Страшный суд начался
(Второе пришествие богов…) - Дэникен Эрих фон - Страница 15

Увы, многие не отваживаются открыто сказать то, что думают. А я говорю откровенно, без всяких оговорок и обиняков.

Давно знакомая картина. Утверждение о том, будто инопланетяне не могли совокупляться с землянами, давным-давно ушло в прошлое. Было бы излишним вновь повторять аргументы. («И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его…» Быт. 1, 27).

В драме доисторического прошлого Всевышний, командир межгалактической станции, вне всякого сомнения, располагал куда более точными картами, чем его взбунтовавшиеся подчиненные. С заботливым участием и вниманием наблюдал он за развитием событий на Земле. В результате плотского совокупления инопланетян с обитателями Земли на свет появились существа, само существование которых противоречило линии эволюции вида homo sapiens. Это и было то самое грехопадение, о котором говорится в мифологии разных народов. После него люди унаследовали искаженные генетические программы-послания. Так, в той же книге Бытия недвусмысленно сказано: «И раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем» (Быт. 6, 6). Итак, Всевышний был вынужден каким-нибудь образом прекратить неудавшийся эксперимент с человеком и начать все сначала. Но как это сделать? Вполне возможно, что поверженные ангелы обладали мощным оружием, могли укрыться в пещерах и несокрушимых зданиях. Таким образом, истребить злых поодиночке не представлялось возможным.

В легендах и разного рода религиозных текстах не уточняется, был ли Всемирный потоп предусмотрен заранее или произошел в результате падения на Землю огромного метеорита. Искусственно вызванный потоп — вещь вполне реальная (сегодня мы прекрасно знаем это), да и метеориты достаточно часто падают на нашу Землю. Как бы то ни было в любом случае должен был заранее знать точную дату катастрофы. Ведь только в этом случае он мог предупредить добрых и дать им все необходимые наставления о строительстве корабля.

Эта точка зрения, с которой я пытаюсь оценивать свидетельства древних легенд и религий, так сказать, в новом свете, во многом продиктована современным прогрессом. Впервые я публично высказал ее в 1964 г.

Именно тогда канадская газета «Дер Нордвестен» впервые набралась мужества опубликовать обширную, на целую страницу, статью, вышедшую из-под моего пера. За ней последовали многочисленные книги, посвященные отдельным темам и проблемам. Естественно, новая мировоззренческая концепция — это прежде всего теория, гипотеза, даже если она во многих областях давно переросла рамки гипотезы. ФИЛОСОФИЯ ПАЛЕОКОНТАКТА — это мировоззренческая концепция, позволяющая свести воедино и объяснить прежде совершенно необъяснимые аспекты религиозных преданий. В любом случае планомерный анализ древних свидетельств с современной точки зрения имеет куда больше смысла, чем богословские кульбиты, порядком надоевшие нам за многие тысячелетия и сохранившиеся только в силу жестокого диктата, требовавшего непременно принимать их на веру.

Почти девяносто лет назад профессор богословия Карл Гиргензон писал:

«Мы живем в эпоху, когда прогресс человечества продвигается вперед невиданными в истории темпами. То, что в настоящий момент представляется большинству людей совершенно немыслимым, вполне возможно, уже вызревает и осмысляется в тиши кабинетов и исследовательских лабораторий. Через несколько недель о нем узнают все специалисты, а через несколько лет оно станет достоянием всех мало-мальски образованных людей. Никогда еще извечный спор между отцами и детьми не достигал такой остроты и напряженности, как в наши дни».

Эти слова были сказаны еще в 1910 г. Увы, достопочтенному профессору Гиргензону довелось увидеть лишь первые лучи на заре великой утопии. А мы с вами живем в самой гуще поистине утопичной реальности. Что же касается меня, то для меня лично богословие в его прежнем значении — это полный мрак. Богословы вправе сколько им угодно верить в откровение, однако им не удастся выдать за рациональное нечто такое, что начисто лишено рационального зерна. При этом я нисколько не беру под сомнение научный характер систематического богословия. Его представители сопоставляют священные тексты с историческими фактами и свидетельствами, издают старинные рукописи или путем сравнительного анализа стремятся оценить достоверность тех или иных текстов. Вопрос: какие именно пророки где и когда оставили пророчества о приходе Мессии? Какие из этих пророчеств можно считать подлинными, какие имеют меньшую историческую достоверность, и, наконец, к каким следует относиться более сдержанно? С какими еще изречениями перекликаются пророчества XY? Словом, богословие вполне заслуживало бы титула науки, если бы не само название этой дисциплины — «богословие». Дело в том, что само название «богословие», или теология, происходит от двух греческих слов: теос (= Бог) и логос (= слово), то есть Божье слово[32]. именно этим, то есть изучением слова Божия, богословие и не занимается. Между тем каждый богослов глубоко убежден, что он отдает все силы именно изучению Божьего слова, ибо в противном случае он занялся бы каким-нибудь иным делом, а это убеждение уже само по себе есть вера. В самом деле, люди именно верят в то, что священные писания и тексты с менее высоким сакральным статусом действительно были продиктованы самим Богом или явлены в откровении неким достойным избранникам. Но что же останется от текстов, если убрать веру?

