Молочник (СИ) - "noslnosl" - Страница 155

На пасхальные каникулы мы не поехали домой, почти все ученики остались в школе.

Апрель пролетел незаметно. Из-за постоянной занятости казалось, что время ускорило свой бег, майские дни сменялись с невообразимой скоростью.

В заключительном матче по квиддичу Гриффиндор, как и ожидалось, проиграл Райвенкло, ведь у львов почти всех сильных игроков заменили на новичков. Вечером после матча я пересёкся с Гарри и Гермионой. Они были задумчивыми.

— Привет, вы чего такие хмурые?

— Привет, Колин, — кивнул Гарри.

— Здравствуй, — сказала Гермиона. — Колин, ты слышал, что кентавры рассердились, потому что Флоренц согласился работать у Дамблдора?

— И что нам с того?

— Ничего, но до этого был ещё какой-то конфликт, — продолжила Гермиона. — Ученики Хогвартса напали на кентавров. Уход одного из них к людям стал последней каплей…

— Мы только что были в Запретном лесу и наткнулись на кентавров, — перехватил словесную эстафету Гарри. — Они были очень агрессивными, хотя когда я встретил их в первый раз, всё было нормально.

— Ой, какие они нежные! — саркастично протянул я. — Даже ступефаем приложить нельзя, когда внезапно выпрыгивают из чащи и угрожают…

— Так это был ты? — удивился Гарри. — Это ты напал на кентавров? Зачем, Колин?

— Я учусь у Олливандера. Один раз мастер демонстрировал, как добывать волосы единорога. Так получилось, что я принял решение самостоятельно навестить единорогов. Не знаю, что там делали кентавры, но они выскочили и стали угрожать. А я тогда у Грюма занимался, так что ответил на рефлексах — послал Ступефай.

— Ты учишься у Олливандера? — недоверчиво спросила Гермиона. — Но как же — он лучший мастер палочек в Европе!

— И что с того? Если учиться, то у лучших.

— Так вот почему ты каждый день летом находился в Косом переулке! — обрадованно воскликнул Поттер. — Я на полном серьёзе думал, что ты торгуешь маглами в Лютном переулке.

— Пф-ф… Ха-ха-ха-ха! — меня прорвало на дикий смех.

Гермиона с недоумением смотрела то на Гарри, то на меня.

— Кое-кто не понимает шуток.

— Кое-кто не умеет шутить, — огрызнулся Гарри.

— В общем, в Запретный лес теперь лучше совсем не ходить, — сказала Грейнджер. — Учеников кентавры, может быть, не тронут, но нервы потреплют, а вот взрослого могут убить. Хагрид говорил, что они всем табуном чуть не забили до смерти Флоренца, он с трудом сумел его спасти.

— А ещё в лесу спрятан великан, сводный брат Хагрида, — перешёл на шёпот Гарри. — Великан огромного роста, намного крупней Хагрида, а ещё тупой и злобный.

— Гарри, лучше бы ты мне этого не говорил.

Если до этого считал Хагрида не самым лучшим разумным на планете, то теперь и вовсе его опасаюсь. Это сколько надо иметь мозгов, чтобы притащить к школе, полной людей — великана?! Зато стала ясна причина отсутствия полувеликана — ходил навещать семью. А может быть так, что великан действительно нужен? Раз Воландеморт копит силы, почему бы этого не сделать Дамблдору? Похоже, именно директор послал Хагрида за великаном.

Перед СОВ пятикурсники словно сошли с ума, Эрни Макмиллан ходил с маниакальным блеском в глазах и всюду читал конспекты и книги. Первокурсники Пуффендуя от него шарахались и без напоминаний по вечерам бегали на кухню за едой.

Окрестности замка сияли на солнце, как чисто вымытые; безоблачное небо улыбалось своему собственному отражению в искрящейся глади озера; по шёлковым зелёным лужайкам изредка пробегала рябь от лёгкого ветерка. Наступил июнь, но для студентов это означало одно: экзамены придвинулись к ним вплотную, всё прочее было откинуто как шелуха от семечек.

Я сдал на превосходно почти все предметы. Первым исключением стала астрономия, которую с трудом вытянул на удовлетворительно. Вторым исключением было ЗОТИ, поскольку экзамен у всех кроме пятого и седьмого курса принимала Амбридж. Я идеально выполнил все заклинания и ответил на заданные вопросы, профессор Амбридж, ехидно улыбаясь, приторно сладким голосом сказала:

— Милый, ты совершенно не знаешь мой предмет, — покачала она головой. — Тролль!

