Вторая жизнь (СИ) - Санфиров Александр - Страница 68

   Я улыбнулся.

   -Валерий Георгиевич, ну, зачем нам деликатесы, давайте по-простому, по рабоче-крестьянски, салатик мясной, соляночку, лангетик в сметане, водочка столичная охлажденная. Все с пылу с жару.

   У Николая Григорьевича забурчал живот. Мы с Незванцевым засмеялись.

   Тот слегка покраснел и сказал:

   - Конечно, вам то, что накормили и напоили, и все дела. А у меня на каждом углу по кэгбешнику сидело. Гостиница, считай, эти дни только на делегацию работала. Замотался вконец, даже поесть нормально некогда было.

   Валера воскликнул:

   -Да ладно, Григорьич, не журись, давай по-человечески посидим, вспрыснем это дело, ни одной головы не полетело, как-никак, только лосиные.

   Я вышел в зал, нашел администратора и попросил накрыть нам столик в отдельном кабинете.

   Через десять минут мы сидели за накрытым столом и закусывали водочку свежим салатиком. Из спиртного на столе стоял всего лишь скромный лафитничек на четыреста грамм. В нем плескалась Столичная, произведенная на экспорт. Рабочий день ведь еще не закончился, больше низзя.

   После второй рюмки Калинин сделал мне и моему начальнику комплимент.

   -Знаешь, Георгиевич, - обратился он к Незванцеву. - Я был немало удивлен, когда ты предложил кандидатуру Сапарова на должность директора ресторана. Конечно, мы уже знали его, как неплохого бармена, рядового работника, но, признаться, имелись сомнения, что он справится с руководством большим коллективом. Теперь могу сказать, что ты оказался прав.

   Тут он повернулся ко мне.

   -Александр Юрьевич, не обижайся на правду-матку, сам должен понимать, молод ты еще. Возьми моего младшего, к примеру, тому двадцать три года, так я бы ему самим собой руководить бы не доверил. Честно признаюсь, не ожидал от тебя такой прыти.

   Незванцев, посмеиваясь, смотрел на разговорившегося директора, я же с тоской думал:

   -Когда же вы перестанете мне молодостью в нос тыкать?

   Хотя прекрасно понимал, сколько лет не проживи на белом свете, всегда найдется кто-нибудь старше и, с мудрым видом будет поучать неразумного юнца, даже если тому юнцу девяносто лет.

   Долго мои собутыльники не засиделись и через полтора часа ушли по делам, оставив меня тоже заниматься повседневными проблемами ресторана.

   Перед самым Новым годом позвонила Женя. Звонким радостным голосом, она, как ни в чем не бывало, сказала:

   -Саша, здравствуй, никак не могу встретить тебя в институте. Папа мне сказал, что видел тебя на каком-то совещании. Я так по тебе соскучилась, а ты все не заходишь. В общем, приглашаю тебя к нам на Новый Год. Из мальчиков будет Саша Глухов, и девочки с моей группы. Родители уехали в Москву. Приходи, пожалуйста, очень прошу.

   Я молчал, не зная, что сказать. В принципе, я был не против, потому, как идти было некуда и не к кому. Родители шли в гости к друзьям, меня там особо не ждали. А так, провести вечер в кампании девчонок и талантливого парня певца и гитариста было совсем неплохо. Главное вовремя уйти, чтобы не остаться в постели Евгении Семеновны, подобное чревато совершенно ненужными проблемами.

   -Хорошо, Женя, приду, - сообщил я в телефонную трубку, из которой послышался облегченный вздох.

   Все было бы неплохо, если бы на следующий день не позвонила Клара с неожиданным предложением, провести Новый Год вдвоем.

   - Сашенька, - прозвучал в телефонной трубке ее низкий волнующий голос. - Ты, наверно, забыл меня, не пишешь, не звонишь. А мне захотелось тебя увидеть. Может, сможешь приехать на пару дней. Встретим вместе Новый Год.

   Когда женщина упрекает вас в том, что вы ей не пишете и не звоните, и в коем случае нельзя говорить, что она сама об этом просила. А нужно заверять ее, что виноваты, посыпаете голову пеплом, униженно моля о прощении.

   Так я и поступил, усиленно соображая в это время, смогу ли оставить вверенное мне учреждение на пару дней.

   На мои слова, что вряд ли удастся достать билет на поезд, в трубке послышался ехидный смешок.

   -Директор ресторана не может купить билет? Не смеши, дорогой, придумай более вескую причину, если не хочешь приезжать, - засмеялась собеседница.

   -Хочу,- хрипло сказал я в трубку. - Тебя хочу.

   -Я тоже, - ответил мне задрожавший от страсти, женский голос в телефонной трубке.

   Что-то от разговора с Кларой меня завело не по-детски. Появилось огромное желание сесть в машину и уехать в Питер прямо сейчас.

   -А не пошло бы все на хрен, сегодня соберусь и поеду - подумал я и, сказав в трубку несколько слов, положил ее на телефон.

   С Незванцевым удалось договориться не без проблем, он напирал на то, что в январе и так придется давать мне отпуск для сдачи сессии, поэтому пришлось слегка намекнуть на причину столь стремительного отъезда. После этого согласие было получено мгновенно. Однако быстро собраться в дорогу не получилось, удалось выехать в дорогу только в семь вечера. Меня немного мандражило, потому что поднималась легкая метель, которая вполне могла перейти в сильную. Мама, удивленная моим легкомыслием, возмущалась и даже всплакнула, но безуспешно.

   Из города я выбрался быстро, и к моему удивлению, снега на трассе оказалось гораздо меньше, чем на городских улицах

   Метель не утихала, и ехать приходилось при ближнем свете фар, хорошо, что встречных машин практически не было.

   Когда доехал до Лодейного Поля, метель все же закончилась. В кабине было тепло, несмотря на мороз, и я в который раз похвалил себя, что заменил печку на волговскую. В Ленинградской области дороги чистили гораздо лучше, чем у нас и я прибавил скорость.

   Как ни торопился, но на улице Наличной появился во втором часу ночи.

   Собрав котомки с подарками и прочим барахлом, я закрыл машину и легкой рысцой понесся к знакомому подъезду.

   Около двери квартиры меня одолело внезапное сомнение.

   -Хм, а вдруг Клара не поверила мне, что приеду этой ночью, и у нее кто-то есть? Придется снова садиться за руль и катить в сторону дома.

   Собравшись с духом и откинув крамольные мысли, я нажал кнопку звонка.

   Как и ожидалось, пришлось позвонить еще раз. Лишь после этого за дверью послышались шаги, и тревожный голос Клары спросил, кто пришел.

   -Сумасшедший, - услышав мой голос в ответ, воскликнула она и заскрипела замком.

   Войдя, я опустил сумки на пол, ногой захлопнул дверь, скинул куртку, и легко подхватив женщину на руки, зашагал в сторону спальни.

   Первого января я, измотанный до опупения, возвращался домой. Неожиданная оттепель, очистила дорогу, и по ней можно было ехать, как летом. Зато можно было полностью отдаться мыслям о будущем.

   Однако меня пока еще не оставляли вчерашние воспоминания. Весь день мы с Кларой не вылезали из кровати, лишь прерывались на короткие перекусы, благо, холодильник был полон разной снеди, мои разносолы туда не уместились, поэтому их пришлось съесть в первую очередь.

   После первого телефонного звонка, раздавшегося около десяти утра, Клара выдернула вилку телефона из розетки и включила его ближе к двенадцати ночи, чтобы принять поздравления от коллег и родственников.

   Немногим раньше мы все же выбрались из постели и дружно накрыли стол. Под звон курантов выпили шампанское и поцеловались.

   - Спасибо, милый, - шепнула мне женщина. - Спасибо, что не отказал несчастной старушке и скрасил ее одиночество.

   Я засмеялся.

   - Что-то я не наблюдаю тут старушки, а вижу молодую красивую женщину, покоряющую мужчин одним взглядом. Разве не так?

   Клара вздохнула и предложила наполнить бокалы. Она сидела напротив, в одном пеньюаре, сквозь который просвечивались розовые ареолы сосков не рожавшей женщины, и меня начинало вновь охватывать желание обладать ей.

   Видимо оно достаточно хорошо отразилось на лице, потому что Клара воскликнула:

   -Санчик, подожди немного, давай поговорим.

   Но проговорили мы под приглушенный звук "Голубого огонька" почти два часа.