Я не умею! (СИ) - Сволота Евпатий - Страница 30

Гоблин рассыпался в благодарностях, а я про себя хмурился. Так-то мне не жалко было ему помочь, но зеленокожий явно рассчитывал идти дальше с нами, а у нас и группа уже сработалась, да и лишний свидетель в кладезе мне точно был ни к чему.

Ни Джон, ни Хркх этого знать не могли, поэтому к новому члену в группе отнеслись весьма дружелюбно. Стихийник решил даже покомандовать новичком:

- Эй, гоблин, как там тебя зовут? Сможешь наложить на нас всех иллюзию невидимости? Мы тогда вообще без проблем лабиринт пройдем!

Так то мысль у Джона была здравая. По тому, как загорелись его глаза, я понял, что уж очень грустно ему будет с этой идеей расставаться. Почему расставаться? Гоблин всем своим видом демонстрировал нам смущение:

- Меня это… Шимм зовут… А маг я, если честно, слабый… Корр, мы уже знакомы с тобой, правда, ты меня узнать не сможешь без подсказки. Помнишь того самого гоблина с тыквой вместо башки в приемной Лариэль? Это я!

Вообще, этот зеленокожий действительно умел удивлять. Если в какой-то период моей жизни вместо башки у меня была бы тыква, я бы это постарался, во-первых, вытеснить из памяти, во-вторых, никому об этом не напоминать. Опять же в голосе гоблина, когда он сказал, мол, «это я», прозвучала какая-то странная для меня в этом случае гордость. Как будто старый гном признавался, что именно он некогда нашел ту самую шахту, в которой оказалась куча драгоценных камней и ценной руды.

Гоблин явно ждал от меня какого-то ответа. Я, немного растерявшись, наконец, дал его:

- Эмм… Шимм, да? Теперь я точно постараюсь тебя запомнить. - лицо гоблина после этих слов стало излучать всепоглощающее дружелюбие, решил отвлечь его вопросом, - Кстати, ты можешь нам как-нибудь помочь в прохождении лабиринта?

- Ну конечно! - отозвался на мой вопрос тыквоголовый (мысленно я решил называть его теперь именно так). - Я буду петь вам веселые ободряющие песни, которые поднимут ваш боевой дух!

- Твою ж за ногу… - матюкнулся за спиной гоблина Джон, но зеленокожий этого даже не заметил.

Энтузиазм от приобретения нового спутника отряда стал отпускать Джона. Брать гоблина с собой не позволяла логика, но и оставлять здесь не позволяла совесть. Фиг с ним. Что-нибудь по дороге да придумаем...

Шимма в нашей цепочке мы решили поставить между мной и Джоном. Замыкающим его оставлять никак нельзя, так как гоблин полностью беззащитен, а из-за поворота всегда мог выскочить очередной «приятный» сюрприз.

Перспектива слушать «ободряющие песни» пришлась по сердцу только троллю. Мы с Джоном еле-еле уговорили гоблина заткнуться и лишний раз не шуметь. После всех уговоров зеленокожий обрадовал нас новостью, что петь он передумал, но непременно по дороге будет сочинять «героическую поэму о нашем приключении»… Мы с Джоном дружно эту идею одобрили, настояв на том, что сочинять непременно нужно молча, продумывая, так сказать, тщательно все нюансы про себя.

Путь наш, кстати, становился с каждым шагом — чем ближе был центр — сложнее. Отвлекаться на гоблина или другие глупости было никак нельзя. Подметил это не только я — в голову тролля за очередным поворотом с гулким стуком прилетело не просто куча стрел, а целое здоровенное бревно. Мы даже затихли, выжидательно глянув на замершего тролля.

Хркх после минутной паузы крякнул и вполне по-философски изрек:

- Однако ж…

Потом был коридор, полный ловушек, и новый поворот. То, что мы за ним увидели, не понравилось никому. Гоблину не понравилось настолько, что его просто вырвало. Тролль изрек очередную нерушимую, как камень, истину:

- Хркх не хотеть туда идти… Не советовать…

Очень мудро было с его стороны «не советовать» идти туда, где валялся зашедший перед нами в лабиринт остроухий с уже выпущенными кишками наружу.

- А-а-а… - услышал я жалобный растерянный голос Джона за спиной.

