Morbus Dei. Зарождение - Бауэр Маттиас - Страница 47

– Все кончено, – Каррер с силой вдавил колено ему в грудь.

– Не в этот раз.

Сейчас!

Иоганн отыскал пальцем углубление на рукояти и надавил. Клинок резко выдвинулся на половину своей длины, пробил Карреру глаз и вошел глубоко в череп.

Якоб раскрыл рот и дернулся, издал утробный рык, какого Иоганну еще не доводилось слышать. Из носа хлынула кровь, вены на лице обмякли. Тело напряглось и завалилось на бок.

Каррер был мертв.

Иоганн перекатился в сторону и несколько секунд лежал, хватая ртом воздух.

Он выжил. В который раз. Но не ощущал прежней эйфории – лишь пустота ширилась в его душе. Теперь все складывалось иначе, и ему незачем было бороться за жизнь, если…

Сев, Иоганн взглянул на ее неподвижное тело.

– Элизабет! – В горле саднило, и он едва мог говорить. – Элизабет, ты слышишь меня?

Она не отзывалась. Лист с трудом поднялся на ноги, быстро пересек комнату и склонился над ней.

– Элизабет, все позади… Элизабет, прошу… не оставляй меня… иначе все было напрасно!

Господи, прошу тебя! Не дай ей умереть!

Тихий вздох. Элизабет застонала и открыла глаза. Иоганн обнял ее, поцеловал в лоб.

– Элизабет… Слава богу!

– Иоганн, – растерянно проговорила она. – Что… – Тут взгляд ее упал на Каррера. – Отец?

– Не смотри… это был уже не твой отец.

– Нет, – с грустью прошептала Элизабет. – Он был моим отцом. До последнего.

Она перевела взгляд на деда, хотела что-то сказать, но Иоганн покачал головой.

– Мы уже не в силах ему помочь, Элизабет. Надо уходить, немедленно!

Лист помог ей подняться и повел к двери, но девушка удержала его за руку.

– Подожди, я хочу попрощаться с ним.

– Элизабет, нам…

Слезы подступили к ее глазам, но Элизабет решительно сжала губы. Иоганн отпустил ее. В конце концов, что решат эти несколько секунд?

Элизабет подошла к телу в углу, опустилась на колени. Провела дрожащей рукой по редким волосам, доброму, изборожденному морщинами лицу, спокойному и умиротворенному. По щекам ее потекли слезы, но она сделала глубокий вдох и взяла себя в руки. Сейчас некогда было проливать слезы.

Спасибо тебе, дедушка. За все.

Элизабет наклонилась и поцеловала его в лоб.

Тихий стон вырвался из уст старика.

Элизабет замерла. Потом услышала снова: слабое, едва уловимое дыхание, ошибки быть не могло.

– Иоганн, сюда! Дедушка… он жив!

В глазах ее светилась радость.

Лист быстро подошел, приложил пальцы к шее старика, как научился на полях сражений. И почувствовал слабый пульс.

Элизабет оказалась права – Мартин Каррер был еще жив!

– Помоги поднять его, я понесу.

Они вместе подняли старика, потом Иоганн осторожно взвалил его на плечи. Далеко он бы его не унес, но пока было терпимо.

Они вышли из комнаты.

Иоганн и Элизабет осторожно выглянули наружу.

Густой дым, подобно осеннему туману, окутывал дома, повсюду лежали тела убитых. Изгои грабили уцелевшие дома, призраками скользя среди развалин.

Все стихло; слышен был только треск пламени, пожирающего дома.

Все закончилось, месть свершилась.

Элизабет невольно простонала.

Иоганн сжал ее руку.

– Пойдем к сараю Риглера. Там наверняка найдутся пригодные сани.

Девушка молча кивнула.

Занимался рассвет, первыми лучами тронул верхушки гор – словно контрастом произошедшему ужасу.

Иоганн и Элизабет осторожно пробирались от одного дома к другому. Иоганн тяжело дышал, ноша на его плечах становилась все тяжелее. К счастью, идти было недалеко.

Они добрались до сарая. Внутри стояли большие сани, и в стойле даже оказался вол, напуганный, но невредимый.

– Кто бы мог подумать, – сказал Иоганн и потрепал вола по шее. – Тебя-то мы и запряжем в сани.

