:

- Зона! Ты, как суррровое чистилище люде-ей. Ты, как хррранилище за-загубленнных идее-ей.

В конце концов Азот забрал гитару, дружески похлопывая горе-барда по плечу. Инструмент тут же перекочевал к Лоцману. Проводник побренчал, приноравливаясь к струнам, и зарубил словами. Именно зарубил. Слова падали гранитными плитами. Такими же тяжелыми, как те, из которых строили Саркофаг. О нем и пел Лоцман. Да так, что все притихли.

- В Саркофаг не запрятать смелость,

В Саркофаг не запрятать гордость

Тех, кто честно работал дело,

Не за рубль, не за чин, не за орден.

Голос Лоцман имел. Как и слух. В финале проводник поставил жирную точку, столь ощутимую, что сталкеры несколько секунд молчали, а потом взорвались овациями.

- Давай еще! - крикнул Гарик; засвистели, поддержали.

Лоцман поднял руку вверх, сталкеры стихли. Замурлыкала гитара, полилась неспешно песня. На сей раз о любви и мучительной разлуке. Я слушал, а к горлу подступал ком, глаза заблестели от слез.

- Но растают снега, и воскресну я вновь,

Если дева моя пропоет заклинанье.

Отпусти меня, ночь, ты мне душу не рви

И во тьму не гони облик милой, желанной…