Сами тексты. Правда, они утратят ореол святости. Они могут пользоваться уважением благодаря своей древности, с ними принято обращаться с особым почтением и бережностью, ибо они донесли до нас повествования о временах, о которых не сохранилось никаких исторических свидетельств. Однако они должны быть подвергнуты научному анализу, ибо содержат в высшей степени интересный материал. Именно потому, что вера в святость этих текстов отсутствует, о них можно говорить по существу. А между тем именно вера в их святость и является главным препятствием для текстологического анализа.

С другой стороны, ФИЛОСОФИЯ ПАЛЕОКОНТАКТА также исходит из представлений и утверждений, которые хотя и выглядят в высшей степени убедительными, однако доказать их пока что невозможно. Но разве в богословии дело обстоит иначе? Где точные научные доказательства и свидетельства в пользу истинности ее посылок? Там ведь на каждом шагу встречается субъективизм и вкусовщина[33], а о вкусах, как известно, не спорят. Дело усугубляется еще и тем, что, когда происходит смена поколений и особенно остро ощущается веяние духа времени, людей обычно охватывает внутреннее смятение. Одни из них стремятся обрести надежный оплот[34] в вере, другие жаждут найти истину путем знаний. Так наука превращается в «создание» все новых и новых знаний.

С точки зрения точной науки изучение богословия абсолютно бесполезно. Дело в том, что богословие кишмя кишит всевозможными противоречиями, и в нем многое зависит от вероучительных или просто вкусовых установок той или иной школы. То же самое можно сказать и о ФИЛОСОФИИ ПАЛЕОКОНТАКТА. Однако в последней присутствует четкая линия, позволяющая объяснить непонятное и сделать широкий шаг навстречу здравому смыслу. В самом деле, ФИЛОСОФИЯ ПАЛЕОКОНТАКТА позволяет найти смысл в, казалось бы, совершенно бессмысленных вещах. Прилежные оккультисты могут теперь спокойно погасить свои лампы и предложить братьям из тайных обществ снять свои магические облачения. Пресловутые святыни и предметы веры, пользовавшиеся неизменным спросом на рынке на протяжении многих тысячелетий, сделались тяжким бременем для современного человека. Благодаря современному уровню знаний мы можем предложить достоверную и доступную трактовку событий далекого прошлого. И это — не просто игра случая или счастливое совпадение; нет, это заложено в самой природе вещей. Яблоки падают с ветки только тогда, когда они окончательно созрели. Поэтому мой прадед и помыслить не мог о гипотезе, которую я сегодня отстаиваю. Он и понятия не имел ни о космических полетах, ни о генах и манипуляциях с ними, а ангелы для него были, вне всякого сомнения, посланниками Божьими. Голограмму он счел бы за некое призрачное видение, а телевизор — за говорящее стекло. Хвала тебе, камень святого Берлица. Завеса, окутывавшая прошлое, приподнялась не потому, что просто подошло к концу очередное тысячелетие, а потому, что развитие науки и техники позволило распахнуть створки врат, ведущих в минувшее. И чтобы люди будущего где-нибудь в 2100 г. могли обсуждать возможность массовых полетов в космос, изобрести сверхмощные компьютеры и по- настоящему расшифровать генетический код человека, мы должны уже сегодня поставить вопросы, на которые им предстоит искать ответ. Допустим, мой прадед двести лет назад сделал поистине эпохальную находку. В некой потайной пещере он обнаружил таблички, испещренные загадочными письменами, которые ученым удалось-таки расшифровать. Предположим, в них говорилось, что население Земли с откровенной неприязнью относилось к путешественникам и встречало их крайне негостеприимно. Как же должен был поступить с этими табличками мой прадед и, главное, ученые мужи, жившие двести лет тому назад? Им не оставалось бы ничего иного, как восхищаться поразительной фантазией неведомого автора да порассуждать об аллегориях (= иносказательных уподоблениях). Но главный их вывод звучал бы примерно так: относись с дружелюбием к пришельцам, даже если не знаешь, откуда они пришли к тебе. Ученые двухсотлетней давности незамедлительно объявили бы эти таблички с текстом древним эпосом, поскольку другая, более конкретная мысль, попросту не могла бы прийти им в голову. А уж возможность в недалеком будущем полетов человека в космос они не стали бы и обсуждать. Каких-нибудь двести лет назад никакой здравомыслящий человек не стал бы всерьез обсуждать подобные темы.