День империи (СИ) - Янушкевич Сергей Казимирович - Страница 41

Какая жестокая ирония судьбы. В детстве я всегда мечтал подняться в космос, а теперь, когда эта мечта, наконец, сбылась, я больше всего на свете хочу снова попасть на родную Землю.

Герхард Ван Дюн - адмирал

разбитого земного флота.

14 июля. Сорок восьмой день с начала войны. Система Ноя, приблизительное расстояние от Солнца - сто тридцать восемь световых лет.

Ван Дюн открыл глаза. Голова по прежнему болела, а тело дрожало мелкой дрожью, но сознание медленно, шаг за шагом возвращалось в этот мир. Первая мысль была о том где же он теперь находится. Ван Дюн осмотрелся по сторонам. Он лежал на гладком, пластиковом полу, в небольшом помещении полном аппаратуры и с огромным иллюминатором на всю стену. Это был космический корабль, но как он в нём оказался? В памяти вдруг яркими вспышками пронеслись ужасные и дикие картины: вторжение в Солнечную Систему неизвестного флота, тяжелая битва в космосе и отступление. Еще он вдруг так ярко вспомнил Землю. О том как он в последний раз смотрел на неё из этого иллюминатора и как она медленно исчезала вдали.

Затем был гиперпрыжок и, как это всегда бывает с человеческим организмом, кратковременная потеря сознания. О нет... здесь это длилось всего несколько мгновений, но снаружи прошло может быть уже больше месяца. Что за это время произошло с его планетой? Как он вообще мог покинуть её в такой тяжёлый и трагический час?

Кое-как поднявшись на одно колено, адмирал тут же снова замер на месте и пустым, отсутствующим взглядом уставился куда-то в одну точку на стене. Из оцепенения его вывел только голос напуганного секретаря, спешащего к нему изо всех ног.

-С вами всё в порядке, сэр? Вы не ушиблись? И почему вы только во время гиперпрыжка не использовали антиперегрузочное кресло? Это ведь так опасно для здоровья.

Этот маленький человек с налысо стриженой головой уже хотел было схватить его под локоть и помочь встать, но Ван Дюн сам кое-как поднялся на обе ноги и двинулся к пульту. Мы потеряли мир, который наши предки обустраивали тысячи лет, а он не нашёл ничего другого как только беспокоиться о моём здоровье. Какой же ты недалёкий человек, Скрит. Адмирал хотел было в начале обругать своего секретаря, но как только он взглянул на его безобидное и чуть глуповатое лицо, нахлынувшая на него злоба тотчас куда-то испарилась.

-Что случилось с другими кораблями?

-Пять или шесть, похоже, разбросало по всему Млечному Пути. Такое иногда случается при "слепом гиперпрыжке", а вот остальные находятся неподалёку и уже установили связь с Яростью.

-Сколько их осталось?

-Пятьдесят четыре.

Пятьдесят четыре уцелевших корабля из более чем трёхсот - это слишком большие потери для одного сражения. Ван Дюн отвернулся и с грустью посмотрел в иллюминатор. Новый мир в который он попал почти не интересовал его и всё таки опытный глаз старого космического волка поневоле выхватил из мрака незнакомые звёзды и невиданные им никогда ранее созвездия.

-Где мы сейчас?

-По предварительным подсчётам это система Ноя на расстоянии ста тридцати восьми световых лет от Солнца. Похоже, ещё никогда раньше людям не доводилось улетать так далеко от своего дома.

-Выходит мы все теперь ещё и первооткрыватели...

Адмирал хотел было улыбнуться, но эта улыбка вышла кислой и неестественной. Затем он снова взглянул в огромное, круглое стекло иллюминатора. Отсюда, с центрального поста наблюдения передняя палуба Ярости выглядела такой дырявой и помятой. Кораблю здорово досталось в этом бою и вдобавок на самом шпиле его носовой части виднелось какое-то странное чужеродное тело. Ван Дюн напряг память и вспомнил последние мгновения перед гиперпрыжком. Тогда ещё первый флагман земного флота на лету протаранил, неизвестно откуда взявшийся, фаталокский истребитель и уже вместе с ним понёсся дальше. Враг словно не желал отпускать их даже здесь и этот маленький кораблик казался хищным чёрным пауком, мертвой хваткой уцепившимся за блестящую броню адмиральского линкора.

-Сэр.

-Что ещё?

Секретарь Скрит стоял рядом, испуганно озирался по сторонам и тяжело дышал.