Это самая низкая отрицательная непроходная оценка, фактически свинушка намеренно завалила меня. Эта самка собаки решила вышвырнуть меня из Хогвартса. Учитывая, что она помощник министра, то дальнейший жизненный путь представлялся весьма красочно. Поскольку я больше не буду студентом Хогвартса, то выпаду из юрисдикции как ученик, и стану полноценным участником магического сообщества без права применять волшебство. Затем будет возвращение домой, внезапный рейд авроров, подброшенный артефакт или надуманное применение магии исключённым из школы и дальше по этапу в Азкабан.

Что делать? Я не хочу попасть в Азкабан из-за какой-то вредной самки собаки, наделённой властью.

— Спасибо, профессор Амбридж. Я буду стараться.

— Старайся, но вряд ли у тебя что-то получится, — победоносно ухмыльнулась Амбридж, она вся ликовала от совершённой пакости. — Ты же понимаешь, что тебя выгонят из Хогвартса и сломают палочку?

Я украдкой оглянулся по сторонам. Мы были в кабинете вдвоём, вся наша группа уже сдала, я был последним в очереди. Луна должна ждать меня возле кабинета. Портретов нет, призраков нет, свидетели отсутствуют. Мне больше нечего терять…

— Чего ты ждёшь, Колин, разве тебе не пора собирать вещи для отправления домой? — с издёвкой спросила Амбридж.

— Конечно, профессор Амбридж.

Палочка после демонстрации чар всё ещё была у меня в правой ладони, хотелось оглушить преподавателя, стереть память и вывезти в лес. Эта мысль казалась такой заманчивой и в целом выполнимой. А что? Порт-ключ в Скандинавский волшебный лес имеется, оглушить и уменьшить противника смогу.

Но нельзя так поступать… Нет страха, что меня найдут, ведь всё можно провернуть так, что никто ничего не докажет — попрошу Луну стереть мне память, после чего сам не вспомню о совершённом преступлении. Я опасаюсь потерять человечность, превратиться в маньяка. К тому же заниженная оценка по предмету теоретически может быть исправлена, надо вначале обратиться к директору или замдиректора.

Плюс если выгонят из Хогвартса — это не конец света. Свалю в другую страну, хрен меня там достанут британские маги. Как Сириус Блэк попрошу политического убежища из-за преследования со стороны британского Министерства магии. Те же французы или болгары примут английского волшебника-беженца, поскольку имеют зуб на Фаджа.

С огромным трудом удалось остановить себя от опрометчивых поступков. Я вышел из класса. Рядом с дверью в коридоре ждала Луна.

— Ты долго, — сказала она, — как всё прошло?

— Амбридж завалила меня. Плевать она хотела на идеальные ответы и демонстрацию чар, влепила тролля. Есть шанс, что меня отчислят из Хогвартса. Вот такие последствия противостояния системе…

— Как же так? — опешила Луна. — Ты же знаешь все заклинания ЗОТИ на уровне ЖАБА!

— А кому я это докажу? Амбридж? Это пятикурсникам хорошо, они поиграли в благородных подпольщиков-революционеров, потом спокойно сдали экзамен беспристрастной комиссии. А я теперь в министерском списке неблагонадежных. Самый худший кошмар начинает сбываться, Амбридж сделает всё, чтобы у меня отобрали палочку, дай мироздание, если при этом не сотрут память. Но знаешь, Луна, мы весело провели с тобой время, надеюсь это того стоило.

— Надо рассказать об этом Макгонагалл, — предложила Лавгуд.

— Я думал об этом.

Мы пошли на второй этаж к кабинету замдиректора. Я постучал.

— Войдите, — раздался изнутри голос профессора трансфигурации.

— Здравствуйте, профессор Макгонагалл.

— Присаживайтесь, мистер Криви, мисс Лавгуд, — профессор Макгонагалл указала на пару стульев, стоящих перед её столом, она отодвинула в сторону пачку пергаментов. — Что вас привело ко мне?

— Профессор, у меня проблема с ЗОТИ. Я ответил на все вопросы профессора Амбридж, продемонстрировал все заклинания, которые требовала преподаватель, даже те, которых не было в билетах за четвёртый курс — вплоть до уровня ЖАБА, но после этого получил оценку тролль. Профессор Амбридж сказала, что меня выгонят из Хогвартса и сломают палочку.