После взрыва (СИ) - Швец Сергей - Страница 52

- Я не хочу обедать, парень, я поужинаю вместе с вами, - каждое слово давалось разведчику с трудом.

- Но сейчас и так ужин. Мы не смогли тебя добудиться днем. И воду ты пропустил. Только сейчас с трудом тебя растолкал.

Сергей никак не мог сфокусироваться, взгляд постоянно расплывался. Он понял, что караульные уже здесь. Повернув голову, он увидел, что они наблюдают за всем происходящим. Нет, они никого не торопят, не подстегивают. Они решают, кто будет следующим обедом. И судя по их насмешливым мордам, цель они уже определили. Да вот хрен вам, выродки!

- Помоги мне подняться, - попросил он подопечного. И кое-как приняв вертикальное положение, нагло уставился на караульных. - Что, крысы, уже, небось, приговорили меня? Не дождетесь!

Охранник, державший черпак, молниеносным движением съездил поварешкой командиру по лицу. От удара того развернуло и он без сознания упал лицом в песок...

...- Сынок, вставай, время уже семь часов, пора ехать! - мама трясла Сергея за плечо.

- Ну, еще пять минут, - не открывая глаз, ответил он. - Как папа в гараж пойдет, я сразу встану.

- Так он уже давно приехал и ждет. Быстро вставай!

Кое-как открыв глаза, он обнаружил, что уже вовсю светило субботнее июльское солнце. Это означало, что пора выдвигаться на дачу. Но из всего этого мероприятия Сергея прельщало лишь то, что по дороге, когда они свернут с оживленной трассы на проселочную дорогу, отец обязательно даст прокатиться за рулем их старенькой «Тойоты». Правда, за это придется собирать черешню, сидя на крыше летнего душа, возле которого она и росла.

Натянув на себя майку и шорты, он направился в кухню, где мама уже налила ему чай и разложила по вазам печенье. За столом сидел отец и читал газету.

- Ну, ты и любитель слона подавить, - вместо приветствия сказал вошедшему Сергею отец. - Я уже полчаса как с гаража приехал и тебя жду.

Ничего не ответив, сын плюхнулся за стол и приступил к чаепитию. Через десять минут они втроем уже ехали по трассе в сторону Сокулука. Дача находилась выше этого городка, по дороге, уходившей на Белогорку. Места там были не очень живописные, единственное, что притягивало глаз, так это река, бежавшая вдоль магистрали. А вообще, ущелье, по крайней мере, нижняя его часть, было унылым. В Чуйской долине было много мест гораздо красивее этого.

- На базар заедем? - спросил Сергей, когда машина заехала под табличку «Сокулук».

- Конечно! - ответил отец.

По выходным на рынке продавали самую вкусную выпечку, которую только можно было встретить в магазинах. Папа обычно брал себе пряники, Сергей - бублики, а мама любила печенье. Еще набирали свежих лепешек, только что извлеченных из тандыра и обжигающих руки. С ними так вкусно было есть бутерброды с колбасой и сыром, запивая маминым фирменным чаем, в который она обычно клала зверобой, душицу или лимонную мяту.

Снег в горах к июлю практически полностью таял, а потому сейчас в реке был относительно небольшой уровень воды. Но шум от нее разносился на километры вокруг. Свернув с дороги, машина направилась к въезду в дачный поселок. Вот и дом - двухэтажный, но без штукатурки снаружи, отчего казался каким-то страшноватым. Наверное, потому, что был сделан из темного цвета шлакоблока. Но внутри было вполне уютно. По крайней мере, на первом этаже. Там располагался гараж и две комнаты, в одной из которых была оборудована кухня. Наверху же был один большущий зал. Правда, он наполовину был завален строительными материалами.

Сам дачный участок состоял из двух наделов земли. На нем росли преимущественно клубника и малина. Помимо них было еще с десяток фруктовых деревьев, а на оставшейся территории обычно сажали картошку и другие овощи.

Мама дала Сергею ведро и отправила собирать черешню, как и планировалось. Отец же засел с емкостью в зарослях малины, а сама мама направилась обрезать усы, как она их называла, у клубники. Это лишние побеги, которые забирали необходимую влагу у ягод, чтобы расти самим. Поэтому их и удаляли.

