Battle the Elliot. Дилогия (СИ) - Харламов Игорь Борисович - Страница 79

   - Это зачем отец?

   - Поводом может послужить желание обеспечить этим установкам максимальную дальность стрельбы.

   - А причиной? - усмехнулся Вирениус-младший, - И почему не сразу в башнях?

   - А причиной послужит развитие средств воздушного нападения дирижаблей в ближайшее время, а потом и аэропланов. В более дальней перспективе. И понадобятся универсальные пушки, способные как вести огонь как по берегу, или надводным кораблям, так и по воздушным средствам. Если конечно ты не хочешь, чтобы твой корабль лет через пятнадцать отправили на слом. Не из-за этой детали конечно. И, к сожалению, башенные установки среднего калибра, ещё полтора десятка лет не будут позволять, установленным в них орудиям, развивать максимальную скорострельность. Из-за сложности с подачей боеприпасов.

   - С такими башнями понятно. Но в остальном отец, ты в этом уверен? И почему же так скоро спишут?

   - К тому времени появятся свехлинкоры. Вооружённые орудиями в четырнадцать, а то и шестнадцать дюймов. С бронёй миллиметров в 350. И водоизмещением под 50000 тонн. Вес заряда в торпедах и минах будет составлять три сотни килограмм. Но если оставить возможность для модернизации кораблей, то возможно получиться и сохранить корабли. Хотя бы в качестве учебных кораблей. И поэтому никаких паровых машин, а только турбины. И скорость не менее 21 узла.

   - Триста килограммов заряд взрывчатки? Но, отец, зачем столько? И какова будет пробоина?

   - Николай, будут торпеды с большим зарядом, правда, не столь распространённые. И для того, чтобы пробить подводную защиту. А от этих торпед зона сплошного разрушения будет составлять полусферу, радиусом до шести метров. Поэтому бронепереборка должна отстоять от борта на расстоянии не менее шести метров. И вообще защита, будет построенная из расчёта на то, что при попадании будут обширные разрушения. Вплоть до того, что броня будет пробиваться. Снаряд весом в тонну не остановить ничем. Но вот заставить его разрушить что-то не фатальное и этим защитить нечто жизненоважное для корабля можно.

   - Но отец, если в корабль будет несколько десятков попаданий, то...

   - Николай, пять, пять попаданий будет максимумом, которое сможет выдержать капитальный корабль. И вообще попадания будут измеряться единицами. При ведении огня на расстояние в три десятка километров рассчитывать на то, что будешь попадать массово не приходиться.

   - На таком расстоянии будут попадать?

   - Будут, с помощью системы центрального управления огня, с баллистическими вычислителями. Которые и будут передавать данные по наводке и приказы на выстрел. Причём орудия в 16-дюймов будут стрелять два раза в минуту, и наводиться не на сам корабль, а на некую точку. В которой, по расчётам, должен будет оказаться корабль, в момент подлёта снарядов. Для этого башни должны обеспечивать возможность заряжать орудия, при любом возвышении стволов, и при любом повороте башни, - адмирал взял лист бумаги и стал там чертить систему заряжания для башни, - Заряды должны быть в пеналах. И должна быть предусмотрена зонирование башни по высоте. Что бы избежать проникновения огня в погреб. Башни только в линейно-возвышенном расположении.

   - Ох и ничего себе, перспективы, - покачал головой ошарашенный мичман, - Но, сколько будет стоить флот таких кораблей?

   - Один будет стоить, как флот сейчас, - произнёс Вирениус-старший, - И таких кораблей будет не много. В любом флоте их можно будет пересчитывать по пальцам. И вообще ударное соединение будет представлять собой один или два таких корабля, в окружении крейсеров и эскадренных миноносцев. Которые будут окружать их кольцом в десяток миль. Причём два таких корабля в одном соединении это будет уже запредельно сильное соединение. С которым бороться будут уже всем флотом. Но это перспективы, флота, которым ты сможешь командовать. А пока вопросы у нас попроще. Если хочешь принять участие в конкурсе. Предусмотри защиту только от бронебойных снарядов. Фугасами будут стрелять только по берегу и не бронированным кораблям. Даже не надо полного бронепояса, но всё жизневажное должно быть защищено. На толщину бронепалуб не скупись. Да, да бронепалуб. Предусмотри в проекте их несколько. Предусмотри завал борта в районе бронепояса. Соединение бронеплит по схеме 'ласточкин хвост'.

