Молочник (СИ) - "noslnosl" - Страница 165

Блэк дёрнулся и невольно правой рукой потёр пятую точку. Люпин с удивлением покосился на меня и, кажется, заподозрил, что мы с Блэком видимся не первый раз.

— Где Гарри? — нахмурился он.

— Надеюсь, что должен вскоре прийти. Гарри в письме попросил нас составить ему компанию.

— Извини, Сириус, — виновато опустил взгляд Люпин. — Я был уверен, что это ты был хранителем… Ты не успел мне об этом сказать.

Блэк сел между мной и Люпином, положил правый локоть на стол и опёрся щекой на кулак.

— Сколько лет прошло, Римус… — протянул он.

— Мы были друзьями двенадцать лет, Сири, — от волнения у Римуса срывался голос. — Ты не представляешь, как я был расстроен, когда узнал о Джеймсе… А потом переживал, когда узнал о твоей невиновности. Прости, Сири, не знаю, возможно ли после такого считать меня другом…

— Понимаю, Римус, — тяжело вздохнул Сириус. — Понимаю, ты был уверен, что я предатель. На твоём месте я поступил бы так же. Надеюсь, теперь мы снова станем друзьями.

— Сириус, мне непонятно, зачем ты крутился возле Хогвартса? — спросил Люпин.

— О, Римус, — оскалился Блэк, — я искал нашего заклятого друга, Питера Петтигрю. Он был хранителем тайны Фиделиуса и выжил в тот день. Он жил под видом крысы в семье Уизли.

— Питер выжил?! — большие глаза Люпина передавали непомерное удивление. — Что ты с ним сделал?

— Хм… — Блэк покосился на меня, на его лице гуляла загадочная улыбка, от которой у меня по спине пробежало стадо мурашек. — Его больше нет, Римус. О, да! Смерть предателя была воистину жестокой, он перед этим долго страдал. Я никому не пожелаю так страдать… Разве что Сам-Знаешь-Кому.

Пытать Воландеморта Круцио, не давать похмеляться, а потом утопить в сортире?! Нет, на такого монстра у меня силёнок не хватит…

Видимо, мои мысли отобразились на лице, потому что Блэк усмехнулся.

— Сириус, ты поступил опрометчиво, назначая встречу Гарри, — с осуждением произнёс Люпин. — Мальчику сейчас угрожает опасность со стороны Пожирателей, но до тридцать первого числа следующего года он находится под кровной защитой в доме родственников. Стоит ему появиться в Лондоне…

— Именно поэтому я хочу забрать Гарри из Британии, — с твёрдой уверенностью заявил Блэк. — Он уже сдал СОВ, следовательно, может покинуть Хогвартс. Я заберу его в Бразилию, если он захочет, поступит доучиваться в Кастелобрушу. Не хочу подвергать опасности своего крестника.

— Сириус, ты не понимаешь, есть пророчество, по которому Сам-Знаешь-Кого может победить лишь Гарри, — сказал Римус. — Тебе надо на этот счёт пообщаться с Дамблдором.

— А больше ничего не надо? — огрызнулся Блэк. — Плевать я хотел на пророчества. У Сам-Знаешь-Кого слишком короткие руки, чтобы дотянуться до Бразилии.

— Если он захватит власть… — начал Люпин.

— Плевать! — перебил его Сириус. — Бразильцы насторожено относятся к Британским волшебникам, так что будет Сам-Знаешь-Кто у власти или нет, до нас с Гарри он не дотянется.

— А как же обычные волшебники? — спросил Люпин.

— Если им не нравится Сам-Знаешь-Кто, пусть берут палочки и закидывают его боевыми чарами или валят в другую страну, где кокосы и бананы, и много-много обезьян. Вы тут совсем охренели — возлагать миссию по победе над тёмным магом на ребёнка из-за какого-то пророчества! Кучка Пожирателей не устоит перед толпой волшебников. Где они все были, когда я ни за что одиннадцать лет провёл в Азкабане? Пожирателей, мать их Моргана, отпускали на свободу, а мне даже нормальный суд не провели!

Пока Сириус толкал возмущённую речь, к нашему столику подошёл бармен, его очертания потекли и нашим взорам предстал Альбус Дамблдор. То ли это была иллюзия, то ли трансфигурация, но меня впечатлило. На директоре был надет старомодный твидовый костюм коричневого цвета.