Сбор черешни был достаточно веселым занятием, особенно первые полчаса, пока вместо наполнения ведра занимаешься наполнением собственного желудка немытой черешней. Затем начинались забеги от душа до туалета под беззлобную брань мамы на тему, что все ягоды и фрукты перед едой нужно мыть. Конечно, нужно, но только каждый раз из-за этого слазить с дерева, да еще и с ведром, как-то не очень удобно. Ну, подумаешь, почистишь один раз кишечник, ничего страшного. Какими-нибудь химикатами деревья мы не обрабатывали, так что боятся нечего.

В обеденный перерыв самое время сходить на речку и немного окунуться в холодной кристально чистой воде. Долго находится в ней невозможно, начинает ломить зубы. Потом греясь на солнце наблюдать за рыбаками, которые стоят чуть ниже по течению и пытаются поймать речную форель. Рыбалку Сергей никогда не любил, не смотря на то, что его отец был настоящим профессионалом в этом деле. На водоемы он выбирался исключительно с одной целью - искупаться.

После холодной ванны процесс сбора черешни пошел еще быстрее. Две трети дерева уже были оборваны, оставалось добраться до самой неудобной и в тоже время самой высокой части.

- Там в гараже стремянка стоит, возьми ее, - посоветовал отец.

- Да нет, больше возни с ней будет. Я так залезу, по веткам.

- Смотри, дерево хрупкое, а ты уже лоб здоровый. Ветки могут не выдержать.

- Ничего страшного.

Очередное ведро было наполнено буквально за десять минут, и Сергей уже намыливался слазить с дерева, как ветка, на которой он стоял, предательски хрустнула под его тяжестью, и вместе со своей посудиной он сорвался вниз, по пути оббивая пятой точкой встречные ветки. Завершением полета стал нехилый удар головой о стенку душа, от которого из глаз в прямом смысле слова посыпались искры...

...- Командир, очнись! Командир! - веки были словно свинцовыми и никак не хотели подниматься.

- Я видел маму...

- Очнись, командир! - с трудом открыв глаза, старший разглядел перед собой Ашота. Только что-то в нем изменилось. Прищурившись, Сергей различил, что на лице у разведчика были свежие синяки и кровоподтеки.

- Что случилось? - он смог, наконец, сфокусироваться на подопечном. Тот сначала замялся, но потом все же ответил:

- После того как тебя ударили, мы подорвались на помощь и вломили им по самые помидоры. Но они позвали подкрепление и нам всем так накостыляли, что до сих пор голова гудит.

- Меня ударили? - удивился Сергей. Ничего такого он не помнил.

- Да, ты их крысами обозвал, вот они и оскорбились.

- Ну, надо же ...

- Потом они сказали, что если в течение двух дней ты не начнешь есть, то следующей тушей для обеда будешь ты.

- Отличная перспектива...

- Слушай, Серег, - вмешался в разговор Кирилл Валерьевич. - На моей памяти уже был такой герой, как ты. И судя по тому, что ты его здесь не видишь, закончил он не очень хорошо. Правда, тот парень был ответственен только за себя любимого. Но ты - командир у этих ребят. То они не едят из-за тебя, благо, уже начали, то полезли тебя защищать и сами чуть не нарвались. Ты пойми, здесь долго церемониться никто не будет, на нож быстро оденут. И ваше счастье, что вас просто избили, а не убили. Так что ты давай поменьше выделывайся, и сам целее будешь и ребят не подставишь.

Командир с трудом приподнял голову и внимательно посмотрел на бывшего старосту. Потом снова откинулся на подстилку.

- Спасибо за совет, Кирилл Валерьевич. Вы правы, нужно брать себя в руки.

Глава 11

Ашот облокотил командира на стенку, а сам пошел наполнять его миску. Караульные, как и вчера, с интересом наблюдали за ним. Он же нагло пялился на них в ответ, показывая, что хоть и не может физически им ничего сделать, но его дух еще не сломлен. Налив всем похлебки, охранники удалились из клетки.

- Давай, я тебе помогу, - Ашот поднес посуду к губам командира. Но тот никак не мог их разомкнуть. К тому же мешала густая борода и усы, которые появились за время их странствий. На его глаза навернулись слезы. - Давай, командир, ради своей семьи, ради Солнечного, ради нас, в конце концов.