Стихийник, опираясь о стену, присел на корточки, пробуя восстановить сбившееся дыхание и взять себя в руки:

- Я знал его. Нормальный был парень, если не считать того, что это был эльф…

Весьма емкая характеристика. Я бы так о каждом остроухом мог сказать.

Группа, которая мгновение назад была какой-никакой боевой единицей, сразу превратилась в кучку перепуганного народа. Жаль до ужаса этого незнакомого мне эльфа, но нельзя! Нельзя расслабляться!

В отличие от остальных, я мысленно не грешил ни на какую ловушку. Это точно был монстр! Следы когтей и зубов не вызывали сомнений. Тот самый монстр, и он где-то рядом!

- Джон, возьми себя в руки! Всё потом!

Стихийник осоловело уставился на меня успевшими потяжелеть от слез глазами. Эх, Джон!.. Ты слишком сентиментален для лабиринтов и чудовищ…

- А ты не думал, что это все могла сделать, допустим, огромная ромашка, которая сейчас где-то недалеко бродит отсюда…

Эта идея помогла Джону встряхнуться и взять в себя в руки. Кивнув мне, он бодро вскочил на ноги и стал помогать подняться гоблину, который все это время стоял рядом на четвереньках.

Как только народ пришел в себя, Джон обратился ко мне:

- Корр, какие идеи? Куда идем?

Наверное, разумно было бы обойти изуродованный труп, но расчеты не могли меня обмануть. Как раз за следующим поворотам лабиринта должен был быть центр.

Ну что ж… Видимо не просто так на Пангее поговаривают, что сильные монстры чуют тайники. Не бывает сокровища без стража, золота без охраны, награды без наказания…

Почему монстр именно здесь? Может, Лариэль что-то чувствует, поэтому приказала своей зверушке охранять кладезь? Кто знает, да и сейчас это не важно. Где-то рядом нужная мне до зарезу гномья скрижаль, и я доберусь до неё при любом раскладе!

Перехватив поудобнее в руках огнестрел, обратился к группе:

- Народ, курс не меняем. Смысла нет. Все равно опасность может оказаться за любым углом…

В этой простой мысли не было лжи. Кладезь кладезем, но логику монстра до конца я все равно не понимал. Суета сейчас только все испортит.

Построившись в цепочку мы, наконец, заглянули за очередной поворот.

Да! Это было оно! Кладезь! Народ этого знать не мог и лишь с удивлением подмечал несколько непривычную конфигурацию лабиринта.

- Ого! Красотища какая! А что это? - спросил гоблин, указывая на изысканную резьбу по камню, расположенную на одной из стен.

Удивление было логичным. До этого ничего подобного нам не встречалось. Да и не в музей вроде как пришли…

- Сейчас разберемся! - нарочито бодро сказал я ребятам и, схватив факел с крепления у стены, стал внимательно разглядывать закорючки в поисках нужной для открытия замка.

Чтобы народ лишний раз не нервничал, решил его успокоить пусть несколько сумбурной, но весьма оптимистичной на мой взгляд речью:

- По моим ощущениям мы сейчас прямо в центре лабиринта, - я решил всё рассказывать, как есть, не углубляясь слишком в детали, - Тут вполне может быть что-то важное для нас, какая-то подсказка, карта или даже ключ. Давайте немного задержимся…

Ответом на мою нарочитую бодрость было молчание. Потом я услышал тихое поскуливание гоблина за спиной. Странное эхо в коридоре… Шаги… Что-то очень похожее на царапанье когтей по каменному полу… Оборачиваться не хотелось от слова совсем. Краем глаза увидел, как Джон рядом со мной стал в боевую позицию и, сплюнув на пол, также весьма по-философски изрек:

- В жопу такие цветочки!...

Глава 19. В тайнике

На Пангее есть такая поговорка — всё всегда случается в нужное время. Вот, ей-богу, до этого дня у меня не было претензий к народным выражениям. Теперь появились. Я бы это самое выражение несколько изменил — все самое важное случается, когда ты не готов, занят чем-то до посинения важным, лег спать или банально отвлекся по нужде. Именно в это время кто-то начнет веселье: либо в чью-то озлобленную рожу выплеснется кружка гномьего самогона и начнется мордобой, либо без тебя (само собой, по «нелепой случайности») начнется дележка добычи.