— Здравствуйте, мальчики, — начал он. — Сириус, рад тебя видеть. Прости старика, тогда были тяжёлые времена, упрощённое судопроизводство и ваши с Джеймсом секреты сыграли плохую шутку. Позволите старику присесть?

Не дожидаясь разрешения, он занял свободный стул.

— Директор Дамблдор! — удивился Блэк. — И вы тут?

— В этом ресторане сейчас находятся только члены ордена под Оборотным зельем, — сказал Дамблдор. — Похоже, я должен объясниться. Колин, подыши свежим воздухом, для молодёжи это полезно.

— Пусть пацан сидит! — возразил Блэк. — Он единственный адекватный волшебник в этом помещении, которому я доверяю.

— Вот как? — Дамблдор окинул меня удивлённым взором из-под очков-половинок. — Не он ли помог тебе поймать Питера?

— Это не ваше дело! — резко ответил Блэк.

— Ладно, Сириус, если желаешь, пусть мальчик останется, — сказал Дамблдор.

Блин, куда я попал? Прямо заговор Мадридского двора. Лучше бы отказал Гарри и остался в лавке Олливандера.

— Интересно, что же вы такого придумаете, чтобы я отказался от идеи спасти крестника? — со скепсисом вопросил Блэк.

— Сириус, ты многого не знаешь. Пришло время сказать тебе то, что я должен был сказать много лет назад. Сейчас вы узнаете всё. Я прошу только одного — немного терпения. Когда я закончу, буйствуйте на здоровье… я не стану никого останавливать. — Дамблдор осунулся и словно постарел разом на десяток лет.

Вскочив со стула, некоторое время Сириус сверлил Дамблдора взглядом, затем опять уселся на стул и приготовился слушать.

Дамблдор поглядел в окно на залитую солнцем улицу, потом снова посмотрел на Сириуса и начал:

— Многие удивлялись, почему я отдал Гарри его родственникам. Пожалуй, я один знал, какая огромная опасность ему угрожает. Тёмный лорд был побеждён несколько часов назад, но его сторонники всё ещё оставались на свободе, свирепые, отчаянные и безжалостные. Вдобавок, принимая решение, я должен был учесть перспективы на будущее. Верил ли я в то, что Тёмный лорд исчез навсегда? Нет. Я не знал, десять, двадцать или пятьдесят лет пройдёт до его возвращения, но был уверен, что рано или поздно он вернётся, а ещё, зная его как никто, был уверен, что он не успокоится, пока не убьёт Гарри Поттера.

Люпин и Блэк нахмурились, слушая директора Хогвартса. Дамблдор продолжил:

— Я знал, что познания Тёмного лорда в области тёмной магии более обширны, чем у любого другого из ныне живущих волшебников. Знал, что даже мои самые сложные и мощные защитные чары вряд ли уберегут Гарри, если Том вернёт себе всю былую силу. Лили пожертвовала собой ради спасения сына. Она дала ему такую надёжную защиту, какой никто и представить себе не мог, и она по сей день оберегает мальчика. Таким образом, я решил положиться на материнскую кровь. И я отнёс Гарри к сестре Лили, поскольку других родственников у неё не осталось. Но на семнадцатый день рождения, который наступит в следующем году, эта защита прекратит действовать, нам надо будет уберечь Гарри, спрятать в надёжном месте. Сейчас его нельзя забирать из дома родственников, защита должна набраться силы, а вот в августе можно будет перевезти Гарри в другое безопасное место.

— У меня дома в Бразилии Гарри будет надёжно спрятан, — сказал Блэк.

— Вы знаете, что Тёмный лорд пытался убить Гарри, когда он был ещё ребёнком, из-за пророчества, сделанного незадолго до его рождения, — видимо, Дамблдор намерено не произносил прозвище «Воландеморт», чтобы не привлечь его внимание в это кафе, ведь до этого он никогда не стеснялся называть его так. — Он знал об этом пророчестве, но ему была неизвестна его суть. Отправляясь в дом Джеймса и Лили, чтобы убить Гарри, он полагал, что выполняет предначертанное судьбой. Он обнаружил, что ошибался, когда направленное в Гарри заклятие рикошетом ударило по нему самому. Вот почему после своего возвращения в тело он был одержим одной мыслью: узнать полное содержание пророчества. Это и есть оружие, которого он так упорно добивался с момента своего возвращения, — знание того, как погубить Гарри. И он его получил.

— Я читал в газетах, что в магической Британии происходит Моргана подери что, именно поэтому хочу спасти крестника, — сказал Блэк. — Мне плевать на ваши пророчества!