Предел воображения (СИ) - Вознесенский Алим Нагойевич - Страница 27

— Эту фотку прислала моя дочь. Сегодня на неё было совершено нападение. Я бы даже сказал покушение. Её насильно хотели увезти в машине. Не на вашей, конечно. К сожалению, та машина не попала в кадр. Поэтому, друг мой, если ты не раскажешь мне всё об этом парне, можешь загреметь за соучастника. И мне плевать, какие у тебя там связи. Я знаю, что ты из ПДМПТ. Это не позволяет тебе нарушать законы нашей страны. По крайней мере, внутри нашей страны.

— Вообще-то я спас вашу дочь. — вспомнил Глэйсон. — об этом она не говорила тебе, ну, то есть вам? Если бы я не вытащил её из той самой машины, думаю, были бы реальные последствия. И вы ещё мне предъявляете за соучастие? Позови её сюда. Да она меня там прилюдно обнимала, около минуты.

— Это был отвлекающий манёвр, глупышка. — Пока она тебя тискала, она подбирала момент, чтобы сфоткать этого хмыря, что покушался на неё. А тут такой подарок судьбы. От справедливости не убежишь, приятель. Я сейчас позвоню ей. И мы получше разберёмся в твоей причастности. — Когда Мэри пришла, она удивилась, увидев Глэйсона за решёткой. Уговорив отца отпустить его. И что он не просто не виновен, но и действительно, помог ей вырваться. Глэйсон не стал давать показания на своего приятеля. Шерифу это не понравилось. Он хотел завести на него дело, но Мэри, заявила, что вообще не будет давать показания. Отец не хотел прощать обидчика, и они поссорились. В итоге, они с Глэйсоном, всё же заставили её отца, отступить его. Уже тогда, он понял, что она не просто так за него впрягалась. Парень понял, что он явно ей симпатизировал и не упустил свой шанс. В ту же ночь, он предложил ей съездить в ресторан, или просто погулять вместе. Но она оказалась, более скромной и скованной, чем могло показаться сначала. В ней как будто жило два разных человека: вспыльчивая и отчаянная девушка и боязливая тихоня. Когда они остались наедине, казалось бы, незачем волноваться. Но Мэри отказалась вот так сразу быстро знакомиться. Дав свои контакты, она намекнула, что у неё нет бойфренда. Несмотря на это, она разрешила лишь подвести себя до дома. Однако Глэйсона это только больше раззадорило. Ему прежде не встречались недоступные девушки, тем более, свободных от отношений. С тех пор они поддерживали постоянную связь, встречаясь около двух недель. И только потом, девушка полностью доверилась своему парню. Она была настолько не опытной во всех этих любовных штуках, что складывалось впечатление, будто это её первые отношения в жизни. То же самое можно сказать и о сексе. Глэйсон, поняв за столь приличное время её характер, не задавал ей особо откровенные вопросы. Например, когда она лишилась девственности, и так далее. Теперь они вместе живут в особняке на острове Савайи. В каком-то смысле, для Глэйсона это тоже первый опыт. И длительная совместная жизнь, оказалась не так уж плоха, как раньше он думал.

В нескольких километров от берега, стоит довольно скромненький особняк. Вокруг него сосредоточен комплекс множества ангаров и техники. Это рабочее место и отдельное жилище брата близнеца — Сэма Вэлторса. Со стороны, его дни, жутко монотонны. Он без конца сидит за множеством экранов и оборудования в своём кабинете, который по совместительству был и мастерской и базой отдыха. Зайдя в это место, сразу станет понятно, что здесь не просто работают, здесь творят не покладая рук. Работа Сэма — это его отдых. Так же, как у всей его команды. Здесь они чувствуют себя совершенно свободно. Если не хочется что-то делать, тебя никто не заставит, никто не на ругает. Никто не будет требовать с тебя больше, чем ты сам. Сегодня Сэм, как обычно зашёл невероятно уставший, и довольный. Ему хотелось только одного — поспать, часиков пять, в надежде, что во сне ему придёт какая-нибудь новая идея. Ведь Сэм может позволить себе вообще не спать. У него есть сложнейший, дефицитный прибор, который восстанавливает мыслительный процесс за считанные минуты. Этот прибор, один из немногих, которые он привёз с Терраро, а не сконструировал сам. Алива хочет побольше проводить с ним времени. Такое чувство, что Сэму, в последнее время, уже не нужен даже секс. Он как ребёнок, обнимает свою девушку в постели и сладко засыпает. Она уже, крайним делом, стала считать себя не привлекательной. Наводя макияж, сидя прямо в постели, увидев Сэма, не вставая, она начала позировать. Раздвигать ноги, с прозрачным нижним бельём. Наклонять голову и прищуривать глаза, между делом, смотря сама на себя в зеркало.