   - Это как, отец?

   - Это когда треугольный выступ одной бронеплиты, входит в паз, по форме близкий к ласточкиному хвосту, - на стол лёг ещё один лист, со схемой подобного монтажа брони, - Ещё предусмотри боковые кили. И вообще набор делай максимально жёстким и прочным.

   - Отец, ты думаешь, такой корабль построят?

   - Нет, сейчас испугаются цены, но ты заставишь о себе говорить. А лет через несколько, когда начнут внедрять подобные принципы о тебе вспомнить. И тогда именно твои сверхлинкоры [14] составят основу нашего флота. В ближайшие лет так двадцать.

   Вирениус-младший ошарашенно смотрел на рисунок линейного корабля времён второй мировой войны. Адмирал усмехнулся и произнёс:

   - Ну пока ты можешь предложить два проекта. Один соответствующий техническому заданию конкурса. И во втором предложить сразу проект свехлинкора с четырнадцатидюймовыми пушками, с длинного ствола в шестьдесят калибров. И водоизмещением в 24000 тонн. И скоростью узла в 23. Можно даже предложить корабль с двумя четырёхорудийными башнями.

   Николай Вирениус задумался ещё больше, смотря, как отец быстро рисует на бумаге.

   - Но Николай, у четырёх орудийных башен есть нюанс. Это как бы две башни рядом, разделённые переборкой. Где будут две пары орудий с правой и левой стороной заряжания. А вот трёхорудийная башня будет иметь проблему с заряжанием среднего орудия.

   Мичман кивнул, ошарашенный перспективой в разработке проектов новых кораблей, а адмирал, похлопав его по плечу сказал:

   - Конечно разрабатывать такие проекты ты будешь не один. Это не десантная баржа. Но, во-первых, с чего надо начинать. С чего-то небольшого, что можно сделать одному, но что заставит о тебе говорить. А во-вторых подумай о своей команде.

   - Хорошо, отец. А с крейсером, для конкурса, нюансы будут?

   - В общем, то нет, все принципы приемлемы и для нового типа броненосного крейсера. За небольшим исключением. Первое, сразу предлагай другую десяти дюймовую пушку. С длинного ствола в пятьдесят калибров. И весом тонн так в 28. Те, которые есть сейчас, уж больно отвратительные. И предлагай повышении скорости до более 23 узлов. А вот альтернативный вариант, должен быть на пару тысяч тонн больше линкора. С бронёй несколько потоньше. Но со скоростью не менее 27 узлов. И тоже с не менее чем восемью четырнадцатидюймовыми пушками. Именно такие линейные крейсера будут строить в ближайшие полтора десятка лет.

   Договорить они не успели, в дверь каюты постучались, и из-за двери послышался голосок Аюми:

   - Дядя Андрей, мы можем войти?

   - Да, да, моя девочка, заходи, - ответил адмирал, быстро собирая в папку листы, разложенные на столе. Дверь распахнулась и в неё впорхнула Аюми с большим листом бумаги. Девушка тут же улыбнулась Николаю и чуть склонилась в поклоне. Вошедшая следом за ней Оливия, склонилась гораздо ниже и почтительнее, произнеся:

   - Андрей-сама, Николай-сан.

   Мужчины ответили японке, чуть склонив головы, а потом Вирениус-старший посмотрел на Аюми:

   - Что случилось, девочка моя?

   - Мы нарисовали. Вот - и с этими словами Аюми положила на освободившийся стол, лист бумаги, на котором был изображён плакат. В центре композиции девушка, в матроске, со светящейся диадемой на голове, в окружении ареола пышных волос, разрубала нагинатой английский флаг. За ней виднелись две закованные в урбанизированные доспехи фигуры. Одна в доспехи серого цвета, другая цвета хаки. Которые из угловатых ручных пулемётов вели огонь по каким-то тварям, не давая им приблизиться к девушке. На шлеме фигуры в сером был виден немецкий орёл. Плечо фигуры в хаки украшал коронованный золотой двуглавый орёл. А за их спинами виднелась урбанизированная Япония. С японскими иероглифами на вывесках. С узнаваемым силуэтом синтоистского храма вдалеке и огромными коробками домов из стали и стекла. С краю плакат украшала надпись японскими иероглифами. И указав на них Вирениус спросил, перейдя на английский, который знали все присутствующие: