Злая Кровь (CИ) - Константа Людмила - Страница 78

- Ярослава?

Я хотела сказать, что хорошо, постою здесь и не пойду следом, но тут я заметила, что вокруг стоит не естественная тишина. Схватив мужчину за локоть, я знаками дала понять, чтобы он осмотрелся вокруг внутренним зрением. Самаэль так и сделал, вернее, попытался, но ничего подозрительного не увидел.

Встряхнув его за плечи, я зашептала:

- Смотри внимательней, вокруг нас плотный купол, он гасит все звуки.

- Ярослава, это ты у нас Видящая, а я никакого вмешательства не чувствую, хотя это и странно, но Браоза я тоже потерял из виду.

Чувства страха не было, но это лишь потому, что я знала, что рано или поздно, но это произойдет, не зря же все последние недели я только и занималась провокацией, добровольно беря на себя роль живца. Жаль только в этот момент попался Самаэль, но надеюсь, что я предусмотрела все и опасность ему не грозит. Меня-то никто трогать не будет, я нужна живой, по крайней мере до того самого момента, как преступники не поймут, что Сангреаля больше нет. Все, что от него осталось, я вместе с Шармадом выкинула в глубокое озеро академии.

Напряженно озираясь по сторонам, он буркнул:

- Надо возвращаться, начинается метель, в таких условиях мы ничего не найдем, да и замерзнем. Подождем до рассвета, это не так уж и долго, а потом вернемся сюда с ребятами вместе. Если здесь и правда стоит Полог Тишины, как ты говоришь, то Браоз однозначно спрятал здесь что-то интересное, или кого-то.

Да нет, скорее всего, это просто ловушка. Продрогнув до костей, я застучала зубами:

- А ты уверен, что ты видел именно Браоза?

Самаэль скупо улыбнулся:

- Ночью мы видим даже лучше, чем днем, яркие цвета не отвлекают.

Не переставая трястись от холода, я взяла его под руку и кивнула:

- Пойдем, ты прав, в такую погоду мы ничего не найдем, а воспаление легких заработаем легко.

Мы обнялись, стараясь сохранить крохи тепла таким не хитрым способом, а потом кто-то прямо на ухо мне прошептал:

- Уже уходите? А я так рассчитывал, что вы спуститесь в грот.

Самаэль отреагировал молниеносно, но те, кто нас окружил, были к этому готовы, потому что с разных сторон в него полетело что-то вроде паутины и он, чертыхаясь, свалился прямо на землю. Я четко увидела ауры двоих нападающих, больше никого не было, но и с таким раскладом сопротивляться не было смысла, как и пытаться помочь синигами.

Вперед вышел торжествующе улыбающийся Браоз л-Амори, а мне на горло легла чья-то холодная рука и недвусмысленно сжала, как бы говоря, что дергаться сейчас, это не лучшее решение, хотя я и не собиралась. Мне нужно было попасть к их главному, так сказать мозговому центру, вряд ли всю это компанию провернуло двое.

Браоз опустился рядом с Самаэлем на корточки и потрепал по щеке, как нерадивого щенка:

- А я тебе говорил, не тот объект для воздыханий ты выбрал, помнишь? Вот тебе и результат.

Самаэль отправил синигами по такому адресу, что даже я, далеко не ханжа, ощутила на щеках предательский жар. Браоз все с той же улыбкой, одним ударом отправил его в нокаут.

- Никакого воспитания.

- Вы кто? – спокойно поинтересовалась я, подумав, что для Самаэля сейчас, это, наверное, лучший выход, чтобы он побыл в бессознательном положении.

Тот, кто меня держал, склонился к самому уху, но горячего дыхания я так и не ощутила.

- А я думал, что ты помнишь меня и ждешь встречи.

- Художник? – неприязненно отозвалась я.

Почему пришел именно он? Ни за что не поверю, что вся секта Художников Жизни, это всего пара человек.

Стоящий за спиной мужчина удивился:

- А ты ждала кого-то еще? Девочка моя, да ты вся ледяная! Браоз, бери этого строптивца и пойдем, наконец, не будем морозить нашу драгоценную гостью.

- Так может бросить его здесь? Он ведь тяжелый, какой смысл его тащить с собой…

Художник был очень сдержанным мужчиной, но мельтешение младшего компаньона сильно его раздражали.

- Я что-то не понятно сказал?