-Похоже, у нас гости и они направляются прямо сюда.

Ни говоря больше ни слова, Ван Дюн бросился к приборам слежения. На экране радара светилось два десятка точек, несущихся прямо на них на огромной скорости.

-Прикажете открыть огонь?

-Ни в коем случае. Меньше всего нам теперь необходимо заводить ещё одного врага во вселенной.

Через несколько секунд компьютер увеличил изображение. Было сразу понятно, что эти корабли не фаталокские и уж тем более не земные. С виду они были лёгкими и изящными и в чём-то даже больше походили на стаю большекрылых и длинношеих птиц, летящих куда-то вперёд сквозь ледяную космическую бездну.

Где-то рядом послышался прерывистый сигнал установления связи и тут же, словно в такт ему, на коридоре снаружи прогремели чьи-то тяжёлые и быстрые шаги. Ван Дюн сразу было направился к переговорному устройству, но едва он прошёл и половину пути, как дверь его кабинета резко распахнулась и в проёме появилась рослая и подтянутая фигура капитана Ярости - Ахиллеса Шермана.

-Пушки наведены на цель, адмирал,- он бесцеремонно вошёл внутрь и, на ходу отдав честь, остановился у самого иллюминатора,- Теперь все ждут только вашего приказа.

-Одну секунду,- Ван Дюн в растерянности посмотрел сначала на экран локатора, а затем на грубое и решительное лицо капитана,- а, что если они вовсе и не собираются быть нашими врагами?

-То же самое мы думали и о флоте фаталоков, а в итоге...

Шерман очевидно хотел сказать ещё что-то, но его внезапно перебил чей-то тихий и спокойный голос. Голос шёл прямо из динамиков связи и он не мог принадлежать человеку, хотя слова и произносились на чистом Эсперанто. Было в нём что-то странное и неземное, какой-то особый, чарующий акцент, заставивший в один миг замолчать всех кто находился сейчас в этом помещении.

-Остановитесь, странники. Опустите своё оружие...

Ван Дюн первым вышел из оцепенения и тотчас шагнул в сторону микрофона внешней связи.

-Я говорю от лица флота Земной Федерации. Мы случайно попали в вашу систему и не имеем по отношению к вам никаких агрессивных намерений. Повторяю - мы случайно попали в вашу систему и не имеем к вам никаких агрессивных намерений...

-Мы всё знаем. Прошу вас - следуйте за нами.

-Как мы можем быть уверенны, что всё это не ловушка и вам вообще можно доверять?

-Вам придётся нам поверить. Хотя бы ради вашего же блага в будущем.

-Кто вы, вообще, такие?

-Очень скоро вы сами это узнаете.

На долю секунды Ван Дюн обернулся и поймал на себе тяжёлый взгляд Шермана.

-Думаю, нам будет лучше пока с ними согласиться.

-Как знаете,- капитан Ярости тотчас изобразил на своём лице недовольную и кривую мину,- что до меня, так я на вашем месте вместо ответа лучше угостил бы этих гостей парочкой тяжёлых торпед.

Корабли пришельцев невероятно быстро развернулись и двинулись вперед, указывая людям нужное направление. Громоздкому флоту Федерации понадобилось почти пол часа чтобы только построить строй и двинуться следом. Объемные военные архивы на этот момент мало что могли сообщить о такой удалённой от Солнца системе как Ноя. Разве что можно было прочитать, что местное светило - это небольшой жёлтый карлик с четырьмя спутниками, вращающимися вокруг него. Самая окраина Млечного Пути и вдруг оказывается, что здесь обитает некая странная, высокотехнологичная космическая цивилизация, о которой людям до этого совершенно ничего не было известно.

Через некоторое время флот, наконец, достиг одной из планет этой системы. С орбиты она в чём-то напоминала Землю, вот только от колыбели человечества её отличала какая-то особая нетронутость и девственность. Она была почти полностью покрыта зелёной сушей с невысокими горами, редкими, небольшими морями и крохотными снежными шапками на обоих полюсах. И еще, как ни странно, здесь ни наблюдалось совершенно никаких признаков цивилизации. Как ни смотрел Ван Дюн в телескоп на эти бесконечные леса, болота и равнины, он не смог разглядеть среди них тех огромных, в сотни километров в длину городов, что раньше так часто встречались на его родной планете. Странно. Какой то сплошной, нетронутый и дикий мир, с которого взлетают космические корабли.