Вторая жизнь (СИ) - Санфиров Александр - Страница 54

   Обсудив все и всех, мы угомонились только ближе к двенадцати часам.

   Женя уже явственно клевала носом. Поэтому, оставив ее за столом, я отправился с Ирой в соседнюю комнату, куда выходил щит от печи. В небольшой комнатке было уже душно и жарко.

   Мы с девушкой накрыли две кровати свежим бельем, и я засобирался уходить.

   - А ты где будешь спать? - внезапно поинтересовалась Ирина.

   -Да лягу на кухне, на диване, - сообщил я, соображая, к чему был этот вопрос.

   Вдвоем мы увели Женю в комнату и усадили на кровать. Непривычная даже к легкому сухому вину, девушка засыпала на ходу.

   Оставив сестер готовиться ко сну, я ушел на кухню. На всякий случай, перед этим оставил им ведро, чтобы ночью не пришлось бегать в холодный туалет.

   Проверив, что дверь закрыта на заложку, я разделся и улегся на старый продавленный диван, закрывшись тяжелым ватным одеялом.

   Все же я перетопил печь, для слякотной осенней погоды дров оказалось с излишком. Во втором часу ночи я проснулся от духоты.

   Босиком пробрался к ведрам с холодной водой и залпом выпил полный ковш.

   В это время заскрипела дверь, и из комнаты появилось белое привидение.

   -Саша, ты не спишь? - в полной тишине Ирин шепот показался слишком громким.

   -Нет, - отозвался я. - Очень жарко, перестарался с дровами. Вот решил выпить воды,

   -Я тоже хочу пить, - сказала девушка, она подошла вплотную ко мне, и я увидел, что она закутана в простыню.

   -Держи, - сказал я и протянул ей ковшик с ледяной водой. Она взяла ковш и начала пить. Удержать простыню одной рукой Ира не смогла и та упала на пол. Девушка стояла обнаженной, ее фигурка, подсвеченная лунным светом, казалась выточенной из мрамора. В темноте не было видно ее лица, но мне казалось, что она улыбается.

   Ира шагнула ко мне, поставила ковшик на стол и, обняв за шею, прижалась ко мне всем телом.

   -И что теперь? - пытаясь сохранить спокойствие, спросил я.

   -Дурачок, разве об этом нужно спрашивать! - шепнула девушка. - Не бойся, Женька спит, я ей таблетку фенозепама дала. Она уже десятый сон видит.

   - Ну, вы Гордины, даете! - думал я. - А мне то, что делать? С одной стороны глупо было бы отказываться, раз так сложилось, а с другой, не провоцирует ли меня Ирка? Сейчас проявлю активность, и пойдет она сразу в отказ, скажет, я не так ее понял, и вообще предал ее дорогую сестренку.

   -Ира, время позднее, иди, спать, пожалуйста, - сказал я, нехотя убирая ее руки с шеи.

   -Фи, подумаешь! - раздался гневный шепот. - Строит из себя непонятно кого, дурак! Ну, и ладно, спокойной ночи.

   Ирка повернулась, скомкала в руках простыню, и, сверкая круглой белой задницей, ушла в комнату к сестре.

   Сходив в туалет, и порядком там продрогнув, я с удовольствием забрался под одеяло.

   Однако сон не приходил. Взбудораженный приходом Женькиной сестры, я все проигрывал в голове варианты того, как следовало поступить. И каждый раз приходил к выводу, что все сделал правильно. Ни в жизнь не поверю, что Ирка не разболтает о случившемся, своим подругам с четвертого курса, пусть даже только одной, самой близкой. Через день об этом событии будет знать весь факультет. Мне это нужно? На фиг не нужно!

   Умом, понимая правильность поступка, в душе я сожалел о нем. Точеная Иркина фигурка продолжала стоять у меня в глазах, заставляя подниматься, все. что могло подняться.

   Где-то около трех часов ночи я все же заснул.

   Утром, высунув нос из-под одеяла, убедился, что на ходиках уже семь часов, встал, оделся и первым делом замариновал мясо для шашлыка.

   Затем, поеживаясь от холода, сбегал за дровами и затопил плиту.

   Девчонки встали только около девяти, когда по кухне разнесся запах кофе.

   Ира улыбалась, как будто ночью ничего не происходило, что еще раз убедило меня в правильности своих действий.