Синигами был достаточно мудр, продолжать спорить не стал, кое-как взвалил на себя тело Самаэля и понес, шагая далеко впереди нас, видимо хотел соблюсти большое расстояние до своего хозяина. Идти никуда не хотелось, но других вариантов пока не было, поэтому пришлось подчиниться. Художник, к слову, так и не отпустил мою шею, словно ему нравилось держаться за нее.

- И куда мы идем?

Я задавала вопрос, думая, что мне не ответят, но некромант выбрал самый любезный стиль поведения, видимо ему очень хотелось добиться от меня расположения:

- Система подземных ходов здесь имеет много уровней. Мало кто знает, но они проходят под озером и имеют много выходов, один из которых ведет прямо к порту Сатамашто. Ты, наверное, хочешь узнать, откуда мне это известно? Я провел здесь немало лет своей жизни, учась на факультете врачевателей, и все свое свободное время проводил в библиотеке. Там есть очень интересные экземпляры книг, где подробно описывается история этих мест, в том числе с картами подземных ходов. Жаль, но именно из-за этого и пришлось забрать с собой вашего библиотекаря, он грозил пойти к ректору и рассказать про эти книги. Мне-то на них плевать, но вдруг стали бы поднимать записи с фамилиями тех, кто брал это старье для изучения?

- Он жив? – мрачно поинтересовалась я и сама себя оборвала, лучше думать о том, что порт в моем плане предусмотрен не был и, если я хочу, чтобы о происходящем стало известно, мне ни в коем случае нельзя спускаться в грот и идти в город.

Библиотекарю уже не поможешь, такие люди, как этот сумасшедший, не оставляет следов. Он ведь вполне мог просто уничтожить архивные записи, вряд ли за прошедшие годы кто-то бы вспомнил не только его фамилию, а хотя бы примерно, как он выглядел.

- Зачем нам в порт?

Идущий так, словно был налегке, а не тащил взрослого тяжелого мужчину, Браоз хохотнул, а некромант все так же спокойно пояснил:

- Чтобы отправиться домой, сестра моя, конечно же, домой. Жаль, что ты не согласилась со своей матерью и не отправилась с ней в Эрве, это помогло бы сейчас избежать многих проблем.

Услышав про мать и поняв, что он знает о сути нашего с ней разговоре, а стало быть, в курсе и всего остального, я окончательно запуталась. Выходило, что она связана с его сектой, только как, если после моего рождения у нее не осталось никаких сил? Она не может проводить ритуалы, для Художника она как практический материал абсолютно бесполезна.

- Я тебе не сестра, - буркнула я, от избытка чувств даже переходя на «ты» и не замечая этого.

Он покладисто согласился:

- В прямом смысле этого слова, конечно же, нет, но также кровь, что есть у тебя, течет и во мне тоже, правда в гораздо меньшем количестве.

- Это шутка такая или вы бредите? – мне была неприятна даже мысль от такой возможности, - этого не может быть. В семье Лукоса рождались только девочки и у каждой, начиная с его дочери, был всего один ребенок.

- Я и не отрицаю. Я служил твоему деду много лет и стал не только его лучшим учеником, но и смею надеяться, что другом, - с гордостью заявил Художник, - все его эксперименты прошли у меня на глазах и с моим участием. Как-то инквизиция накрыла один из наших филиалов, я приехал туда, чтобы раздать указания от Лукаса. В общем, так получилось, что я пытался бежать, но меня убили, оставив на память очень неприятный шрам.

Против воли, совершенно не желая смотреть на холодного мертвеца, я резко обернулась к нему: эти желтые глаза, пустые и одновременно совершенно безумные, мне никогда не забыть. Взгляд скользнул по его лицу: я уже видела этот шрам, рассекающий нижнюю губу и доходящий до ключицы.

Мужчина дернул рукой так, что у меня тут же что-то хрустнуло в позвонке, я сообразила, что от греха подальше нужно отвернуться. С сумасшедшими не спорят, а в том, что он был таким же психом, как и мой дальний родственник, наградивший меня судьбой химеры, я не сомневалась.

- Налюбовалась? – гораздо жёстче, чем раньше, выдавил из себя Художник, зло щуря на меня глаза, - ну и как тебе работа инквизитора? Умер я не сразу, долго истекал кровью, но Лукос так и не успел меня найти, пришел только тогда, когда мое тело уже остыло.