Рядом кто-то зарычал. Иоганн и Элизабет замерли.

Рычание смолкло, сменилось тихим поскуливанием. Из темноты показалась собака, вся черная от грязи и копоти, но не узнать ее было невозможно.

– Вит! – радостно воскликнула Элизабет.

Пес оскалился, словно ухмыльнулся, и закрыл глаза, когда девушка погладила его за ухом.

– Поедешь с нами, грязнуля!

Вит гавкнул в знак согласия.

Иоганн уложил Мартина на сани, набрал охапку соломы и укрыл его. Потом Элизабет сняла с балки старую попону и укутала ею деда. Старик понемногу приходил в себя.

Лист запряг вола и помог Элизабет влезть в сани.

Когда все разместились, старик открыл глаза и растерянно огляделся.

– Что…

Элизабет взяла его за руку.

– Не волнуйся, дедушка… все хорошо.

– Элизабет?.. Что же…

– Тсс, позже я все объясню. Сейчас тебе нужно отдохнуть.

Старик медленно кивнул и снова положил голову на доски.

Иоганн развернулся к ним.

– Помолитесь, чтобы они не заметили нас. – Потом снова посмотрел вперед, слегка дернул поводья. – Ну, с Богом.

Сани пришли в движение.

Когда они катили прочь от деревни, никто не заметил закутанные в рясы фигуры, стоявшие на холме и провожавшие их взглядами.

Одна из них была совсем маленькая.

Она помахала им вслед.

XLIV

Деревня скрылась из виду, и Иоганн остановил сани. Далеко позади них в небо тянулся черный столб дыма.

Мартин Каррер неотрывно смотрел в сторону деревни, где он родился. Где прошла вся его жизнь. Где он познал столько радости и горечи. И которая теперь превратилась в добычу для пламени – в место, где царила лишь смерть…

И они.

Элизабет бережно взяла его за руку, но старик мягко высвободился.

– Не сейчас, дитя мое… Дай мне побыть немного со своими мыслями.

Девушка понимающе кивнула и посмотрела на столб дыма. Потом испуганно взглянула на Иоганна.

– Книга. Она осталась…

Лист махнул рукой.

– Теперь это не так важно, – ответил он спокойно. – Книга там, где и должна быть. И вот еще…

Иоганн задумался. Вопреки его опасениям, сани легко шли по снегу. Похоже, им действительно удастся выбраться из долины.

И потому не следовало откладывать.

– Что ты хотел сказать?

Иоганн слез с саней.

– Элизабет…

Она взглянула на него с тревогой.

– Ты должна посмотреть, не заразился ли я.

– Нет… – вырвалось у Элизабет против воли. Она закрыла глаза.

– Надо.

Лист скинул куртку, потом стянул рубашку и стал медленно поворачиваться.

Один раз, потом второй.

Элизабет осторожно открыла глаза, посмотрела, но не увидела черных прожилок. И рана на животе уже не кровоточила.

– Ничего. Ты не заразился! – воскликнула она с облегчением.

Иоганн улыбнулся и оделся. Утренний мороз взбодрил его; он чувствовал, как к нему возвращаются жизненные силы.

Снова перехитрил костлявую. И новая жизнь впереди.

Иоганн невольно усмехнулся. Влез обратно в сани и обнял Элизабет. Потом запустил руку в карман и вынул серебряную цепочку.

– Она принесла мне удачу.

Он надел цепочку на шею Элизабет и застегнул.

– Я знала, что ты вернешь ее, – негромко сказала девушка.

Старик молча наблюдал за ними. Они остались живы, и только это имело значение. Он знал, что Элизабет теперь в надежных руках.

И что у них есть будущее.

– Куда мы поедем? – спросила Элизабет.

– Куда захочешь.

Она улыбнулась.

– Но для начала мне нужно забрать свои деньги, – добавил Иоганн, нахмурившись.

– Ты ни разу не говорил, что у тебя есть деньги.

– Один крестьянин взял их на хранение. Хоть и ненадолго.

Лист подмигнул ей и дернул поводья.

Сани заскользили по искрящемуся снегу…

Эпилог

Вит радовался, что они покинули это жуткое место, где все было пропитано этим неприятным запахом. Он и раньше чуял этот запах, когда бывал с людьми в лесу.