— Это ты для меня или для себя красуешься? Ты помешана на своём внешнем виде. — смотрит на неё, пока без особого азарта Сэм. — Этому нужно уделять внимание, но в рамках возможного. Ты прямо, как та, сказочная королева, с зеркальцем. Всё боишься, что кто-то превзойдёт тебя.

— Тогда почему ты не хочешь меня? Мне хочется секса. Ты уже через день не можешь мне его дать.

— Это потому что я слишком много работаю в последнее время. Моя озабоченность превосходит инстинкты. Порой, чтобы получить некоторый результат, не достаточно бояться. Не достаточно делать то, что ты можешь сделать. Но, я советую тебе расслабиться… Не думаю, что мне понадобится Белоснежка. Дело не в тебе, зрелая моя королева. — засмеялся и немного взбодрился Сэм.

— Ты о чём? — Алива села на большой стол, навалившись головой на колени, она из-подо лба, обиженно посмотрела на него.

— О том, что ответы на все вопросы могут оказаться гораздо ближе, чем кажется.

— Думаешь, это изменит нас? — она положила голову на бок и вдумчиво стала покачиваться.

— Я не знаю, но… думаю за ними что-то скрывается. Стоит ли вообще это делать? Может наша жизнь — это и есть решение. Вернее, его часть. И, согласись, далеко не худшая часть. Умные говорят, всегда стремись к большему, глупые, утверждают, что нужно довольствоваться меньшим. А что, если и те, и другие правы? Какой бы ты выбрала вариант?

— Ну, всё-таки первый.

— А я бы выбрал оба. Пойми. В жизни есть одна незаметная, но очень важная вещь. Это, можно сказать основа человеческой психологии. Именно она отделяет серую массу, типичных людей от ярких личностей. Тёмные пятна, от живой перспективы.

— И что же это. — внимательно слушая Сэма, Алива слезла со стола и села на стул.

— Это одна маленькая способность, которая дана лишь избранным. По большей части, ей обладают дети, и то в подавляющем меньшинстве. Это способность Вэлторса. Может, это и не способность, а всего лишь мыслительная адоптация. Ты знаешь, что есть люди, которые по жизни актёры. Они играют различные роли. Кто-то одну, кто-то несколько. В общем они не являются сами собой. Нацепляя маску, адоптироваться под то или иное окружение гораздо проще. Но дело в том, что эти люди не способны управлять своими ролями, внутри самих себя. Эти образы, созданы только лишь для окружения. Да, они могут получать выгоду от общества, но не от самих себя. Их персонажи ограничены. Их количество не может вот так вот просто поменяться. На то нужны самые веские причины, типа стресса, депрессии или чрезмерной радости.

— Каждые люди разные. И с каждым нужно вести свою манеру общения. Просто, мы не обращаем на это внимания. Что, например, на один и тот же вопрос, мы бы дали абсолютно разные ответы, в зависимости от собеседника.

Да, это само собой, но лучший пример тому — это шизофреники. Когда ты целостно, в полном объёме входишь в роль, как личность, ты лишаешь себя возможности… экспериментировать над ней. И, тем более, ты не сможешь просто взять и вычеркнуть одну из своих ролей, а вместо неё придумать новую. Чтобы создавать картину своего представления, не нужно входить ни в одну роль. В том числе, не нужно входить в роль самого себя. Необходимо, оставаться в стороне. Не позволять своим чувствам пересекаться с восприятием твоего окружения. Нужно быть в игре, но не в коем случае, не частью её. Таким образом, ты снимаешь все возможные барьеры собственных желаний. И как следствие, человеческие барьеры в целом.

— То есть, я могу представить любые надругательства над человеком, и мне это не покажется аморальным, потому, что я не смогу соотнести с собой. Ибо, я буду таким же, чужим для себя человеком, за рамками своего сознания. Мораль того человека и моя собственная мораль, так же за рамками моей настоящей личности.