   Пока сестры завтракали, я изложил им план на сегодня. В него была включена прогулка по зимнему лесу, вдоль берега озера, готовка шашлыка, с его последующим съедением под сухое вино. А после двух часов дня возвращение домой, так, как меня сегодня ожидала еще смена в баре.

   Прогулка по лесу девушек не заинтересовала, а вот приготовлением шашлыков они увлеклись. Еще бы! В эти годы, подобным мало кто занимался. А мне надо было опробовать мангал, изготовленный по моим чертежам в гараже ДОСААФа.

   Так, что в одиннадцать часов мы дружно вышли на улицу, где я заложил ольховыми поленьями собранный мангал и поджег под ними сухую бересту. Когда дрова прогорели до углей, приступил к готовке.

   То ли я разучился, давно не занимаясь этим делом, то ли подкачала баранина, но шашлык получился не особо удачным,

   -Наверно уксуса много добавил, - думал я, прожевывая жесткое мясо. Девушкам своего мнения о шашлыке я не высказывал, и они считали, что все так должно и быть, поэтому не скупились на комплименты, и вскоре все шашлыки были съедены без остатка.

   Метель, как специально дожидалась окончания трапезы, и стоило нам сесть в машину, начался приличный снегопад.

   Однако доехали до города мы без проблем. Мысленно я поблагодарил кладовщицу Татьяну за новехонькую всесезонную резину.

   Дома Наталья Николаевна с улыбкой встречала своих дочерей. Те, раздеваясь в прихожей, оживленно рассказывали, как провели время в деревне.

   Когда мама со старшей дочерью ненадолго остались вдвоем, мать спросила:

   -Ира, как вы отдохнули, действительно так хорошо, как Женя говорит?

   В ответ дочь скорчила кислую физиономию и спросила сама:

   -Вот объясни мама, почему Женьке всегда везет? Отхватила ни за что, ни про что такого парня. Почему я такая неудачница, мне уже двадцать один год, и никто на меня внимания не обращает.

   От нахлынувших чувств она даже всхлипнула.

   Мама засуетилась.

   -Ну, что ты переживаешь, родная. Все у тебя будет хорошо. Начнешь работать, обязательно встретишь человека по душе. В вашем вузе найти нормального парня, сложно.

   А Жене не завидуй, у нее тоже ничего еще не ясно. Это она считает, что муж у нее уже в кармане. Хотя я уверена, что Сапаров так не думает.

   -Это точно, он себе на уме, - подтвердила дочь. - Я проверила.

   -Это еще как? - нахмурилась мать.

   -Ну, так, - смутилась Ирка, - хотела отбить у Женьки.

   -Получилось? - с интересом спросила Наталья Николаевна.

   -Ни фига, - ответила девушка, - Чурбан, чурбаном. Только о своей Женечке думает.

   К счастью, Ира так и не посвятила маму в подробности попытки соблазнения, поэтому та была уверена, что старшая дочь только стреляла глазками в сторону парня младшей сестры. Хотя Ира и была вполне современной девушкой для четвертого курса иняза, она отлично понимала, что можно рассказать родителям, а чего нельзя говорить ни в коем случае.

   Зима шла незаметно. Вообще, если судить по воспоминаниям, в прошлой жизни время тянулось для меня куда медленней, чем сейчас. Видимо для сформировавшегося разума время убыстряет ход, даже если этот разум находится в теле молодого парня. А тут еще прибавился совершенно иной ритм жизни. Свободного времени практически не оставалось. Иногда, от этого хотелось все бросить, и уехать, куда глаза глядят. Останавливала одна простая мысль.

   - Непонятно за какие заслуги, судьба дала тебе возможность прожить вторую жизнь, так попытайся хотя бы прожить ее лучше, чем первую.

   А вообще, если поразмыслить все было прекрасно. Учился я успешно, с преподавателями не ссорился, Зимнюю сессию сдал на пятерки и получал за это повышенную стипендию. Незадолго до зимней сессии в Питере мне на рабочий телефон позвонила женщина.

   - Саша, здравствуй, это Клара, ты меня еще помнишь?

   - Привет, Клара, о чем ты спрашиваешь, как я могу тебя забыть, такое не забывается!

   В трубке повисло непродолжительное молчание. Затем она спросила:

   - Ты не хочешь встретиться? Скоро сессия, ты должен приехать в Ленинград.